Наследница в его постели

– Леди Арбогаст уверена, что вы иностранка, – произнесла баронесса обвиняющим тоном. – И ваш стиль одеваться служит тому подтверждением.
– Вовсе нет, уверяю вас.
Губы баронессы презрительно искривились.
– Значит, это способ привлечь к себе внимание.
– У моей матери была толика итальянской крови, – сообщила Виола. – А один из моих предков был музыкантом при дворе Марии, королевы Шотландии. Его убили.
Баронесса в ужасе прикрыла глаза.
– Итальянская кровь, – произнесла она сдавленным голосом, – музыканты, убийство. Джулиан, ты рехнулся?
Следуя примеру герцогини Беркширской, остальные светские дамы вылезли из своих экипажей и потянулись в кондитерскую, создав толчею у столиков, находившихся в пределах слышимости от стола герцогини. Среди новоприбывших оказалась леди Джерси.
– Ты не хотела бы присоединиться к моей компании, Оливия? – спросила она.
– Отстань, Салли, – раздраженно отозвалась герцогиня. – У меня новые знакомые.
Леди Джерси вздернула подбородок и удалилась за соседний столик. Облаченная в модное платье с высокой талией и низким вырезом, она демонстративно отказывалась смотреть на кого-либо, кроме собственной свиты, но ее спутницы вооружились моноклями, наблюдая за противником.
Не обращая внимания на зрителей, баронесса набросилась на Джулиана.
– Надеюсь, ты будешь рад узнать, что твой отец чудесным образом поправился, пока ты болтаешься по Лондону со своей... подругой. – Ее холодные голубые глаза коснулись Виолы.
– Поправился от чего? – поинтересовался Джулиан, положив руку на плечо Виолы. – По словам Пердиты, он вообще не болел. Это была какая-то шутка.
– Ты виделся с сестрой? – требовательно спросила баронесса. – Мне следовало знать, что ты последуешь за нами в Суссекс!
– Я не виделся с ней. Она прислала мне письмо. Видимо, она не рассчитывала, что ты сообщишь мне эту радостную новость по возвращении в Лондон, – саркастически добавил он.
Баронесса презрительно фыркнула.
– Не волнуйся, Джулиан. Я объяснила твоему отцу, что ты слишком занят, чтобы явиться к его смертному одру. Теперь я понимаю, чем ты был занят, – добавила она, бросив очередной уничтожающий взгляд на Виолу.
– Джулиан много работает, – сказала та. – Я сама его редко вижу.
Джулиан поцеловал ей руку.
– Если бы не работа, я бы проводил с тобой каждое мгновение Мэри. Но когда мы поженимся...
Он склонился к ее уху и что-то прошептал. Виола хихикнула.
Баронесса демонстративно покашляла.
– Джулиан ни разу не упоминал о вас, мисс Эндрюс, – пронзительно произнесла она. – Вы давно помолвлены с моим сыном?
– О, я не верю в продолжительные помолвки, – небрежно отозвалась Виола.
– Почему же? – осведомилась баронесса. – У вас была особая причина для спешки, мисс Андерсон? И ваши родители не возражают? Странно.
Виола одарила ее ледяным взглядом.
– Мисс Эндрюс, – поправил свою мать Джулиан. – Ее родители умерли, – сообщил он. – Естественно, я хочу обеспечить ее домом как можно скорей. Это достаточное оправдание для спешки?
– У вас должен быть опекун, мисс Эндрюс, – проницательно заметила герцогиня.
– Вовсе нет, – ответила Виола. – Мне двадцать один год. Глаза герцогини сузились.
– Но вы не можете жить одна, – резко произнесла она. – Особенно в Лондоне. Где вы живете? С кем?
– Дайте мне подумать, – сказала Виола.
– И мне тоже, – пробормотал Джулиан.
– Боюсь, Лондон представляется мне настоящим лабиринтом, – произнесла Виола извиняющимся тоном. – Видите ли, я здесь впервые.
– Но вы должны знать, где живете, – настаивала баронесса.
– Даже если вы не помните, где живете, вы должны помнить – с кем, – заметила герцогиня. – Ну же, мисс Эндрюс. Вы должны с кем-то жить.
– Ну, в последнее время я гостила у леди Виолы Гэмбол, – сказала Виола, стараясь по возможности держаться правды. – У ее брата, герцога Фэншо, есть дом в Лондоне.
– Леди Виола в Лондоне? – задумчиво произнесла герцогиня. – В газетах не было ни слова. Она была представлена ко двору? Впрочем, вряд ли, я бы слышала об этом, – раздраженно пробормотала она. – А какое отношение вы имеете к семье Фэншо, мисс Эндрюс?
 
– Отношение? – тупо переспросила Виола. – Ну... я из Йоркшира, как и они.
– Вот как? – выжидающе сказала герцогиня.
– Отец Мэри был викарием в приходе герцога Фэншо, – вмешался Джулиан. – Леди Виола всегда была очень добра к Мэри.
– Мы были неразлучны в детстве и до сих пор остаемся подругами, – добавила Виола.
– Понятно, – сказала баронесса. – Это леди Виола дала вам это манто? Признаться, я удивлена. Каждый человек должен знать свое место.
– Где она его взяла, интересно? – проворчала герцогиня. – Я не видела его в лондонских магазинах.
– Но я приобрела его в Лондоне, – возразила Виола, блеснув глазами. – В ломбарде. Оно принадлежало русскому князю.
Баронесса скривилась. Если герцогиня была шокирована, то не подала виду.
– А шляпа?
– Леди Виолы. Кажется, это шляпа ее матери.
– Герцогиня умерла десять лет назад, – заметила баронесса. – Ради Бога, мисс Эндрюс, никто больше не носит таких шляп. – Она захихикала.
– Хорошая шляпа никогда не выйдет из моды, – твердо сказала Виола. – Вы знали покойную герцогиню Фэншо? – спросила она с любопытством.
Баронесса презрительно фыркнула.
– К сожалению, нет. Мы с мисс Лайон вращались в разных кругах.
– Я была на свадьбе, – сообщила герцогиня, глядя на Виолу затуманившимися глазами. – Фэншо и Беркшир были старыми друзьями. Она была как видение в белом шелке и французских кружевах. И у нее была самая соблазнительная на свете походка. Все были влюблены в нее, включая вашего Джорджа, баронесса, – сухо добавила она.
– Неужели? – удивленно произнесла Виола.
– Можно взглянуть на ваше кольцо? – спросила у нее герцогиня.
– Мое кольцо? – растерянно переспросила Виола.
– Да, на ваше обручальное кольцо.
– Я еще не купил его, – вызывающе сказал Джулиан. – Я был слишком занят.
– Но сейчас вы не заняты, – указала герцогиня. – Почему бы вам, не сбегать и не купить девушке кольцо? По-моему, она заслуживает подобной безделицы.
– Правда, Джулиан, – сказала Виола. – Почему бы тебе, не сходить за кольцом? Это не займет много времени, а я буду в полной безопасности с этими дамами.
– Я не могу оставить тебя, – возразил Джулиан, пораженный, что подобная мысль вообще пришла ей в голову. – Возможно, они выглядят безобидными, но, поверь мне, они порвут тебя в клочья, как только я уйду, – шепнул он ей на ухо.
– Чепуха! – заявила герцогиня. – Мы с вашей матерью приглядим за мисс Эндрюс. Еще только три часа. У вас полно времени, чтобы купить кольцо. Мы подождем вас здесь.
– Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? – спросил Джулиан, пытаясь найти в лице Виолы хоть какие-то признаки того, что она умоляет его остаться и оградить ее от двух драконов в женском облике.
– Уверена, – заверила его Виола с ослепительной улыбкой. – Я всегда считала дамское общество бодрящим. Когда говоришь с мужчиной, мозги почти не напрягаются, – добавила она.
– Думаю, мы готовы сделать заказ, – сообщила герцогиня официанту, который уже некоторое время стоял наготове. – Мисс Эндрюс?
– Порцию ананасового, – сказала Виола, глядя в меню. – А вам, герцогиня?
Лицо герцогини, которая сама хотела заказать ананасовое мороженое, приобрело кислое выражение.
– Порцию смородинового, – резко бросила она.
– Баронесса? – поинтересовалась Виола.
– Лакричное, – отозвалась мать Джулиана. – И перестаньте называть меня баронессой, мисс Эндрюс. К вашему сведению, правильное обращение – «миледи». А герцогиню Беркширскую следует называть «ваша светлость». Я допускаю, что подобные тонкости не имеют значения в йоркширской глубинке, но сейчас вы в цивилизованном обществе.
– Если бы я была герцогиней, мне бы хотелось, чтобы меня как можно чаще называли герцогиней, – возразила Виола. – Поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой. Это из Библии, как вам известно.