Исчезновение

На лице его прорезались глубокие складки.
— Помимо того, что было сильно повреждено здание, три человека получили ранения от осколков. Ничего серьезного, но сейчас они уже, вероятно, разговаривают со своими юристами. Еще пятеро были смяты в толпе, некоторые при бегстве к выходу, и я думаю, что вскоре мы услышим и о них.
Я выудил сигарету из пачки:
— Кто-нибудь должен был видеть, как туда поставили коробку.
Уилсон пожал плечам?:
— Более пятидесяти тысяч человек проходят через зал каждый день. Стюарт, видно, принял это во внимание.
Шеф устало вздохнул.
— У нас есть семь свидетелей и семь описаний. Пятеро утверждают, что это был мужчина, и двое — что женщина.
Пит взвесил информацию:
— Им показывали Стюарта?
Уилсон мрачно хохотнул:
— Трое опознали его, включая того, кто был уверен, что видел женщину. Словом, любой мало-мальски толковый юрист разобьет их в пух и прах при даче показаний.
Он посмотрел на нас:
— Его признание было бы нам на руку. Королевский подарок, так сказать.
Мы с Питом вышли в коридор и спустились в 618-ю комнату.
Пит чуть задержался перед дверью:
— Если хочешь, можешь быть добреньким, понимающим детективом, Фред. Мое сердце не лежит к этому. Я буду чувствовать себя гораздо удобнее в роли жестокого охранника правопорядка.
Стюарт был прикован наручниками к трубе парового отопления. За ним присматривал дежурный полицейский. Пит подошел к Стюарту впритык и усмехнулся:
— Все здесь обращаются с тобой излишне учтиво. Я это изменю.
Я снял со Стюарта наручники.
— Разотрите кисти рук, мистер Стюарт. Вам станет намного легче.
Я коснулся его плеча.
— И, пожалуйста, садитесь. Вы простояли несколько часов и, конечно, устали.
Стюарт сел, и Пит склонился над ним.
— Ну, как ты себя чувствуешь сейчас? Славно, уютно, да?
Губы у Стюарта задрожали. Он отвернулся.
— Мистер Стюарт, — обратился я. — Все, что от вас требуется — это ответить на наши вопросы самым подробным образом. Как скоро вы звоните по телефону, после того как подложите бомбу?
Стюарт отрицательно покачал головой:
— Я не знаю ни о каких бомбах.
Пит потер кулак.
— Скажи-ка нам, что ты собирался делать со всем тем порохом, который мы обнаружили в твоем подвале? И как насчет шашек, взрывателей и часовых механизмов?
Стюарт слегка покраснел.
— Вы не имели право обыскивать дом моей матери. Вы вообще не имели никакого права копаться в моих вещах.
Пит выдохнул табачный дым ему в лицо и засмеялся.
Отворилась дверь, и на пороге возник капитан Уилсон. Секунд десять он пристально рассматривал Стюарта, а затем повернулся к нам:
— Несколько минут назад О’Брайен умер.
Пит снова примкнул Стюарта наручниками к трубе, и мы вышли в коридор.
— Где Айлин? — спросил он. — В госпитале?
Уилсон покачал головой:
— Ей там нечего было делать. С час назад я отправил ее домой.
Он виновато улыбнулся:
— Вам надо сообщить ей об этом.
Мы направились к лифту.
— Ребята из лаборатории подбили предварительные итоги. На этот раз бомба была намного мощнее. Они считают, что в ней было использовано не менее трех шашек.
Пит пробурчал:
— Видно, Стюарт устал от того, что его штучки срабатывают, не убивая никого.
Уилсон нажал кнопку вызова лифта.
— И ещё. Это не устройство замедленного действия. Бомба была сконструирована так, что взрывалась, когда кто-нибудь поднимал коробку.
Айлин О’Брайен открыла дверь своего дома, построенного в фермерском стиле. Выражение ее лица было спокойным. Она изучающе посмотрела на нас и тихо сцросила:
— Все кончено, да? Джерри мертв?
Я кивнул.
Она повернулась и пошла. Мы с Питом закрыли дверь и проследовали за ней.
Какое-то время мы стоял и, наблюдая, как она молча смотрит в окно, потом Пит кашлянул.
— Может, нам лучше уйти, Фред?
Айлин обернулась:
— Нет. Я не хочу оставаться одна сейчас. Мне будет легче, если кто-нибудь будет рядом. — Она слабо улыбнулась. — Я знаю, что вам тоже тяжело. Вы были ближайшими друзьями Джерри.
 
Пит помял края шляпы.
— Хорошо хоть, мы взяли парня, который утворил это.
Айлин нагнулась над серебряной сигаретницей на коктейльном столике.
— Он сознался?
— Куда ему деваться? — сказал я. — Уж мы позаботимся об этом.
Айлин села на кушетку.
— Что он собой представляет?
Я пожал плечами:
— Не знаю. Я не его лечащий психиатр.
— Он слабоволен, — сказал Пит, — но ему нравится чувствовать себя значительным. И еще его привлекает сама мысль о том, что напуган целый город.
Айлин посидела в раздумье, потом попросила Пита:
— Принеси нам что-нибудь выпить, Пит. Мне это сейчас необходимо.
Мой напарник удалился на кухню.
— Мы взяли того, кого нужно, Айлин, — вполголоса проговорил я. — У нас есть все для доказательства его вины.
Она слегка улыбнулась.
— Повезло?
— Да Немного.
Вернулся Пит с напитками для меня и Айлин. Себе он открыл бутылку пива.
— Пива в холодильнике не было, поэтому я спустился в подвал и взял из ящика Я правильно сделал, Айлин? Джерри всегда предлагал мне так делать, если в холодильнике было пусто.
Он осторожно налил себе пива.
— Мне кажется, Джерри по-настоящему любил свою работу. Я имею в виду работу с бомбами.
Айлин посмотрела на него:
— Да, наверно.
— Пока я ходил за пивом, я заметил, что он устроил что-то вроде мастерской внизу. Похоже, он много возился на дому с этими бомбами. — Пит улыбнулся. — Ты не боялась, что он мог однажды взорвать весь дом?
Айлин отрицательно покачала головой:
— Он никогда не приносил домой порох или динамит. Он только изучал механику бомб.
Мы с Питом побыли у Айлин еще с полчаса и распрощались.
Пит сел за руль нашей машины и включил зажигание.
— Они давно были женаты, Фред?
— Два года. Ты это знаешь не хуже меня.
Он кивнул.
— Ты никогда не задумывался, что большую часть времени видишь людей только тогда, когда на них надето праздничное платье? Никогда не знаешь, что на них надето, когда тебя нет рядом.
— Они ладили друг с другом, — ответил я. — Если бы было наоборот, они всегда могли развестись.
Пит влился в поток на Восьмой улице.
— Там в подвале валяются груды всевозможных схем.
Он остановился у светофора.
— Ужасно все это, Фред. Но, по крайней мере, О’Брайен был практичным человеком. Он как-то говорил мне, что застрахован под завязку. Вроде тысяч на пятнадцать.
Я выбросил сигарету в окно.
— Давай побыстрее вернемся, пока Стюарт не встретился с адвокатом.
Стюарт располагал временем подумать, но, видно, мысли его не были чересчур радостными. Он вздрогнул, когда мы с Питом вошли в комнату.
Пит снял свой пиджак и повесил его на спинку стула. — Ну, Стюарт, вот и я. Ты вспомнил меня? Стюарт резко дернул головой:
— Я повторяю, что ничего не знаю обо всех этих взрывах.
Пит вплотную приблизил свое лицо к лицу Стюарта:
— У тебя никогда не выходило ничего крупного прежде. Так, несколько увечных. Сейчас ты стал большой птицей. Все будут читать о тебе в газетах.
В глазах Стюарта что-то промелькнуло.
— Мистер Стюарт, — вкрадчиво сказал я. — Все, что мы добиваемся от вас — это простого заявления. А после можете разговаривать с репортерами, если пожелаете. Я уверен, что вы не сойдете с первых полос в течение многих месяцев.
Он облизнул губы.
— Нет, — выдавил он, наконец, из себя. — Мне нечего вам сообщить.
— Мистер Стюарт, — терпеливо продолжил я. — Мы же не выдергивали вас из толпы наугад. Мы и раньше видели вас. Например, возле книжного киоска на прошлой неделе.
Пит три-четыре раза легонько похлопал его по плечу.
— Ты убийца полисменов, малыш. Прими это к сведению и перестань брыкаться.
— Мистер Стюарт, — вмешался я. — Мы здесь не для того, чтобы судить вас. Возможно, вы имели повод для обиды. Так это или нет?