Комплект книг: «Питер Пэн», «Волшебник из страны Оз», «Алиса в Стране Чудес», «Алиса в Зазеркалье»

В тот день был именно такой случай. Мистер Дарлинг влетел в детскую с перекрученным непокорным негодником в руках.
– Что-то случилось, папочка?
– Да уж, случилось! – прямо-таки взревел мистер Дарлинг. – Этот предмет не завязывается! Во всяком случае, вокруг моей шеи. Вокруг ножки кровати – пожалуйста, хоть сто раз, но вокруг моей шеи – ни за что! Боже мой, ни за что! Вот так!
Не рассчитывая, что произвёл на жену должное впечатление, мистер Дарлинг сурово продолжил:
– Предупреждаю: до тех пор, пока на моей шее не будет галстука, на обед мы не пойдём, а если мы не пойдём на обед сегодня, то ноги моей никогда больше не будет в конторе, а если я не стану ходить в контору, мы все будем голодать и дети окажутся на улице.
Однако даже после этого спича миссис Дарлинг умудрилась сохранить спокойствие:
– Позволь мне, дорогой.
Мистер Дарлинг, собственно, за этим и пришёл. Дети молча стояли рядом, пока миссис Дарлинг ловкими прохладными руками повязывала мужу галстук.
Наверное, найдутся мужчины, которых возмутила бы та лёгкость, с которой женщина справилась с галстуком, однако мистер Дарлинг, человек по натуре добрый, лишь беззаботно поблагодарил жену, через секунду забыв про гнев, а через две уже гарцуя по комнате с Майклом на плечах.
– Как же нам в этот день было весело! – вздохнула миссис Дарлинг.
– В последний раз, – простонал мистер Дарлинг.
– Джордж, а помнишь, как Майкл вдруг спросил: «А как ты узнала обо мне, мама?»?
– Ещё бы не помнить!
– Как они были милы! Правда, Джордж?
– Это были наши, наши дети, а сейчас их нет.
В тот вечер их веселью помешала Нана. Стоило ей по-явиться в детской, как мистер Дарлинг принялся громко выражать своё неудовольствие по поводу того, что её шерсть оказалась на его брюках. Самое печальное заключалось в том, что это были не просто брюки, а совершенно новые брюки, к тому же первые в жизни мистера Дарлинга брюки со штрипками, и он закусил губу, чтобы не расплакаться.
Конечно, миссис Дарлинг их вычистила, но муж опять заявил, что взять в няньки собаку было с их стороны большой ошибкой.
– Джордж, ты не прав: Нана настоящее сокровище.
– Согласен, но у меня порой возникает подозрение, что она смотрит на детей, как на щенков.
– Ну что ты, дорогой, я уверена: ей известно, что у них есть душа.
– Как знать, – задумчиво протянул мистер Дарлинг, – как знать.
Миссис Дарлинг решила, что настал подходящий момент рассказать мужу о странном мальчике. Поначалу он было отмахнулся, но затем, стоило показать тень, призадумался и в конце концов заключил:
– Нет, никого похожего я не знаю, но сдаётся мне, что это какой-то негодник.
Они опять вернулись к недавнему прошлому.
– Помнишь, мы как раз обсуждали тень, – заметил мистер Дарлинг, – когда вошла Нана с лекарством для Майкла. Теперь никогда не придётся носить в зубах лекарство, и в этом виноват только я.
Каким бы сильным человеком ни был мистер Дарлинг, стоит признать, что в случае с лекарством он повёл себя довольно глупо. Ему почему-то казалось, что, в отличие от сына, он сам всю жизнь храбро глотал лекарства. И теперь, когда Майкл увернулся от ложки, которую держала в зубах Нана, мистер Дарлинг укоризненно произнёс:
– Будь мужчиной, Майкл.
– Не буду! – капризно закричал ребёнок.
Миссис Дарлинг отправилась за шоколадкой для малыша, а мистер Дарлинг решил, что здесь нужна строгость.
– Не надо ему потакать! – крикнул он вслед жене и добавил, уже сыну: – Майкл, в твоём возрасте я пил лекарство безропотно да ещё приговаривал: «Спасибо, дорогие родители, за то, что лечите».
Мистер Дарлинг сам сейчас в это верил, а Венди приняла его слова за чистую правду и попыталась подбодрить Майкла:
– То лекарство, которое пьёт папочка, гораздо противнее, правда?
– Гораздо, – бодро согласился с дочерью мистер Дарлинг, – и сейчас я его выпью, чтобы доказать тебе, Майкл, что я говорю правду, если, конечно, не потерял бутылочку с лекарством.
На самом деле ничего он не потерял, а однажды ночью, взобравшись на стул, спрятал лекарство на самую верхнюю полку в шкафу. Однако ему было невдомёк, что верная Лиза обнаружила бутылочку и водрузила на прежнее место – на столик в ванной.
  
– Я знаю, где она! – воскликнула Венди, всегда готовая услужить. – Сейчас принесу.
Она так быстро умчалась, что мистер Дарлинг не успел её остановить, настроение у него непонятным образом испортилось.
– Джон, – сказал он, передёрнувшись, – это жуткая гадость: противная, тягучая, сладковатая.
– Но это ничего! – весело отреагировал Джон.
И в этот момент в комнату вбежала Венди с лекарством в стакане и, с трудом отдышавшись, произнесла:
– Простите, но я торопилась.
– Ты удивительно быстро обернулась, – ответил мистер Дарлинг с сарказмом, которого дочь не поняла, и жёстко заявил: – Сначала Майкл!
– Нет, папа! – заупрямился Майкл, не желая никому верить на слово.
– Меня может стошнить, – с угрозой предупредил мистер Дарлинг.
– Ничего. Давай, папа, – призвал Джон.
– Да помолчи ты! – осадил его отец.
Венди была обескуражена:
– Папа, мне казалось, тебе это ничего не стоит…
– Дело не в этом… – стушевался мистер Дарлинг, его гордость ужасно страдала. – Просто в стакане лекарства гораздо больше, чем у Майкла в ложке. Это несправедливо, и я на этом настаиваю!
– Папа, я жду, – потребовал Майкл.
– Ишь ты, он ждёт! Я тоже жду.
– Папа – трусишка.
– Сам ты трусишка!
– Я не боюсь.
– И я не боюсь.
– Тогда давай пей!
– Сам пей!
Тут Венди осенило:
– Почему бы вам не выпить лекарство одновременно?
– Я согласен, – сказал мистер Дарлинг. – Ты готов, Майкл?
Венди принялась считать: раз, два, три, – и Майкл проглотил лекарство, а мистер Дарлинг спрятал стакан за спину.
Заметив обман, Майкл в ярости завопил, а Венди воскликнула:
– Ну папа!
– Что значит «ну папа»? – рассердился мистер Дарлинг. – Прекрати истерику, Майкл. Я собирался выпить лекарство, но… промахнулся.
Все трое смотрели на него так, словно перестали уважать.
– Послушайте, – умоляюще произнёс мистер Дарлинг, когда Нана вышла в ванную, – я придумал отличную шутку. Я вылью своё лекарство в миску Наны, и она вылакает его, приняв за молоко.
Лекарство действительно было белого цвета, но дети не поняли юмора своего отца и с осуждением наблюдали, как он выливает лекарство в собачью миску.
– Посмеёмся, – с сомнением в голосе произнёс мистер Дарлинг, и дети не посмели выдать его, когда вернулись миссис Дарлинг и Нана.
– Нана, хорошая псина, – погладил собаку мистер Дарлинг, – я налил тебе молочка.
Виляя хвостом, Нана подбежала к миске и стала лакать лекарство, а когда подняла на мистера Дарлинга глаза, в них не было злости, только слёзы, безмолвные слёзы благородной собаки. Затем она тихо забралась в свою конуру.
Мистеру Дарлингу было ужасно стыдно, но он не сдавался. В напряжённой тишине миссис Дарлинг взяла миску и понюхала.
– О, Джордж, это же твоё лекарство!
– Я просто пошутил! – воскликнул мистер Дарлинг, пока жена успокаивала мальчиков, а Венди гладила Нану, и с горечью продолжил:
– Отлично! Я из кожи вон лезу, чтобы вас развеселить, а вы…
Венди продолжала гладить Нану, остальные молчали.
– Давайте! – почти истерично выкрикнул мистер Дарлинг. – Жалейте Нану! Меня никто не пожалеет. Ни одна душа! Я же у вас только добытчик! Зачем меня жалеть? Действительно, зачем?!
– Джордж, – взмолилась миссис Дарлинг, – не так громко: слуги услышат.
Они почему-то всегда говорили про Лизу «слуги».
– Пусть слышат! Да, пусть хоть весь мир услышит. Но я не позволю больше собаке командовать в моём доме.
Нана бросилась было к хозяину с немой мольбой, но он замахал на неё руками. Мистер Дарлинг снова чувствовал себя сильным.