Хомячок на лезвии 2

Хм, деревья? А я ведь еще ни разу по прибытии в этот мир не видел живых деревьев. Только стелющийся облезлый кустарник и местное подобие кактусов. Даже некая ностальгия пробила, так снова захотелось увидеть живую зелень.
– Эй! А я говорил! – перебил наш разговор Крыкс, вываливаясь из лифта с хомячьей переноской наперевес. – Я говорил, нельзя было оставлять животное в номере!
Он демонстративно развернул в нашу сторону массивную клетку, которую, пыхтя, волок перед собой.
В клетке было пусто. Разгрызенные и отогнутые прутья выглядели так, словно их жевал не пушистый зверек с умильной мордочкой, а овеществленная тварь скверны. Которая потом несколько раз со всей дури пнула по клетке.
 
Глава 7
 
Лали
Скай не стал долго церемониться и схватил меня за волосы, оттаскивая от себя на расстояние вытянутой руки.
– Наглость прорезалась, это хорошо. Только вот «играть» с кем-то, кто сильнее и выше тебя, – дело черное.
Тем не менее я по изгибу темной «маски» на лице видела: мужчине это нравится. Хвост артефакта и вовсе уже стоял торчком от эмоционального возбуждения.
– Разве ее не было раньше? – Я откинула голову на его руку, почти легла на нее, отпустит – упаду. – Ты же всегда избивал меня именно за это.
– Не избивал, а воспитывал!
– Ах, вот как это называется. Ну-ну. Воспитал? Хоть кого-то?
– А не видно? – Он самодовольно окинул опустивших глаза девушек взглядом. – Без твоего отвратительного примера они стали гораздо послушнее. Вот даже стареньких оставил, хорошо прижились.
– Не-а. – Я вздохнула. – Сломанные игрушки. Неинтересно. Тебе ведь первому и становится неинтересно. Иначе какой мры ты столько лет все никак не отстанешь от меня.
Скай приблизился вплотную и, зажав меня со всех сторон, укусил в губы. Раньше я бы закаменела, онемела от ужаса и омерзения, а сейчас…
– Сквернословишь как всегда. Приятная ностальгия. Но не стоишь столбом. Тоже хорошо. Твой новый хозяин хорошо тебя обработал. – Рука артефакта опустилась мне на бедро и начала его по-хозяйски мять. – Я как-нибудь потом скажу ему спасибо. Или его могиле, что вероятнее.
– Пнуть тебя по яйцам, чтобы уж совсем как раньше стало? – предложила я любезно и тоже укусила его, рывком приблизившись вплотную.
– Да, отлиш-ш-шно. А то замирала, будто уходя из этого мира. Взгляд становился стеклянным и равнодушным. А сейчас живенько. – Скай будто разговаривал сам с собой. – Так и хотелось ударить. Сделать больнее, чтоб ты выпала из этого состояния. Чтоб не только пялилась глазами трупа, а чтоб видела меня. Отлично. – Мужчина снова с остервенением прижал меня к себе и начал слизывать кровавые капли с прокушенных губ.
Я только ухмыльнулась. Спиной чувствовала злость, ужас остальных девушек-операторов и Сииры в особенности. Но тут она не права – пока енот сосредоточен на мне, остальным ничего не угрожает. Ой. Енот? Кто такой енот? Почему в моей голове Гатто стал енотом?! Он же, ну, гатто. А еноты это… кто?
– Стоп! – рявкнул вдруг мне в ухо Скай. – Куда опять?! Не смей уходить!
– У тебя все шушпанчики в гнезде? – Я даже слегка удивилась и поерзала в тисках его объятий. – Ты меня сейчас себе под кожу вотрешь, куда денусь-то?
– Ты-ы, – протянул Скай, едва сдерживая гнев. Но не ударил, что самое странное. Обычно после такого он сразу хватался за плеть или еще какие пыточные инструменты. – Ты не боишься. Это хорошо. Но с твоим неуважением придется что-то сделать.
– То есть, погоди, ты все это время хотел, чтобы тебя не боялись?! – У меня даже мое каменное спокойствие слегка треснуло, так я ошалела от его слов.
– Бояться можешь. Немножко, – хмыкнул он. – Игнорировать не смей.
– Тьфу, а словами ты раньше объяснить свои желания никому не пробовал? Ну чего? Или отпусти, или неси уже, куда ты там собрался. Я устала. И спать хочу.
– Поспишь. Конечно, поспишь, – как-то самодовольно ухмыльнулся Гатто. – Ты! – окликнул он одну из новых девочек. – Неси цепи для крюка.
– Скучный ты. – Я вздохнула. – Столько лет прошло, а ничего нового так и не придумал.
 
– А? Нет, Лали. Это не для тебя, – ошарашил Гатто. – Точнее, не совсем для тебя. Должен же я как-то привить тебе толику воспитания.
Волоски вдоль позвоночника встали дыбом от этого предвкушающего тона. Что он еще придумал? Хотя я догадываюсь. Тут сложнее понять, что ему на самом деле от меня нужно, чтобы прекратил издеваться над другими.
– Закрепите ее в спальне, к потолку за запястья, – указал он слугам на испуганную девушку с цепями в руках, – часика на четыре. И откройте демонстрационное окошко для моего нового оператора. Или нет, лучше транслируйте видеозапись. А то еще помогать полезет и не выспится.
И потащил меня куда-то вслед за двумя бугаями, которых я раньше не видела. Они вошли в купальню по щелчку Гатто, схватили побледневшую девчонку и поволокли по коридору. Та что-то жалобно залепетала, плача, но не вырываясь.
– А мы пойдем отдыхать. Или нет, сначала поужинаем. Ты наверняка голодная, да? – Гатто говорил абсолютно спокойно, будто бы и не слыша рыданий девочки. – Недавно мне удалось купить несколько редких животных. В том числе и грызунов. Так что сегодня у нас будет мясо. Тебе понадобится много сил на восстановление после разрыва привязки.
– Ты сначала разорви, – огрызнулась я, косясь на плачущую в цепях девушку.
– Да, конечно. Дело времени, Лали. Уже скоро мои люди подловят твоего прошлого хозяина и слегка укоротят его. Ровно на голову. – Гатто улыбнулся и вдруг снова сжал меня в объятиях, уткнув лицо в район моей груди. Хвост и уши возбужденно подергивались, казалось, артефакт даже слегка мурчал. – Ничего. Я подожду. Я долго ждал.
Я внутренне сжалась и даже нырнула поглубже, чтобы понять природу этого чувства. Я боюсь за брата? Как ни странно, нет. Крыкса Гатто и в прошлый раз не достал, а теперь мой шустрый сошланговец и вовсе набрался опыта увертливости.
Я боюсь за Меза? Ха. Ха-ха. Пришельцы могут щелчком пальца раскатать весь мир, что там один умалишенный артефакт.
Тогда отчего?
Мне напомнили о том, что я больше себе не принадлежу. Я не стала игрушкой Ская, но стала оператором иномирного чудовища.
– Опять?! – Злой рык прямо в ухо живо вышиб меня из состояния раздумий в настоящий момент. – Мне снова надо перебить у тебя на глазах весь гарем, чтобы ты смотрела только на меня? Шлюха! – Мне прилетела пощечина, но скорее отрезвляющая, чем болезненная.
– Да ладно, не злись, здесь я, с тобой, – встряхнувшись, торопливо подергала его за ухо я. И только потом поняла, что сделала, прикусила губу и испуганно моргнула. Впрочем, Скай тоже настолько обалдел, что даже не нашел что сказать.
– Пошли и правда поспим? А? – наобум действовала я и лепила все, что в голову взбредет, почему-то было ощущение, что надо тянуть время.
– М-м-м, ужин? – Уши артефакта вопросительно дернулись.
– Ну, можно и поужинать. Просто то, что сейчас будут пытать эту девушку… вызывает у меня несварение. Боюсь, опозорюсь, – продолжила я нести бред, наблюдая за тем, как светлеют глаза Гатто. Так, кажется, я начала осознавать правила этой игры.
– Пара часов в подвешенном состоянии ничего с ней не сделает. Поноет разве что. – Он меня успокаивает? Да ладно. Все страньше и страньше.
– Да просто невкусно. – Я поморщилась и зевнула, укладывая голову на плечо Гатто. – Устала…
– Э-э… мра с тобой. Снимите эту дуру! Пошли все вон и ужин принесите. Быстро!
 
Глава 8
 
Мез
– Не истери. Убежала – и прародитель с ней, мы ее теперь точно не поймаем. Захочет – сама вернется, не захочет – будем считать, что мы сделали доброе дело и отпустили живность на волю. – Мне порядком уже надоели непонятные завывания и упреки Крыкса. В какой-то момент даже показалось, что хомяк ему был важнее сестры. Но нет, все же успокоился, с разочарованием кинув то, что осталось от клетки, в мусорку.