Рубеж-Британия (СИ)

— Да вы всерьёз увлеклись, Виктор Павлович, — посмеиваюсь я, пересаживаясь в кабину Ильи, на мехаре которого и проводятся основные испытания и замеры. — Но есть ли смысл так переусердствовать?
— А как же, Андрей Константинович? — Отвечает туляк, посмеиваясь. — Это постижение новой сферы вооружений. Теперь это наша страсть.
— Особенно, когда клянчить рубли на исследования и испытания не надо, — добавляет второй.
— Вот именно Сергеич. Когда–нибудь и мехаров научимся сооружать. Вот где потеха будет.
— Мечтайте, господа, — посмеиваюсь я, закрывая крышку меха.
С несколькими частицами в кольце управлять машиной непросто. Особенно, когда пересаживаешься с Медведя. Но такова необходимость. Пять частиц — это порог, который местным людям не преодолеть. Раньше думал, что такое связанно только с гибридом, но нет. Как только машина получает связь в пять частиц, она уже не хочет меньше. И севший гвардеец с меньшим числом, скорее всего, погибнет.
Мне об этом никто из меха–гвардии не говорил. Сам разобрался.
А ещё уже какое–то время я пытаюсь освоить кольцо Фёдора с десятью частицами, чтобы потом перейти на браслет с двенадцатью.
И мне не нужен тот, что прикарманила Небесная, и до сих пор не отдаёт. На Корабле достаточно браслетов. Он может создать и кольца с любым количеством частиц. Всё намного проще, чем я думал. Это как явить чашку чая по мысленной команде, только и всего.
Эрения на Корабле достаточно. Это не брав даже в расчёт его реактор, который тоже содержит эрений. И не частицами, а целыми глыбами. Вот где чудо. И как выяснилось мощь, которая способна взорвать всю Землю.
К вечеру, когда я уже собрался уходить уставший от множества кропотливых задач туляков, в ангар разработок явился Зотов, прихватив с собой и принцессу британскую.
— А вот и наша прославленная кузня, — начал Константин с порога.
Похоже, они решили все секреты британцам слить. Только сейчас до меня доходит, что Небесная на престол взошла не без их поддержки.
Агнесса осмотрела ряды и горы деталей и покорёженного металла, задержала внимание на мехаре Ильи с подвешенной пушкой. Я как раз оставил машину по просьбе туляков по центру, чтобы они продолжили свою подгонку.
Замотав головой неодобрительно, она обратила свой взгляд и на меня, стоящего неподалёку.
— Доброго вечера, Андрей Константинович, — заговорила спокойно.
— И вам не хворать, ваше высочество, — кивнул, вылавливая строгий взгляд Зотова.
— Вижу, что не без вашей помощи всё это состряпали, — выпалила Агнесса с ухмылкой.
— Состряпали? — Ахнул туляк с обидой.
Зотов махнул ему, чтоб прикусил язык.
— Слишком всё хрупкое, — прокомментировала и мне: — неужели это ваше кредо, Андрей Константинович?
Чувствую, что специально укусила меня.
— Моё кредо — это развивать, что имею, а не метаться от одного к другому, — парировал и хищно улыбнулся.
— Андрей, — прорычал Зотов, делая замечание.
Агнесса посмотрела с вызовом пристально.
— Хотите этим что–то сказать мне, капитан? — Выдала официозно.
— Никак нет, товарищ генерал, — отчеканил и добавил многозначительно: — всё что хотел, уже сказано. И вероятно, другому человеку.
Усмехнулась с оскалом, не отрывая взгляда. Красивая сука, которую хочется задушить. Чтоб она так не ухмылялась.
— Что ж, вы правы, — ответила и, поворачиваясь к выходу, добавила: — жаль, что нам приходится лицезреть друг друга.
— Согласен, — ответил уже в спину. Агнесса двинула вперёд быстрым шагом, обогнав Зотова.
— Андрей, ну помолчи, — простонал тот, показывая кулак.
— Не буду я молчать, товарищ полковник, — огрызнулся. — Родину продала, а теперь строит из себя важную птицу.
Замерла Агнесса, пересекая порог.
— Полагаю, это вызов? — Выдала, не оборачиваясь.
Вот это голосок прорезался.
— Да вы! Да ты! — Заметался Зотов и прикрикнул на меня. — А ну прекратить!! Поведение, не подобающее офицеру!
— Не переживайте, товарищ полковник, я с бабами не дерусь, — ответил ему негромко.
Агнесса вряд ли услышала, вылетела из ангара пулей.
 
А вот Зотов за ней не пошёл сразу, а ко мне подступился ближе.
— Не забывайся, Андрей, — произнёс строго. — Даже если считаешь себя приближённым к Насте, не думай, что всё сойдёт с рук. Британцы хотят подписать долгосрочный договор с нами на подобное вооружение. Это сулит нашей Империи огромную выгоду. Но без мнения Агнессы, которому придают огромное значение, они этого делать не станут.
Ах вот оно что! А я тут нафантазировал себе, что пушки решили выращивать по нашему образцу. Всё куда проще.
— И хорошо бы, чтоб отказались, — выразил мнение я, поглядывая на поникших туляков.
— Если ты ещё не понял, наше государство в большом упадке, — прошептал Зотов. — Нам катастрофически не хватает производственных мощностей. Империя в плачевном состоянии.
— Не страшно, главное в Иркутске всего хватает, — подковырнул.
— Я твой командир, — напомнил Зотов. — И настоятельно требую, чтобы ты проявил выдержку и тактичность. Они здесь всего на месяц. Нет, скорее я прошу тебя, как друга.
— Это неимоверно трудно, Кость, — признался, вздохнув.
— Почему же?
— Я помню, как ты ссаживал эту пигалицу из кабины. Как она таяла от букета полевых цветов. И в кого она превратилась? Да, наш путь привёл к подобному. Но принять я этого не могу. Пусть рот свой не открывает. Или уводи её от меня подальше, чтоб мы вообще не пересекались.
Чуть отшатнувшись, Зотов посмотрел на меня с подозрением и заключил:
— Ты её ненавидишь.
Поджал плечами в ответ.
— Вы оба друг друга ненавидите, — уточнил он, обернувшись.
Ещё четыре дня нам удавалось не пересекаться. Я занимался с новобранцами, Чернышов со своими развлекался, периодически подлизываясь к Агнессе. Та поселилась на самом полигоне с британцами, сдирая с них три шкуры, как мне сказали, хотя я и не просил.
Связь у наших гостей перенастроена, мы их переговоров не слышим. Периодически посещая сестру на Корабле, я задался вопросом разобраться, как и что перенастраивать. Осталось только получить санкцию Небесной, чтобы обучить этому пилотов и утвердить частоту.
На пятый день в субботу нагрянула императрица на автомобиле. И не одна, а с целой иностранной делегацией во главе с принцем Уильямом. Целый картеж прибыл.
Видимо, по причине доставки новых гостей, она не сподобилась лететь на своём мехе. И это на Небесную было совершенно не похоже.
После торжественного построения и докладов всех мехаводов согнали на полигон. А туляков заставили подготовить образцы нашего вооружения для боевых машин. Зотов с радостью примерил «револьвер», одному из старых мехаводов вручили несколько пулемётов. А мне досталась 120–мм винтовка, в чём я и не сомневался.
Первая демонстрация для британцев приобрела атмосферу крайней серьёзности, когда на полигоне появился и британский принц. Делегация устроилась на открытой деревянной трибуне с навесом, которую сколотили пару дней назад.
Однако напряжённая атмосфера не помешала нам чётко отработать по целям. Особенно мне и Зотову. Все выставленные мишени из дерева поразили на всех заявленных дистанциях, потому что уже отрабатывали подобное. Только на три километра не стали выставлять цель, вероятно, побоялись, что промажу. Британцам и так пустили пыли в глаза достаточно.
Несмотря на то, что мы использовали болванки, все понимали, что с боевыми зарядами эффект был бы значительно нагляднее.
Уильям, не видевший прежде такого, пришёл в неописуемый восторг.
Наша императрица тоже состроила довольное лицо, кивнув мне одобрительно. Потому что я ни разу не промахнулся при том, что на мне висела самая большая ответственность. Дальнобойное орудие интересовало наших гостей больше всего прочего.
Когда ничего не предвещало, и с трибуны хлопали в ладоши, к ним подошла на мехаре Бестия, поравнявшись по уровню со своим муженьком да бывшей начальницей, а ныне императрицей, и выдала из раскрытой кабины: