Спавшая пелена (СИ)

— На выход. Быстро! Построение!
Выкрикнув эти три слова, он сразу развернулся и гулко затопав тяжёлыми ботинками, побежал обратно. Я же остался в легкой растерянности — приказ, вроде бы, имелся, и чип контроля обязан был заставить меня его выполнить. Вот только никакой внутренней тяги подняться и куда-то бежать я не почувствовал. Дело в формулировке? Все настолько привязано к деталям? Ведь если подумать, я мог бы воспринять это как команду покинуть полис. В конце концов, он не уточнил, за пределы чего именно нужно выйти.
Меня толкнули в плечо, вырывая из размышлений, и я заметил, что остальные активно облачаются в форму. Видимо, для большинства из них команда была куда более привычной и понятной. Спустя секунду, я к ним присоединился, закончив одеваться одним из последних. Тем не менее, вышел вместе со всей группой — в полной экипировке и с автоматом за плечами.
Как оказалось, построение подразумевалось вполне буквальное. Мы выстроились в две шеренги вдоль проведенной на плацу линии, расположившись напротив офицера. Тот, заложив руки за спину, с лёгким интересом разглядывал нас.
Слева от нашего отряда построились «неандертальцы» — несколько десятков человек. В полной выкладке и с оружием. Когда все оказались на месте, в воздухе раздался голос лейтенанта.
— Сегодня нас ждёт новая боевая операция во имя «Гелиоса». Цель — эти пять человек.
Сначала я не понял, о ком идет речь. Но через мгновение прямо передо мной неожиданно развернулся интерфейс коммуникатора, на котором отобразились пять фотографий. Трое мужчин и две женщины. Все в гражданской одежде, но трое были вооружены. Двое мужчин позировали с автоматами за плечами, а у одной из женщин на поясе висела пистолетная кобура. Оставшиеся двое были безоружны.
Пока я рассматривал фотографии, лейтенант продолжил:
— По нашим данным, они находятся в городе Бриг. Вместе с ними небольшой отряд охраны, но для нас это проблемой точно не станет. Основная задача — взять кого-то из этой пятёрки живым. Тот, кто справится и доставит мне пленного для допроса, получит поощрение.
На мгновение замолчав, прошёлся взглядом по строю. Потом заговорил снова:
— Талон на трёхчасовое посещение борделя со вторым классом обслуживания. Плюс усиленный рацион на семь дней.
Судя по радостному оживлению в строю слева от нас, такая награда считалась щедрой. Я же продолжал всматриваться в лица людей на фотографиях. Кто они? Почему являются врагами «Гелиоса»? К какой организации или государству относятся? Что привело их настолько близко к Полису № 16?
Лейтенант дождался, пока гомон утихнет, и продолжил:
— Сейчас на ваши коммуникаторы поступит план операции. Внимательно его изучите. Не допускайте ошибок. Чётко следуйте приказам. И помните — если кто-то стреляет в вас — значит, это враг. Стреляйте в ответ и убейте его.
План действительно появился. Возник перед глазами ещё до того, как он закончил говорить. Так что сейчас я смотрел на схему города, пестрящую условными обозначениями. Чуть ниже которой располагался текст с описанием сути рейда.
Не знаю, как остальные, но я постарался изучить всё, как можно тщательнее. И почти сразу заметил некоторые нестыковки в словах офицера. Он утверждал, что пятёрку целей прикрывает лишь небольшая группа охраны. Однако в тексте плана операции использовалась формулировка: «сопровождаются неизвестным количеством боевиков». Более того, там упоминались местные вооружённые группы, которые, согласно авторам текста, в теории могли прийти на помощь противнику.
Естественно, я нисколько не был заинтересован в выполнении задачи и уж тем более не беспокоился за жизнь офицера, капралов или рядовых. Но безопасность моих «коллег», равно как и моя собственная, оставалась важным фактором. А для того, чтобы выжить, нужно было располагать максимально полной информацией.
Я пробежался по тексту до самого конца, в том числе прочитав короткое описание города Бриг. Судя по указанным данным, там проживало не больше полутора тысяч человек, разбившихся на несколько разноформатных группировок. Детали не приводились, но было ясно, что город не принадлежал ни к одному из крупных объединений. При этом, «Гелиос» почему-то не стал полностью зачищать его или брать под контроль.
  
В целом, это соответствовало их политике. Оба варианта потребовали бы затрат ресурсов. Отправить туда пехоту, чтобы перебить полторы тысячи человек, — задача непростая, да и сопротивление неминуемо. Что означало бы гарантированные потери. Обрушить на город бомбы и снаряды — слишком дорого. Что-то подсказывало, если подсунуть кому-то из управленцев «Гелиоса» счёт за подобную операцию с указанной стоимостью ликвидации одного отдельно взятого человека, дело бы закончилось массовыми отставками. Скорее всего, руководство Полиса № 16 вовсе использовало этих местных в своих целях. В каких именно — я не знал, но такая версия казалась правдоподобной. В их стиле: рационально, цинично и с выгодой для себя.
Чего в тексте не имелось, так это дополнительной информации о самих целях, за которыми мы охотились. Лишь упоминалось, что они прибыли с враждебными намерениями и их необходимо уничтожить. Если удастся — захватить кого-то из них живым. Для выполнения этой задачи мы, вместе с одиннадцатой ротой, состоящей из лейтенанта, пяти капралов и полусотни рядовых, выдвигались в Бриг на вертолётах.
В описании операции подчёркивалось, что такой метод должен был исключить бегство противника. Что также указывало на высокую ценность этих людей для «Гелиоса». Просто так расходовать топливо корпорация бы не стала.
В иных обстоятельствах я бы с удовольствием побеседовал с этими людьми. Но сейчас приходилось изучать тактическую схему, согласно которому их требовалось заблокировать в городской застройке и попытаться взять живыми. Примечательно, что в роли загонщиков выступал наш небольшой отряд. Мы должны были рассредоточиться и двигаться по району города, где предположительно находились объекты. В конце концов вступив с ними в огневой контакт и вынудив отступать. В это время, одиннадцатая рота заняла бы позиции вокруг зоны проведения операции, перекрывая пути отхода.
Трясти меня начало уже после того, как все загрузились в вёртолеты. Похоже, только сейчас до разума дошло, что всё это происходит на самом деле. Совсем скоро мне придётся бегать по улицам с оружием в руках и, скорее всего, стрелять в людей. Те же, в свою очередь, будут стрелять в ответ. При этом, у меня не было ни одной причины желать их гибели. А единственная мотивация с их стороны заключалась в ликвидации очередной марионетки «Гелиоса». Конечно, если не считать спасения их собственной жизни.
Процедура, которую со мной провели, наполнила разум знаниями об оружии, тактике боя, полевой медицине и массе иных, полезных для пехотинца, вещей. Вот чего она не обеспечила, так это стабильной нервной системы. Сейчас мои пальцы натурально дрожали, а разум рисовал самые мрачные сценарии ближайшего будущего.
Как только мы взлетели, в голове зазвучал голос младшего капрала, командующего нашим отрядом:
— Официально уведомляю, что с этого момента вы считаетесь находящимися в зоне боевой операции. Ограничение на общение снимается. Теперь по плану. «Старый», ты ведешь первый десяток. Я иду позади второго. Полевое командование вторым — на «Девятом». Действуем строго по плану.
На секунду замолчав, повернулся ко мне:
— Новичок, твой позывной — «Девятнадцатый». Привыкай. Конечно, если не сдохнешь сегодня. И попроси своего соседа объяснить, как пользоваться коммуникатором.
На этом он замолчал, казалось, полностью потеряв ко мне интерес. Я же покосился на сидящего рядом «брата по несчастью». Тот, в свою очередь, посмотрел на меня. Через секунду я услышал уже его голос:
— Когда откроешь интерфейс, внутри будут всего два окна. Первое — план операции, на случай, если вдруг что-то забудешь. Второе — список членов отряда. При необходимости можешь связаться с любым напрямую или выйти на общий канал, чтобы сообщить что-то срочное всем сразу. Других опций не предусмотрено. Как только выйдем из боевого режима, коммуникатор снова отключится. По крайней мере, самостоятельно ты его запустить не сможешь.