Дочь убийцы

Глава 2. Сентябрь-декабрь, 1533 год
1
Она родилась седьмого сентября в прекрасный солнечный день. Эх, если бы Елизавета тогда могла что-нибудь сказать отцу! Конечно, она обязательно бы ему что-нибудь сказала! Неужели он так в нее не верил? Неужели не понимал, что она будет править страной не хуже того мальчишки, который должен был родиться вместо нее? Жаль, но ее рождение привело к целой цепочке печальных событий и смертей. Елизавета не винила в том отца. Он просто не сразу смог осознать, как ему с ней повезло…
***
– Проклятье! – От Генриха отшатнулись те, кто стоял поближе, остальные тоже благоразумно попятились назад. – Меня жестоко обманули! – продолжал кричать король.
Он встал со стула, схватил большой серебряный кубок и швырнул им об стену. Остатки вина пролились на пол. Присутствующие вздрогнули – так сильно напомнили им красные капли кровь. В тот же момент второй кубок полетел в противоположный конец комнаты.
– Сына! – проревел король. – Они мне обещали сына!
– Так иногда случается, – посмел промолвить лорд-канцлер и мгновенно пожалел о том, что открыл рот.
– Так случается?! Вместо сына опять дочь! Девять месяцев я готовился к рождению сына, а так случилось, что случайно опять родилась дочь? – Глаза Генриха горели безумным огнем. Он переводил взгляд с одного предмета на другой, с человека на человека, и все понимали, что угроза не миновала.
Король не желал смотреть на новорожденную. Он тяжело дышал, переводя дух после первой вспышки гнева, и оглядывал комнату в поисках тяжелых предметов. Ему по-прежнему хотелось швырнуть чем-нибудь в подданных, посмевших принести ему пренеприятную новость. Французский король умудрился в первом браке получить то, что нужно: трех сыновей. Потом ему тоже везло – жена умерла, выполнив свой долг, и не чинила препятствий для нового брака. Попавшаяся под руку шкатулка, вся покрытая драгоценными камнями, полетела в сторону двери. Некоторые камешки от удара попадали на пол, рассыпавшись по полу как горох.
– Все, вон! – взревел Генрих, и комната в тот же миг опустела. Ни у кого не было желания противиться воле обезумевшего короля.
Он остался один. Неожиданно установившаяся тишина заставила Генриха выпустить из рук внушительных размеров фолиант. Книга упала, словно испустив тяжкий вздох. Генрих посмотрел вниз – перед ним лежала Библия. Он перекрестился и аккуратно положил ее обратно на стол. Король потряс головой, посмотрел вокруг и, не увидев возле себя ни одной живой души, устало провел рукой по волосам.
– Надо навестить Анну и все-таки посмотреть на дочь, – решил он, успокоившись. – Королева родит мне еще сыновей. В отличие от Екатерины она молода и вполне сможет порадовать короля наследниками мужского пола.
В ее покои он вошел без стука. Анна лежала на кровати, не совсем успев прийти в себя после родов. Раньше ей казалось, родить ребенка не такая уж и сложная задача. Теперь желание рожать поутихло. Мало того, что она плохо себя чувствовала во время беременности, так еще и потом едва не умерла во время родов.
Анна приподняла голову и увидела рыжую бороду. «Боже мой, это пришел он, – пронеслось в голове, – сейчас начнет спрашивать, почему не сын», – она устало откинулась на подушки.
– Итак, все-таки дочь! – прогремело у нее над ухом. – Вы меня сильно подвели, не правда ли? – Генрих уселся на стул, стоявший возле постели королевы. – Мне стоило таких трудов получить развод, чтобы в итоге моя жена родила не сына. Хм? За такие промахи отправляют на эшафот.
– Генрих, в этом нет моей вины, – Анна попыталась начать оправдываться. Но тут же она решила действовать проверенным способом. – Я люблю тебя и готова родить сыновей. Если Бог не дал сына в первый раз, он дарует его во второй. Я уверена, – она снова приподнялась и приблизила свое лицо к лицу мужа. Он притянул Анну к себе и страстно поцеловал в губы. Ей стало больно, но она терпела. Слишком многое сейчас ставилось на карту.
 
– Что вы здесь все стоите? – обратился Генрих к врачам и многочисленной прислуге, которые столпились в комнате недавно разродившейся от бремени королевы. – Выйдите вон.
Спальня мгновенно опустела. Король быстро начал раздеваться. Анна с ужасом подумала о том, что ее ждет. Через несколько мгновений острая боль пронзила все тело, словно разрезая его острым ножом напополам. Она закричала, но Генрих ни на что не обращал внимания. Анна потеряла сознание и пришла в себя лишь, когда муж уже стоял одетым возле ее постели:
– Хорошо бы второй раз был более удачным, чем первый. Две дочери у меня уже есть. Вам следует сильно постараться, – Генрих внимательно посмотрел на Анну, старательно выдавливавшую из себя довольную улыбку. – Вам очень хорошо удается сам процесс зачатия. Но вот дальнейшее… – он усмехнулся. – Ваша вина в том или не ваша, меня не интересует. Я жду сына. Иначе ваша дочь будет считаться такой же незаконнорожденной, как и дочь Екатерины.
За Генрихом громко захлопнулась дверь. Анна лежала в постели, не в силах пошевелиться, и смотрела в потолок.
«Убрать с дороги Екатерину не помешает, – вернулась в сознание подлая мыслишка, – сначала Екатерину, а потом и ее дочь».
В спальню снова начали заходить люди. Одна из фрейлин принесла воду и принялась осторожно вытирать истерзанное тело королевы. Вскоре принесли и малышку Бэт. Та тихонько посапывала, накормленная досыта кормилицей. Анна с неприязнью посмотрела на дочь, которую положили возле нее на подушку.
– Ты должна была быть мальчиком, – тихонько пробормотала королева. – Теперь из-за тебя придется мучиться опять.
Бэт спала. Ей было тепло и уютно рядом с матерью, от которой исходила странная смесь запаха молока и крови. Еще Анна пахла мужчиной. И Елизавета знала точно – это запах ее отца.
Анна отвернулась от дочери. Маленький комочек в белоснежном чепце и таком же длинном белоснежном платьице беззащитно пристроился рядом с ее головой.
– Ну почему же ты не мальчик, – едва не плача повторила Анна, – я ведь могла бы так тебя любить.
2
Известие о том, что новоявленная английская королева родила девочку, застало Фредерико в Париже. Франциск в кои-то веки находился в Лувре, а с ним и граф де Вилар со своей немногочисленной свитой. Кочующий с места на место французский король на некоторое время осел в столице. Но Лувр нагонял на Фредерико тоску. Темное средневековое здание с длинными коридорами, тускло освещаемыми факелами, узкие окна, полупустые комнаты не шли ни в какое сравнение с теми дворцами, в которых бывал в Англии испанец. Он упорно не желал вспоминать последние месяцы, проведенные с королевой Екатериной в Энфилде и Ампхиле – в замках далеких от совершенства, – и стоял на своём. Конечно то, что строил уже сам Франциск, выглядело намного великолепнее: отдельные замки на Луаре, начавшаяся возводиться пристройка к Лувру, а также перестроенный замок в Фонтенбло впечатляли своим размахом и величием…
Новость принесла Фредерико Матильда, которая при первой же возможности бегала к нему на свидания.
– Английская королева разочаровала Генриха и подарила ему дочь, – запыхавшись от быстрой ходьбы, доложила она ему. – Сегодня утром прибыл гонец из Лондона и принес это радостное известие!
– Отчего же она радостное? – опешил Фредерико, знавший, как сильно желал Генрих получить наследника.
– Она радостная для всех, – улыбнулась Матильда, – кроме английского короля. Стоило ли разводиться с одной королевой, которая не могла родить ему сына, чтобы жениться на точно такой же?!
– А для меня вообще существует лишь одна королева – Екатерина, моя госпожа, – нахмурился испанец, – а я все никак не могу выполнить ее поручение и передать письмо испанскому императору.
Матильда покачала головой:
– Опять ты за старое. Это письмо уже не поможет. И потом, если бы хотел, ты давно бы был в Испании. Или французская королева тебе дала недостаточно денег? Еще я бы прочитала письмо. Если оно действительно по-прежнему важное, то надо срочно покинуть графа и скакать к морю.