Спавшая пелена (СИ)

Вернувшийся с печеньем в руке, ночной дежурный похрустел сладостью за своим столом, а потом откинулся на стуле, сложив руки на груди, и прикрыл глаза.
В целом, всё шло именно так, как я предполагал. С той лишь разницей, что меня обнаружили на самом первом этапе проникновения. Радовало хотя бы то, что я не стал сразу надевать маску. Иначе объяснить дежурному ситуацию точно бы не вышло.
Несколько минут я сидел за компьютером, периодически стуча по клавиатуре и набирая текст, который сразу же удалял. Время от времени косился в сторону дежурного, постепенно сползающего вниз по стулу. Наконец в тишине раздалось лёгкое похрапывание, и я решился.
Осторожно отодвинув стул, плавно поднялся на ноги и медленно двинулся к выходу из зала. Оказавшись около самого проёма, оглянулся назад, убедившись, что мужчина по-прежнему неподвижно сидит на стуле с закрытыми глазами. После чего выскользнул в холл, сразу же устремившись в сторону лестницы.
Никакого движения в зале южного крыла я не заметил, что позволило надеяться на отсутствие там лишних глаз. Второй этаж тоже удалось преодолеть быстро. Свои ночные дежурные здесь имелись, но они, естественно, предпочитали сидеть в уютных кабинетах, а не бродить по пустому и слабо освещённому коридору.
Поднявшись на один пролёт выше, я притормозил. Достал из кармана кусок ткани, вырезанный из старой футболки, и покрутил его в руках. Спустя мгновение осторожно натянул его на голову. Отверстия вырезала Люсия, отмечая нужные места, пока материал был на моей голове, так что маска подходила практически идеально. Что, однако, не отменяло чувства дискомфорта и непривычности. Ещё мгновение постояв, двинулся дальше. Быстро преодолел второй пролёт и остановился около двустворчатой двери с электронным замком.
Такая была только здесь, на третьем этаже здания. Теперь я прекрасно понимал почему — здешним обитателям было, что скрывать. Достав из кармана краденую ключ-карту, я приложил её к сканеру замка. Секунду постоял, слушая, как гулко бухает сердце, и не отрывая взгляд от сканера. Наконец тот моргнул зелёным, а дверь тихо щёлкнула. До сих пор не веря, что я это делаю, потянул за ручку, открывая створку. Потом осторожно заглянул внутрь.
На первый взгляд, здесь не было ничего необычного. За исключением, пожалуй, оформления. Дизайн коридора был абсолютно иным. Стены оказались выкрашены сразу в два цвета, а вместо вмонтированных в бетон ламп висели настенные светильники. Красивые и даже в какой-то мере изящные. Правда, прямо сейчас они светили достаточно тускло — принципы экономии ресурсов соблюдались даже тут.
Шагнув вперёд, я аккуратно прикрыл за собой дверь и ещё раз огляделся по сторонам. Звуков или движения заметно не было. Тем не менее, это не означало, что этаж полностью пуст. Теоретически, здесь вполне мог оставаться свой дежурный, который, при необходимости, мог бы координировать работу персонала или вмешаться в кризисной ситуации.
Ещё один вопрос, который оказался неожиданно сложным, был связан с поиском кабинета шефа. Причина оказалась странной и сильно сбивала с толку. Я привык, что все надписи в полисе сделаны на понятном языке. И, если быть честным, до сегодняшнего дня даже не задумывался о том, что языков на планете может существовать несколько. Тем не менее, подтверждение этого имелось у меня прямо перед глазами. Я не мог прочитать надписи на табличках, что висели на дверях. Вернее прочитать то мог, но вот понять эти слова, уже нет.
Это ненадолго ввело меня в ступор. Даже если отвлечься от факта, что у человечества, оказывается, есть как минимум два языка, возникал ещё один логичный вопрос — как искать нужное помещение, если нет возможности ориентироваться по табличкам? Конечно, по идее, ключ-карта шефа департамента должна была открывать любой из этих кабинетов. Возможно, она даже обеспечивала доступ к рабочему компьютеру каждого сотрудника. Тем не менее, я не мог попросту идти от комнаты к комнате, открывая каждую и проверяя все терминалы подряд. Это заняло бы слишком много времени.
  
Не говоря уже о том, что оставался риск фиксации активности. Если активируется всего один рабочий терминал, условный наблюдатель, что прямо сейчас может находиться на своём ночном дежурстве, не обратит на это большого внимания. Даже если станет проверять, то проделает всё без лишней спешки. А вот если компьютеры начнут активироваться один за другим, да ещё и в явной последовательности — точно забьёт тревогу.
Поэтому, перед тем как действовать, я решил пройтись по коридору, присматриваясь к дверям и пытаясь решить уравнение с массой неизвестных переменных.
Подсказка пришла с неожиданной стороны. Я даже не ожидал, что такое в принципе возможно. «Гелиос» провозглашал своими идеалами не только максимальную эффективность, рациональность и умеренное расходование ресурсов. Помимо этого, корпорация заявляла о следовании принципам равенства своих граждан. Что находило своё отражение в одинаковой одежде, похожем жилье и условиях быта. Которые, по идее, должны были быть идентичными как для рядовых сотрудников, так и для руководящего персонала.
Тем не менее, прямо сейчас я наблюдал явное исключение из правил. Конечно, если они не были ложью, придуманной специально для того, чтобы дополнительно засорить наши мозги.
Дверь в кабинет шефа департамента разительно выделялась на фоне всех остальных. Как своим материалом — она была изготовлена из другого вида древесины, который даже визуально выглядел гораздо дороже, так и позолоченной табличкой, висевшей на этой самой двери. Мне вовсе не нужно было понимать, что именно там написано, чтобы сложить два плюс два, определив цель.
Спустя секунду тихо пискнул электронный замок, а я нажал на дверную ручку и медленно приоткрыл дверь.
Внутри предсказуемо оказалось темно. Но эту проблему я быстро решил с помощью настольного светильника. Подобных моделей я раньше не видел, тем не менее управление оказалось интуитивным. Одна небольшая кнопка включения и сенсорная шкала, при помощи которой можно было регулировать мощность света. Установив последнюю близко к минимальной отметке, я запер дверь и огляделся.
Все слова Гелиоса о равенстве и одинаковых условиях для всех его граждан в ту же секунду сгорели ярким пламенем. Массивный стол, заставленный безделушками и металлическими фигурками, которые, видимо, использовались в качестве украшений. Пара настоящих фотографий в рамках. Только, ясное дело — снимки были реальными. А рамки разительно отличались от того картонного непотребства, что стояло у меня дома.
Большое и удобное кожаное кресло. Шкаф, наполненный книгами — самыми настоящими, бумажными, в хорошем переплёте. Единственное «но» — названия на их корешках я прочитать тоже не мог. Всё тот же самый, незнакомый мне язык.
На закрытом шкафу висела вешалка с пиджаком, рубашкой и брюками, прицепленная к специальному крючку, сделанному в верхней части предмета мебели. На мгновение я застыл, изучая эту картину. Крючок не выглядел как самостоятельная доработка предмета. Это был заводской компонент, встроенный в шкаф изначально. А костюм однозначно служил для того, чтобы переодеваться в него после того, как шеф поднимался сюда в рабочем комбинезоне.
Ложь. Притворство. Двойная мораль. И они ещё что-то говорили о спасении человечества?
Поморщившись, я постарался отогнать в сторону эмоции и, обогнув стол, подошёл к компьютеру. На мгновение остановился, изучая его.
К счастью, техника критически ничем не отличалась. Технология доступа была точно такой же — для открытия резервного канала связи было достаточно приложить ключ-карту к небольшому сканеру.
Что я немедленно и сделал. А спустя секунду, коммуникатор уловил исходящий сигнал. Система отреагировала и предложила подключиться ближайшему к ней человеку, у которого имелся коммуникационный имплант.
Предложение я, естественно, сразу принял. После чего немедленно погрузился в изучение содержимого рабочего терминала шефа. И вот тут внезапно вскрылась ещё одна проблема. В отличие от наших рабочих компьютеров, где всё было чётко структурировано, здесь дело обстояло иначе. Папки и файлы были хаотично разбросаны по всему жёсткому диску без всякой видимой системы. Даже если зайти в облачное хранилище, где, по идее, должны были содержаться самые важные документы во избежание их потери, картина полностью повторялась. Всё тот же хаос: нагромождение многочисленных папок с непонятными названиями, которые я не мог прочитать, и точно такие же документы.