Волк: Лихие 90-е. Финал (СИ)
Хотя избавиться-то от меня хотят многие, но всё-таки не 93-й год, когда это было решением всех проблем, а сейчас на мне хотят сначала заработать, будут избавляться потом. Прибыль важна, даже Платонов, как услышал про возможные доходы, сразу забыл про борцов за независимость, а про права коренного населения Африки он даже не вспомнил. Для таких алмазы и нефть дороже людей. В нашей стране уже всё поделено, но есть возможность расшириться.
Впрочем, в этом я не врал. Просто не обязательно лезть туда именно сейчас, может зайти позже, когда будет возможность.
Генерал Рыбаченко хотел поговорить со мной лично, один на один, на нейтральной территории, поэтому я ждал его без сопровождающих. Так даже лучше, знаю, что хоть Женя со Славой и сдержатся при виде командира, которого они называли Толиком-мясорубкой, но меньше будет поводов для беспокойства.
Как я понимаю, генерал считал себя человеком, который разбирается в окружающих. Поэтому хотел посмотреть на меня, ведь я уже серьёзный человек, и даже сожрал его высокопоставленного компаньона.
Это только первая встреча, прицениться, присмотреться, подумать, насколько вообще стоит начать работу. Не будет как в том фильме про оружейного барона, когда тот нагло являлся в военную часть с чемоданом денег, выбирая понравившиеся ему танки и вертолёты.
Будут схемы переводов через разные фирмы и их дочки, через офшоры и подставных клиентов. Будут схемы поставок, в которые надо будет вникать, если я хочу задержаться в этом бизнесе подольше. Но без личного общения в этом деле ничего не начнётся. Как и у братвы, сначала всё надо перетереть на стрелке
Оделся он не как военный. Высокий и тощий мужик с седеющими усами вышел из серого Мерседеса, только что подъехавшего к парку со стороны улицы, и поковылял ко мне. Одет он был в тонкое серое пальто, а на шее был повязан серый шёлковый шарф. Ну, чистый бизнесмен, а ещё коренной житель города, где всё серое. Сливается с окружением.
— Не люблю встречаться в ресторанах и саунах, — сказал он, вставая напротив меня, и посмотрел мне в глаза. — Новая газетка? Поменяемся?
У него была газета за прошлую неделю, с портретом Березовского, который смотрел в камеру, держа телефон у головы. А прямо наверху от руки была написана сумма.
70 000 000 $
Генерал выжидающе смотрел на меня. Хочет понять, стоит со мной работать или нет, тем более, лет-то мне в данный момент немного. Вернее, хочет понять, готов ли я работать на таких объёмах. Ведь это не вагон ящиков с калашами, не фура с боеприпасами и не три БТР. Это вооружение для целой армии.
Тут всё серьёзно, но и Платонова я раззадорил будь здоров. Вот он за меня поручился перед Рыбаченко. А учитывая, что проверяли меня те же самые люди, что и сдали генерала Ремезову, то встречи и обсуждения сделки мы добились легко.
Конечно, конфликт со следственным управлением Конторы был помехой, но по легенде, их начал давить Ремезов за другое, а учитывая кучу всяких перестановок и переназначений, так что им якобы пока не до меня, и я могу спокойно работать.
Но генерал и сам рисковал, потому что в таких объёмах он никогда не работал самостоятельно. Кравцова нет, но сам Рыбаченко хотел перейти на уровень повыше и искал того, кто купит всё, хотя бы с целью перепродажи на Кавказ. А раз одного очень известного оружейного барона, который способен скупить весь груз, под рукой нет, то придётся поработать со мной.
Так что я сохранил обычное выражение лица, будто видел такие суммы каждый день. Но, с другой стороны, у меня таких денег пока не было, и будет подозрительно, если я так легко соглашусь.
— Один вопрос, товарищ генерал. Этот товар того стоит? — спросил я. Не удивился цене, не стал торговаться, просто задал вопрос.
— Пха-х! — издал он вопль, одновременно похожий на смех и брачный рёв кабана. — Это серьёзные вещи, а не игрушки.
— Хватит, чтобы захватить среднюю африканскую страну? — усмехнулся я.
— Да хоть две, — мрачно произнёс Рыбаченко. — Короче. Говорят, ты человек серьёзный, и у тебя необычные планы. И за тебя поручился ещё более серьёзный человек. Вот я и решил, что с этими пастухами связываться нельзя, лучше продавать своим. А то будут пацанов наших валить.
Вот же гад какой. Раньше ему это не мешало, а тут заделался патриотом, но пушки всё равно продаёт. Хорошо, что я не взял с собой парней, они бы его прямо тут на месте и придушили бы.
Но пока мне надо играть роль, так что я стиснул кулаки и продолжил:
— Половина наликом, — я назвал плату, — и половина акциями комбината.
— Каким комбинатом? — он нахмурился. — Я только с наликом работаю, мне людей кормить надо. Ещё с бандитами не хватало разборки устраивать.
— Братва? Пфф, — я фыркнул. — Налик дешевеет, инфляция, понимаешь. Будущее — за добычей полезных ископаемых. Скоро на этот рынок полезут все, и там будут такие деньги, что всю эту братву раскатают катком, чтобы не мешались под ногами.
— Хм, — он почесал шею под шарфом. — Тогда половина наликом, половина акциями, и десять процентов от того дела, куда ты лезешь.
— А ты даёшь скидку на следующие поставки, — я протянул ему руку. — Нам понадобится много такого товара. Регулярно.
Он кивнул, пожал мне руку, убрал мою газету под мышку и двинулся к машине. Не сказал ничего, но так и надо. Скоро его человек свяжется с моим, кого я подряжу под это. Платонов настаивал на своём подопечном, и любому понятно, что так он хотел меня проверить.
Но вразрез с моими планами это не шло. И на этом всё только начинается.
* * *Новозаводск
Следующие две недели выдались тяжёлыми. В СМИ про меня забыли, как по щелчку пальцев, следственное управление ФСБ тоже не вспоминало, а я встречался и встречался с разными людьми.
В Москве и в Питере, в Ростове и Владикавказе, только и успевал летать. Пора думать о своём личном самолёте. Правда, чтобы безопасно летать в наше время и потом, надо потвёрже стоять на земле.
Встречался с самим генералом и его людьми, с разведкой, которая его сдала, с Ремезовым и Платоновым, а также с кучей помощников олигарха.
Ещё были встречи со службами безопасности и руководством разных банков, ведь о главной схеме я не забывал. А больше всего крови и нервов попили люди из «Терекстройинвест», которые и оплачивали праздник.
Я и раньше видел людей, для которых чужая жизнь ничего не стоила, но для этих было наоборот — для них стоила денег чужая смерть. Опасные, и могли кинуть или уничтожить в любой момент не только меня, но и остальных.
Кажется, Платонов решил, что эти господа заплатят за всё, а крайним окажусь я, если что-то пойдёт не так. Но вслух этого не говорил.
Конечно, учитывая любовь Платонова во всякую мистику, он думает, что всё пойдёт правильно, раз я сам берусь за это, но на всякий случай подготовился лучшим образом.
Правда, он не знает самого главного, ведь я подготовился к такому сюрпризу. И по итогу, схема сработает, как надо мне.
Я долго готовился к этому. С самого первого дня, когда я вновь оказался молодым и получил второй шанс, о грядущем я не забывал. В тот первый день я решил, что в этот раз всё будет иначе, и шёл к этому, несмотря на весь риск для жизни. Делал всё, что нужно, задействовал всю свою память и весь жизненный опыт, и это давало свои плоды.
Но скоро будет действительно серьёзный экзамен.
Наконец-то смог прилететь домой, но вместо отдыха я направился в контору. Надо поработать ещё.
В глазах рябило от чтения бесконечных договоров, чуть кололо в шее от того, что спать приходилось в самолётах сидя. Но уже с сегодняшнего дня я увижу, к чему всё привело. Пан или пропал, я поставил всё. Даже больше, чем тогда поставил на Тайсона или на футбол.
В эти дни решится всё, но пока нужно ещё немного подготовиться.
Я сидел за столом, листал бумаги и прикидывал, сколько денег у нас скопилось. Сумма меня радовала. Это намного больше, чем те несчастные деньги, что я потерял на вкладе. Эта эпоха задолжала мне огромные проценты, и я собирался забрать их все.