Гром Раскатного. Том 6 (СИ)

— Ну да…
— Чтоб ты понимал, для создания фамильяра не требуется никакая жертва. Так что хомяка, — я кивнул на клетку, — в машину. Потом его домой отвезёшь, сестре своей. А этот кадр нужен мне для работы.
Илья второпях доставил клетку в тачку и бегом ринул за мной. Уж больно интересно ему было, что я там творить собираюсь.
Хомяк получил прикольное имя — Пончик. Рыжий истероид это поддержал. Когда я донёс его до оборудования и опустил в специальную нишу, тот словно сам понял, что ему нужно делать. Он начал крутить колесо, носился в нем так, что искры в разные стороны летели.
Так что у меня теперь есть генератор электричества. Хе-хе-хе.
— Ей богу, Покемон, — Илья посмотрел в маленькое оконце, которое было предусмотрено в установке. — Пончик… я выбираю тебя!
— Во время вращения колеса хомяк вырабатывает ток, — пояснял я уже на улице. — Который преобразуется оборудованием в энергию для зарядки батареек.
— Типа, бесконечный генератор? — Илья очень всерьез задумался. — Да?
— Если бы, — хмыкнул я. — Электро-хомяка нужно регулярно подзаряжать, используя те же катушки и слабые импульсы тока. Иначе, он тупо сядет.
— А что будет с фамильяром, который разрядится? А?
— Ничего хорошего. Если его долго не заряжать, он начнет терять эфир, который поддерживает его жизнь. А это равносильно ослаблению, затем — смерти.
Кстати, теперь вся установка работает. Зарядка батареек полностью автоматизирована благодаря этому необычному источнику энергии. Процесс — заработка, во имя Святой Электрожабы, с помощью ее энергии, хех, успешно запущен!
* * *
На встречу к Сладкиным вечером этого же дня я пришел вместе с Распутиной. За ее безопасность я не переживал, тем более что я подготовился.
Подарил ей перед поездкой очень занимательное ожерелье. Дорогое, безусловно, но с изюминкой. В ожерелье был модуль, миниатюрный, правда, но не менее полезный, чем те, которые были в доме ее отца.
Влияние чумницы никак не повлияет на Катю. Более того, она не сможет взять ее под контроль, пока на ней это украшение.
Да и в общем, сама идея взять ее с собой была обусловлена тем, что Кате нужно было развеяться. Она и так дома сидит почти регулярно, а тут светский вечер.
Агонию и Арнольда я встретил через полчаса после начала «вечера». Во время приема закусок сначала показался Шариков, который при виде меня зачем-то попытался свалить и раствориться в толпе. А затем я увидел чумницу.
Она выглядела, с точки зрения физиологии, — шикарно. А вот, учитывая, что она чумная тварь, — убого.
Агония все же нашла момент, когда я стоял один. Распутина в это время болтала около окна со своей подругой, а я молча работал челюстями.
— Приветик, Георгий, — девушка, деловито двигая бедрами в обтягивающем платье, подошла почти вплотную. — Может, выйдем? Надо поговорить.
— А где твой хахаль? — спросил я. — Попадаться на глаза не хочет?
— Об этом мы и поговорим, — она в манере «львицы» повернулась ко мне спиной, обернулась и, маня пальчиками, пошла в сторону балкона.
При всем при этом она реально держалась женственно. Очень. Ее формы привлекали внимание других мужчин. Кто-то даже невольно открывал рот.
Когда я вышел на балкон вслед за ней, она стояла лицом ко мне, опершись на перила. Дождавшись, когда я подойду, она сначала сходу, особо не церемонясь.
— Ты ведь электромант, верно?
«Хм…»
— А с чего ты это взяла? — меня не смутило, что она понимала разницу между электромантом и молниевиком.
— Потому что только на твоей технике есть защита от моего чумного тока, — немного злобно ответила она, облизываясь. — А такое доступно только им.
— Это просто наш родовой стиль, — пожал я плечами, продолжая играть с ней. — Про никаких электромантов я не слышал.
Чумница хмыкнула, глядя на меня с интересом. Затем сделала шаг в мою сторону, а затем еще и стала, так сказать, чуточку ближе ко мне. Положила руки на плечи и промурлыкала:
— Может, ты и прав… Такой сильный, такой мощный…
И, не дав мне отреагировать, резко поцеловала. Да и я, если честно, не сопротивлялся — ведь у каждого была своя цель. Агония попыталась заразить меня своим чумным током, но я, как всегда, оказался на шаг впереди.
  
Я не только не позволил току проникнуть в мой организм, но и сбил магический темный ток внутри самой Агонии. А это было поражением для нее, ибо спустя время ее сила начнет вести себя странно и выйдет из-под контроля.
Она отняла свои губы от моих и потянулась, было, второй раз, но я на манер героя кинофильма приложил ей палец к губам.
— Не-не, — я цокнул. — Шариков, увы.
Она смотрела на меня с каким-то желанием и одновременно как на покойника. Я, сохраняя хладнокровие, сделал шаг в сторону и как ни в чём не бывало пошел обратно в зал, бросив ей напоследок:
— Между нами ничего не может быть.
— Ну да, да, конечно… — послышалось мне вслед.
К слову, весь оставшийся вечер она блистала на балу. В её руках то и дело вспыхивал веер, то и закуски подгорали. А когда она танцевала, меняя одного кавалера за другим, то пару раз случайно била людей током. Да так, что мужики вопили от боли и невольно топтали ей ноги.
Всё это, конечно, выглядело довольно комично, но придавало вечеру хаотичный колорит. Распутина не сводила с неё глаз и постоянно говорила мне, что с Агонией творится что-то странное.
  
Глава 6
 
Чумница Агония.
«Что такое? — Агония держала в руках пластиковый комок, который до недавнего времени был телефоном. — Как это вообще могло произойти?» Телефон сгорел прямо у нее в руках, так еще и зашипел так, что она невольно испугалась. Через минуту над ее головой взорвалась лампочка, а еще через две сгорел пульт от телевизора, как и сам телевизор. День не задался.
Она отправилась в душ, чтобы хоть как-то успокоить свои мысли, но и тут случилось нечто странное… красуясь, она водила руками по своей талии напротив панорамного стекла с затемнением, как вдруг…
Ток, словно по волшебству, пошел по воде, как по катализатору, и ударил ее так, что волосы задымились.
— Ах! — лбом она разбила это самое стекло, вылетая со второго этажа усадьбы Шариковых. — Твою мать! — она позволила себе местные выражения. — Да что это такое?
Вытаскивая из волос ошметки травы и колючки, она материлась так, как не матерятся дамы приличного общества. Альберт, услышав шум, выбежал на улицу и тут же начал сюсюкать, деловито при этом вытягивая губы!
— Масечка моя, Агония, — он попытался достать ее из кустов с розами. — Как же тебя, моя бархатистая лапочка, угораздило-то так?
— Закрой свой поганый рот, — рявкнула на него Агония. — И хватит так меня называть!
Только вот на одной технике свет не сошелся клином. Хаос, творящийся вокруг со всеми вытекающими, начинал сводить ее с ума. Доходило до такого, что она в бешенстве стукала кулаком по стене, оставляя на ней вмятины.
Все, как казалось, началось после того проклятого вечера с этим самоуверенным выскочкой Раскатным! Она была уверена, что заразила его чумным током, только… предвкушения того, что он медленно угасает, — не было. Словно что-то пошло не так.
А из донесений, которые приходили каждый час, она узнавала, что Георгий чувствует себя как ни в чем не бывало. Жив и здоров как бык!
«Что с ним не так? — Агония пнула мертвый робот-пылесос, а тот вспыхнул. — Почему Раскатный не угасает? Ведь… я так хочу его поглотить… как… как… — пылесос все же взорвался. — Как какой-то питательный батончик, — она облизнулась. — Черт, почему он вообще еще ходит⁈»
Разумеется, поглощение Раскатного бы не укрепило ее силу так, как поглощение Кати, но тем не менее это должно было быть вкусно. И от мысли, что вот-вот и она должна его съесть, она…
Сходила с ума. Георгий не умирал, а это злило ее до глубины души!
— Кис-кис, — Агония села на диван в приемном зале второго этажа и взяла на руки пушистую кошку. — Может, и тебя заразить потом, а? Будешь ходить, Чуму наращивать, а потом я тебя…