Дело не в тебе, дело во мне (ЛП)

Переводчик: Яна Дзен
Редактор: Gosha_77, _Kirochka_, NaPanka
Вычитка: Marina_lovat
ГЛАВА 1
СОТЫЙ ЗВОНОК
В ухе звенит гудок, издеваясь надо мной, как и в последние два раза, когда я звонила в студию.
Проклятье.
Даже не знаю, почему я беспокоюсь. Я никогда не выигрывала в подобных мероприятиях. Будь то лотерейные билеты, счастливые номера или призы, которые разыгрывают по радио, мне везёт так же сильно, как чёрному коту, разбившему зеркало в пятницу тринадцатого, поэтому я никогда не выигрываю.
Как это называется, когда делаешь одно и то же снова и снова, ожидая другого результата?
О, верно. Это и есть определение безумия.
И да, я продолжаю звонить.
Вздохнув, я застываю, держа палец на кнопке выключения мобильника. Я знаю, что правильно и логично было бы закинуть мобильник на пассажирское сиденье, заглушить машину, она уже начала угрожающе кашлять, пока я стояла на обочине на холостом ходу, и пойти внутрь… но я не могу остановиться.
Задерживаю дыхание, закрываю глаза и нажимаю на кнопку набора номера.
Просто нужно немного больше времени.
Сидя в машине, вслушиваясь так сильно, почти до боли, я зажмуриваюсь и направляю всю свою энергию на одну-единственную невозможную мысль, я даже забываю дышать.
Звони, чёрт возьми.
Пожалуйста, просто один грёбанный звонок.
Целое мгновение ничего не происходит.
И затем…
Гудок.
Глаза у меня расширяются, когда я слышу голос на том конце.
— Поздравляю, вы наш сотый абонент! Назовите ваше имя!
Мой рот открывается, как у мисс Америки, когда её спросили, что она думает по поводу обвала мировой экономики. Я не могу выдавить ни слова.
— Алло? Вы позвонили в КБЛ1 Бостон, вы меня слышите? — говорящий прочищает горло и смеётся. — Ну, похоже, линия не отвечает, придётся перейти к другому абоненту…
Дерьмо!
— Я здесь! — ору я в трубку. — Простите, простите, я здесь!
— Назовите ваше имя, милая!
— Джемма, — выдыхаю я, мысли путаются. — Джемма Саммерс.
— Откуда вы?
— Из Кембриджа.
— Ну, Джемма Саммерс из Кембриджа, вы выиграли два билета на матч плей-офф сегодня вечером!
— О, Боже мой, — взвизгиваю я.
Он снова смеется.
— Да, игра сезона сегодня вечером в семь, в Гардене. Мы выиграем, мы пойдём до конца, детка!
— Спасибо, — наконец-то выдавливаю я. — Большое спасибо.
— Пожалуйста, Джемма. Мы в КБЛ всегда заботимся о наших слушателях.
— Да, — тупо соглашаюсь я, всё ещё немного в шоке.
Я слышу, как он улыбается в трубку, когда снова заговаривает:
— Расскажи нам, что ты сейчас чувствуешь, Джемма? Ты фанатка Селтикс?
Упсс. Я должна была знать, что всё идёт к этому.
Честно признаться, я ненавижу баскетбол, даже больше, чем ненавижу ложь. Но как я могу признаться в этом на радио, которое слушает большая часть мужского населения, желающая меня убить за то, что я выиграла билеты, за которые они бы продали души?
Вероятно, никак.
Так что да, я делаю то, что сделает любая уважающая себя девчонка в подобной ситуации.
— О, огромная, просто самая преданная фанатка, — вру я сквозь зубы. — Но не такая большая, как мой парень.
— Ну, тогда, вероятно, он самый счастливый парень в мире, потому что будет твоим плюс один! — ведущий смеется. — Сегодня вечером ты его осчастливишь!
— Я надеюсь на это, — бормочу я, качая головой. — Если это не сработает, тогда уж и не знаю что.
— Что ты говоришь, Джемма? Я не расслышал тебя.
Вот чёрт! Я это вслух сказала?
— О, ничего! — щёки мои вспыхивают. — Просто, очень благодарна, он будет так доволен!
Я так думаю.
Надеюсь.
Ладно, молюсь.
Потому что, серьёзно, если это не сделает его счастливым, я не уверена, что найдётся другой способ.
ГЛАВА 2
ЛОГИКА ДЖЕММЫ
 
Ральф счастлив.
Так странно наблюдать за этим. Я уже привыкла, что он смотрит на меня наполовину безразлично, наполовину разочарованно, что с трудом верю, видя на его лице улыбку, адресованную мне. Широкую, открытую. Впервые за…
Несколько недель?
Или месяцев?
Можно и не говорить, в каком он был восторге от билетов, когда я рассказала ему. Чёрт, он подхватил меня на руки и закружил по кругу, что было самой бурной деятельностью за…
Несколько недель?
Или месяцев?
Господи, какая же жалкая у меня жизнь.
Я не всегда была такой девушкой, ну знаете, которая согласна на постоянный секс ради малой искры и самоуважения. Думаю, я просто устала ждать. Когда я восемь лет назад приехала в город, то была восемнадцатилетней идеалисткой, полной надежды, энергии и страсти. Нахождение в одиночестве привлекало больше, чем изнуряло. Я тратила годы в барах, клубах, танцуя ночи напролёт с незнакомцами. Делая то, что у нынешнего поколения получалось лучше всего — получала физическую близость без эмоционального багажа.
Затем мне стукнуло двадцать четыре, и я стала постепенно замечать как мои друзья, которые некогда делили со мной шоты из текилы и тряслись до рассвета под музыку, распадались на пары.
А затем эти пары женились.
И становились родителями.
Я же с трудом могла заботиться о растениях, не говоря о малыше.
Когда я опомнилась, мне уже стукнуло двадцать шесть, и было уже поздно. Я уже стала Одинокой Джеммой, той, которая пропускает званые обеды, а друзья смотрят на меня как на проект по поиску партнера. Они, конечно, хотели как лучше, но не скажу, что это всегда получалось.
Первой была Шелби.
— Мой дантист холост, Джемма! Он недавно развелся, так что… Я думаю, вы двое могли бы поладить! Я могу что-нибудь предпринять, когда пойду завтра на чистку. Он надежный, тебе бы подошёл такой парень! И он ни разу не расковырял мне десна до крови.
Дыши, Джем. Она не хотела быть навязчивой, она пыталась помочь.
Затем Крисси:
— О, мой фитнес-тренер такой секси, серьёзно, ты должна увидеть его пресс. Я бы хотела, чтобы у Марка был такой пресс, но он всё нудит, что наберёт "вес как у отца", как будто это он вынашивает чёртова ребёнка в своей чёртовой утробе целых чёртовых девять месяцев. Прости, о чём я говорила? А, да, Стив. Я дам ему твой номер после следующего занятия.
Видишь ли, свадьба — это не горшочек с золотом, как все говорят, Джемма. Если бы ты была замужем, то возможно знала бы, что такое проклятый "вес как у отца" и должна была бы смириться с тем, что твой муж распустил себя, не дождавшись и года после свадьбы. Мир пивных животов и супружеских обид не для тебя.
Но что бы я себе не говорила, я чувствовала, что со мной что-то не так. Я двадцатишестилетняя женщина, живущая в мегаполисе и не имевшая никогда серьёзных отношений. Есть тысячи мужчин, в доступности одного клика из "Тиндер", "ОкКупид" и "Хиндж" или миллиона других онлайн-знакомств, которые гарантируют, что помогут найти моего идеального парня.
Так… где же он, чёрт возьми?
И вот свидание за свиданием, свидание за свиданием и абсолютно ничего, кроме кофе и секса на одну ночь… и ни один из мужчин, которых я встретила в Бостоне, мне не подошел, так значит…
Дело во мне.
Это единственный логичный вывод.
И он возвращает нас к Ральфу.
С его дешевой стрижкой, полной фигурой и гардеробом, за который большинство шестнадцатилеток готовы убить, потому что он состоит из футболок с логотипом бостонской спортивной команды и штанов — Ральф Голдстейн не самый выдающийся образец мужчины. Но у него есть одна важная черта, которая, по мнению моих друзей, перевешивает все сомнительные модные предпочтения и отсутствие сексуального магнетизма: он одинок.