Спавшая пелена (СИ)

До появления Люсии, я собирался выжидать. Постараться выяснить, где будет храниться это устройство, а потом разработать какой-то приемлемый план. В конце концов, рядовые регулярно забирали кого-то из нас для выполнения поручений. И, судя по тому, что я видел, члены отряда возвращались самостоятельно, выполняя данные им команды.
При этом я сильно сомневался в способности горилл грамотно формулировать задачи. Что открывало определённый простор для самостоятельных действий. А если получится вступить с ними в диалог и спровоцировать на нужную мне фразу, в теории, можно было получить относительную свободу передвижения. В конце концов, я мог интерпретировать любое их слово, как отданную команду.
Голова кипела, переполненная мыслями. А вот конфликт между двумя офицерами постепенно переходил на другую стадию. Оба начали повышать голос, не сильно заботясь о внимании окружающих. Я же пытался понять, почему мы подчинились приказам человека в костюме? Он абсолютно точно не относился к военным. Тот самый “авторизованный гражданский персонал”? Имеющий свободный доступ к нашим коммуникаторам.
— Информирую, что ваш командир отстранён от руководства. Всем вернуться в место расположения и не покидать казарм.
Голос, который сейчас звучал в моей голове, был всё тем же. Приказ отдал темноволосый мужчина в гражданском костюме, чьи глаза гневно смотрели на армейского офицера. Я, было сделал пару шагов вперёд, двинувшись вместе со всем строем. Но через секунду послышался голос лейтенанта.
— Вынужден интерпретировать эти действия как вмешательство в управление гарнизоном, граничащее с мятежом. Первый десяток одиннадцатой роты — сопроводить наших гостей за ворота. В качестве исполняющего обязанности командира гарнизона, я перевожу армейский блок Полиса №16 на осадное положение.
Прямой команды, адресованной нашему отряду не прозвучало. Так что я остался на месте. А вот конфликт этой парочки вышел на принципиально иной уровень. Заставив меня задуматься. Выходит, приказы могли нивелировать друг друга, даже если это не указано напрямую? Или же всё упиралось в интерпретацию полученной команды?
Группа солдат действительно сдвинулась с места, собираясь выполнить указания и выкинуть оппонента офицера за пределы территории части. Равно как и четверых его сопровождающих, чьи руки сейчас потянулись к оружию.
Но тот не собирался сдаваться просто так. В следующее мгновение я снова услышал его голос.
— Это вооружённый бунт. Обвиняю лейтенанта Мортона в неподчинении. Одиннадцатая рота — немедленно арестовать мятежника. Прекратить действия, нарушающие законы “Гелиоса”, и вернуться в казармы.
Солдаты застыли, переглядываясь между собой с изрядной долей непонимания на лицах. Я не знал, как в их случае работает система контроля, но предполагал, что получение противоположных приказов от лиц с одинаковым социальным статусом наверняка приводит их в замешательство. Заодно не давая выполнить любую из полученных команд.
Что до капралов, на которых такие установки не распространялись, они тоже разделились. Двое остались вместе с рядовыми, не проявляя особого рвения и желания участвовать в конфликте. Ещё трое встали за спиной лейтенанта, сжимая в руках автоматы. А младший капрал Клэнс, руководящий нашим отрядом, грамотно изображал каменную статую. Судя по всему, отчаянно желая избежать втягивания в противостояние.
За следующие несколько минут двое мужчин озвучили больше двадцати разнонаправленных приказов, пытаясь заставить солдат подчиниться. Чем сильнее они изощрялись в формулировках, тем больше вводили рядовых в состояние хаоса. Я же за это время успел немного успокоиться и переключиться. Та безумная ненависть, что совсем недавно пронизывала мою голову, обратилась в мрачную решимость. Я желал вырваться отсюда. Любым способом. Успеть освободить Люсию, до того, как её сломают. О том, что с ней сейчас происходит, я старался не думать. Стоило одной такой мысли коснуться моего разума, и он мог снова взорваться. Тогда как для реализации задуманного мне требовалась относительно холодная голова.
  
Одновременно с этим, я, как мне казалось, понял логику спорящих. Ни один из них не хотел доводить дело до прямого столкновения. Рискну предположить, что такой расклад негативно сказался бы на каждом, включая победителя. Сомневаюсь, что “Гелиос” приветствовал междоусобицы, в которых погибали его граждане. Уж тем более - открытые схватки между представителями разных ведомств. Именно поэтому каждый из оппонентов пытался создать критический перевес сил, при котором у противоположной стороны не осталось бы ни единого шанса на успех.
Правда, получалось у них не слишком хорошо. Скорее всего, будь здесь командир гарнизона и его распоряжения имели бы более высокий приоритет, чем команды условного гражданского. Но сейчас приказы отдавал всего лишь командир роты, чьего статуса явно было недостаточно, чтобы заставить рядовых действовать против мужчины в костюме.
Если быть честным, возникший конфликт напрочь ломал моё представление о “Гелиосе”, как структуре с чётким разделением обязанностей и выстроенной иерархией. Судя по тому, что я сейчас наблюдал, в Полисе №16 не было человека, который обладал бы полной властью над всеми службами. Естественно, размышлять о том, как может быть устроена система управления, я сейчас не стал. Тем не менее, факт отсутствия единого руководителя был налицо. Потому как, если бы он здесь имелся, обе стороны уже давно бы апеллировали к нему, а не сводили с ума солдат одиннадцатой роты, засыпая их противоположными приказами. Лица рядовых сейчас выражали крайнюю степень замешательства — максимальную, что была доступна их уровню интеллекта.
В какой-то момент лейтенант оглянулся назад. Прошёлся взглядом по нашему отряду и внезапно торжествующе улыбнулся. А в следующую секунду я услышал новый приказ:
— Считайте, что вы официально находитесь в зоне проведения боевой операции по подавлению мятежа. Разрешаю применение силы и использование любого оружия. Как исполняющий обязанности командира гарнизона, приказываю следовать лишь директивам военного командования. Запрещаю исполнять приказы, отданные кем бы ни было, помимо меня.
Рядом удивлённо выдохнул Штайнер, а взгляд человека в гражданском сразу же обратился на наш строй. После этого он посмотрел на офицера.
— Ты же понимаешь, что за такое тебя по голове не погладят? Это уже не просто перепалка. Ты разрешил “смертникам” применять оружие в черте полиса. Объясняться придётся долго. И далеко не факт, что твои аргументы сочтут подходящими.
Мгновение помолчав, заговорил снова:
— Давай просто закончим этот нелепый цирк, и ты отдашь мне трофей. Обещаю, твои заслуги будут обязательно указаны в рапорте.
Видимо, в отношении таких, как мы, у армейских офицеров было несколько больше власти. А оппонент лейтенанта не мог отменить его приказ, что немедленно сместило баланс сил в пользу командира одиннадцатой роты.
Сам лейтенант медленно покачал головой, не отрывая взгляда от брюнета в костюме.
— Какое щедрое предложение. Но я предпочту отказаться. Вы абсолютно ничего не сделали, чтобы добраться до цели. Информацию передали наши агенты, а сама операция была проведена исключительно силами гарнизона. Никто из вас палец о палец не ударил, чтобы заполучить образец или пленных. Теперь же ты заявился сюда и хочешь забрать себе все лавры. Наивно надеясь, что тебе позволят.
Закончив монолог, лейтенант усмехнулся, и в моей голове снова прозвучал его голос:
— Первый десяток, охранять меня и трофей. При попытке агрессии со стороны любых лиц — немедленно применить оружие на поражение. Даже если вам только покажется, что они атакуют - стреляйте. Второй десяток — вывести этих пятерых человек за территорию армейского блока. Занять позиции на КПП и не впускать внутрь никого, кроме военных. При попытке силового прорыва или несанкционированного прохода через контрольный пункт — вести огонь на поражение.
Команда была достаточно конкретной, чтобы я немедленно начал двигаться. От нашего десятка сейчас осталось всего семь человек. И все они через пару секунд выстроились около офицера. Тогда как второй десяток окружил пятерых человек в костюмах. Стоило тем попытаться достать оружие, как они тут же оказались под прицелом автоматчиков.