Карта, мобы, два скилла (СИ)

У меня чуть перехватило дыхание…
— И вам тоже нужно?
Тот усмехнулся:
— Ну, я бы не отказался узнать. Но, так подозреваю, это тёмная магия. Чекан — единственный гусляр, который мог положить армию одной нотой.
— Ядрён батон!
У меня пробежали мурашки по коже. Получается, в моей голове формула магической ядерной бомбы?
— Поэтому, Гончар, я предупреждаю вас всех, — ректор обвёл взглядом всю группу, — Вам не дадут закончить год.
— Э-э-э… — протянула Блонди, — Но, если сообщить…
— Тогда всё напрасно. Процедура обнуления, и все спокойно едут домой нюбсами. Вот, Анатолий, как давно ты узнал, что игрок?
— Ну… Когда исполнилось семнадцать лет, — нехотя протянул Лекарь.
Судя по лицам остальных, они тоже не всегда знали о том, кто их родители.
— Это — законы Невмешательства, — отчеканил ректор, — Вторая мировая хорошо научила нас, что магия должна быть под строгим контролем. Даже родители не могут говорить детям, что они — игроки. По крайней мере, до возраста силы.
— Но почему?
— Узнаете на уроках истории, — улыбнулся Гармаш, — А теперь то, ради чего я вас позвал.
— А разве не ради этого? — я удивился, — Не ради моего признания?
Ректор покачал головой, и сделал знак помолчать:
— Я говорил, что вам не дадут учиться, и систему взломали не просто так. Пока никто не знает, — он вздохнул, — но вам не выпали первые скиллы.
  
Глава 11, в которой Гномозека
 
Молчание затягивалось. Ректор, объявив о проблеме, выжидательно смотрел, положив руки на подлокотники.
Дело было в том, что почти никто из нас не представлял, что всё это значит. Ну, не выпали первые скиллы… Что-то типа, учебников не хватило?
Мне на ум приходили некоторые игры, где умения надо было выбить, и навыки твоего персонажа зависели от простого везения. Неужели в Баттонскилле так же?
— Я не андестенд, — протянула Блонди, — Какие скиллы?
— Я так понимаю, речь идёт о первых умениях, которые выдадут в соответствии с классом… — Лекарь задумчиво потёр подбородок, — А, где мы можем их получить?
Дворфич не ответил, продолжая смотреть. Я как чувствовал — в нём сейчас проснулась учительская жилка, и ему было необходимо, чтобы мы сами решали проблему.
— Ну всё, братва, скиллы не дали, расходимся по домам, — нервно пошутил Бобр.
Наконец, я сказал:
— Гармаш Дворфич, я так понял, это тоже не «рядовая неполадка»?
— Очень не рядовая… — ответил, усмехнувшись, гном, — Давно, давно уже первый курс не соответствует своему символу.
— Поиск магии? — вспомнил я лекцию Селены Лор.
— Да. Мы, чтобы не терять время, ставим студентов в полу-тепличные условия. Нам важнее быстро подготовить толпу игроков среднего уровня, чем пару-тройку магов уровня Мерлина…
Мерлина? У нас, конечно, сразу же появился вопрос по поводу этого знаменитого волшебника, но гном только отмахнулся.
— Магические кланы ждут от нас игроков, которые могут действовать в команде. Это раньше они искали магов годами, а сейчас очередь уже к ним.
Дворфич пояснил, что в былые времена маги обучались по-другому. Юные ученики отправлялись в разные магические земли, где искали свою «основу» — тот самый первый навык, который определял их будущее.
Отсюда и символ «Ньюплэй» — поиск магии.
Сейчас различные магические школы, и Баттонскилл в том числе, уже не тратят время на это. Алгоритм давно понятен, и магу не требуются годы, чтобы понять своё предназначение.
А символ остался…
— Да, это поток, — сказал Дворфич, видя моё сомнение, — Тебя волнуют отдельные таланты, которые не смогли подняться. Если бы вы, плееры, представляли угрозу, что нависла над миром, вы бы поняли систему.
— Настоящая угроза? — наконец, подала голос Биби.
Рыжая скромница всё это время стояла чуть позади.
— Нет, блин, анриал, — огрызнулась Блонди.
— А, родная кровь, — улыбнулся Гармаш, подмигнув Айбиби, — Да, всё это… — он пальцем указал на школу над нами, — всё это не просто так. Мы защищаем мир от…
 
Но ректора уже не слушали. Все, округлив глаза, таращились на рыжую девчонку.
— Родная кровь? — удивилась не только Лана, — Что за ситуэйшен, подруга?
— Это что, ваша внучка? — вырвалось у Бобра.
Дворфич лишь засмеялся, похлопывая по бороде, и отрицательно покачал головой. Я же теперь с сомнением смотрел на небольшой рост рыжеволосой.
— Если б она была моей внучкой, — отсмеялся гном, — Она была бы старше лет так на пятьсот.
— Ой, да это… — Биби залилась краской, — Да, ничего такого, честно.
— У вашей скромницы гномья кровь в жилах, причём не простого рода, — сказал Гармаш, — Иначе как бы она открыла дверь в мой кабинет?
Все воззрились на рыжую Манюрову, и она так покраснела, что мне пришлось срочно её спасать.
— Гармаш Дворфич, нам придётся самим искать скиллы? — громко спросил я, привлекая внимание.
Это помогло, и теперь пять пар глаз уставились на гнома, даже Айбиби.
— Да, — посерьёзнев, сказал Гармаш, — И вам лучше их действительно найти. Тогда я объявлю всем о тебе, Георгий.
— Но ведь…
— Только известность — твоя лучшая защита. Не всё гладко в министерстве, и нам нужно выявить предателей. Да, мы будем ловить на живца, Георгий.
Я даже не стал спрашивать, кому это «нам». Я чувствовал, как тиммейты уставились на меня. Вечно удивлённый взгляд Биби, восхищённый Бобр, скучающе-разочарованный Лекарь, и злющая Блонди.
Спокойно учиться магии нам не дадут.
— Я в силах вам помочь, лишь дав проводника, но вам придётся искать и выбивать их самим.
— Выбивать?! — вырвалось у нас.
— Так, господа плееры, боюсь, у меня нет времени. Учёба начнётся через два дня. Завтра учеников знакомят с академией, послезавтра будет ужин-посвящение. Первое занятие, где вы увидите, какие вам выпали скиллы, будет на третий день.
Он явно говорил это не просто так.
— Сейчас вы пойдёте на склад, получите оснащение, с которого начинают все новички, — и ректор достал из-под плаща… мою дубинку.
Точнее, дубинку модератора Чернецова.
— Возьми, Георгий, — сказал ректор, — Думаю, эта дубинка очень тебе подходит.
— Но это не моя…
— Возвращать всё равно тебе.
Я снова взял в руки дубинку. Самое обидное, я не помнил, где её посеял.
Сзади заскрипели створки дверей, и это был явный намёк, что разговор закончен. В открывшемся проёме парила эльфийка. В кабинете ректора было темнее, чем снаружи, и её силуэт выглядел как картинка.
— Вас проводят, — Дворфич указал на выход.
Мы повернулись, а потом я, словно вспомнив, повернулся:
— Гармаш Дворфич, а как же… кхм… врождённое умение?
— Ты про своё вскрытие замков?
Я даже не удивился, откуда он узнал, и сразу тряхнул головой.
— Это наследственное, — улыбнувшись, сказал Дворфич, — Тебе, думаю, досталось от матери.
— Мама? — растерянно спросил я.
— Да, Гончая была хорошим ассасином, — ректор вздохнул, а потом кивнул своим мыслям, — Хорошим.
Я поджал губы. Адская Гончая — ассасин. Я сначала подумал о голосе внутри статуи, а потом почему-то вспомнилась Глазьева, в её чёрном костюме. И как она смотрела на наручники, которые я расстегнул силой мысли.
— Эти способности могут остаться, могут исчезнуть. Потому что у тебя свой путь. Бывает, что выбиваешь такой же скилл, и тогда маг достигает невиданных высот в мастерстве.
— Исчезнуть? — растерянно спросил я.
Надежда, что «ремесленник» — это ошибка, таяла на глазах.
— А эту статую я мог этой способностью сломать?
— Нет, тебе же сказали, — Дворфич нетерпеливо побарабанил пальцами по подлокотнику, — Только игроки десятого…
 
— Но их же нет, говорят.
— Раньше были, Георгий. И оставили после себя вещи, сила которых для нас непостижима, и её не увидеть просто так.
И ректор указал пальцем на полку. Там посреди часов и статуэток, рядом с высушенной когтистой лапой стояли драные тряпичные сапоги. Напоминали дырявые шерстяные носки, которые не стирали так долго, что теперь можно было спокойно «поставить».