Опасные приключения попаданки (СИ)

— Знаешь, мне кажется, в будущем, это проблема будет решена повсеместно. В тех краях, откуда я приехала, у нас давным-давно существует канализация.
— Интересно, — в глазах Пьера зажегся любопытный огонек. — Как она работает?
— Ну, — задумалась я. — Нажимаешь на кнопку и вода просто смывает все.
Объяснить устройство канализации было сложно. В следующий раз, прежде чем швырнуть человека в другой мир, нужно его обучить хотя бы основам нужных и важных вещей, которыми он сможет поделиться. Хотя, я и так знаю, что скажет Лохински: “Человек должен додуматься до всего сам, путем эволюции!”
Вскоре мы подъехали к каменному замку, который окружали стены, выполненные из того же сероватого камня. На замок это не было слишком похоже — просто множество строений и круглых башенок, насаженных рядом друг с другом как грибы, но большое количество шпилей, флагов, а также наличие стражи, говорило о том, что здесь живут не простые люди.
— Ого, мы приехали? — обратилась я к де Саду и тот горделиво кивнул.
— Замок де Сада. Прошу пожаловать! — воскликнул он и протянул мне руку, чтобы помочь выбраться.
Мои глаза буквально горели. Внутри нас встретил серьезный дворецкий, которого Пьер тут же отвел в сторону, чтобы расспросить о делах. Краем уха я услышала как он упоминал об Анатоле, но дослушать не вышло — приветливые молодые служанки засуетились вокруг меня.
— Иди в свои покои, я поднимусь к тебе чуть позже! — крикнул Пьер напоследок и я последовала за служанками.
Внутри дворец выглядел скромнее, хотя была в нем определенная величественность. Для здешнего времени здесь не было ничего такого, что меня могло бы удивить, кроме, пожалуй, некоторых украшений. Рядом с деревянными лакированными столешницами, комодами и тумбами всех размеров и форм стояли причудливые античные вазы. Некоторые из них были однотонные, другие — украшенные всевозможными цветами и вензелями на китайский манер. Наверняка, такие вазы можно было бы продать в нашем времени за отличную сумму. Жаль, только нельзя их телепортировать. Тут же я одернула себя — принцесса, а все еще размышляю, как воровка.
Комната моя располагалась на третьем этаже башенки и мне пришлось преодолеть несколько опасных пролетов крученых ступеней. Зато, когда я выглянула из окошка, то от счастья чуть не рассмеялась. Неужели я и правда стала принцессой? Отсюда открывался красивый вид и я видела детишек и скот. На дальнем дворе прачки стирали белоснежное белье — несколько простыней уже сушилось на прищепках. Вдруг на меня обратил внимание один мальчишка, ему было на вид лет восемь. Он показал на меня рукой и закричал:
“Посмотрите, у хозяина новая невеста!”.
Я смутилась и тут же прикрыла деревянную ставню. Никакая я не невеста!
В дверь постучали и в комнату вошла юная служанка, которая немного напомнила мне Августину.
— Мадемуазель, ваши платья! — в руках у девушки было несколько нарядов, которые она сложила на широкую кровать. — Я помогу вам одеться.
— Спасибо! Как тебя зовут, дитя? — обратилась я к ней.
— Люси, мадемуазель.
— Могу ли я принять ванну с дороги и немного отдохнуть?
— Конечно! Лохань с нагретой водой будет готова. Я за вами поднимусь.
Люси поклонилась и вышла.
На сердце у меня отчего-то стало спокойно и радостно. Я подошла к широченной кровати. Да уж, она явно отличалась от монашеских условий в приюте. Затем раскинула руки и спиной упала на мягкую перину, смеясь. Может мне и не стоит отсюда никуда убегать? А зачем?
После принятия ванны, я оделась не без помощи служанки, и теперь с удовольствием крутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон — нежно-мятное платье, подбитое плотным остовом юбки, идеально подходило мне к каштановому цвету волос, которые волнами покрывали плечи. Часть волос была забрана небрежным пучком сзади и украшена золотой шпилькой в виде голубя.
Из косметики Люси мне подала белую пудру, а также черную и красную тушь, которые я использовала для того, чтобы нарисовать крохотную черную мушку и приукрасить губы. Все это я сделала, конечно, с помощью служанки, ведь краситься я не умела абсолютно.
 
Зато старания Люси не прошли даром — отражение в зеркале вновь порадовало меня. Я уже совсем привыкла к своему новому образу, а косметика лишь больше подчеркнула юную красоту и молодость. Это был словно второй шанс, подаренный мне судьбой. Шею по-прежнему украшал мой амулет, а на руку я надела перчатки цвета слоновой кости.
Спустившись вниз, я остановилась, ожидая маркиза.
— И все же я был прав, когда пригласил тебя к себе? — раздался восхищенный возглас позади.
Я обернулась и увидела его. Де Сад был одет в черно-зеленый бархатный камзол и брюки по здешней моде — укороченные до голени. Ниже начинались белые гольфы, а на ноге красовались банты и черные туфли. Я чуть не фыркнула, но сдержала себя — не могла не признать, что ему очень шел этот наряд.
Он подставил руку и я взяла его под локоть. Чинно мы прошли в обеденный зал, где стоял длинный стол, накрытый всевозможными яствами. У меня разбегались глаза — на белоснежных скатертях стояли красивые бело-синие фарфоровые этюды, полные мяса, курицы, салатов, фаршированных яиц и еще бог весть еще чего. Сбоку дымились горячие блюда, а справа — стеклянные графины потели от холодных компотов.
— Я не знал, что ты любишь, — сказал Пьер. Он явно наслаждался моими горящими глазами. — Надеюсь, ты будешь не против, если к нам присоединяться несколько моих друзей? Они беспокоились обо мне и ожидали в замке моего прибытия.
— Я не против, — только и смогла ответить я.
— Ты первый раз на таком приеме? Ты выглядишь удивленной.
— Если честно, то да. Нет, конечно, я бывала на подобных мероприятиях, но чтобы с таким размахом — впервые.
— Что же, я так и знал, что ты необычная воровка. Что же тогда тебя побудило украсть у меня золото? — Пьер прищурился своим фирменным взглядом, но расспросить более ничего не успел. Соседняя дверь, украшенная золотистыми лилиями, отворилась и в нее прошли несколько человек — три мужчины и две девушки, судя по всему, жены, поскольку шли они под руку. Свободный мужчина шел самым последним в шеренге.
— Гийом, Аурелия! — приветствовал первую пару Пьер. Я стояла рядом с ним, улыбалась и сделала небольшой поклон.
— Пьер, — рады тебя видеть. — Замечательно, что с тобой все хорошо! — рыжий Гийом был покрыт веснушками, толсто смазанными белоснежной пудрой.
Вторую пару Пьер встретил еще более горячо, и они долго обнимались.
— Этьен, Беладонна! Мое почтение, — сказал маркиз.
— Пьер, какое счастье! Мы волновались. Слышали о твоих приключениях!
— Как? Когда? — притворно засмеялся де Сад.
— Слухи быстро разносятся. Нам доложили, что ты заблудился в Гиблом лесу и выжил, вместе с этой прекрасной девушкой, видимо? — Жюстина, — представилась я. Этьен подошел ко мне ближе, поклонился и поцеловал кончики пальцев.
Третий мужчина оказался самым мрачным и серьезным. Он лишь коротко кивнул Пьеру.
— Есть новости о твоем брате, — сказал гость и я обратилась в слух.
— Рассказывай же, Густав, не томи, — Пьер приобнял Густава за плечи и они направились к столу, я же шла позади, вслушиваясь в разговор.
— Анатоль пришел в себя. Вчера он открыл глаза, как раз в тот самый момент, когда лекарь менял повязки. Сначала твой брат ничего не мог вспомнить, но со временем память вернулась к нему. Он сказал, что хочет поговорить с тобой.
— Замечательно. Значит, завтра с утра поеду к нему. У тебя тоже к нему есть важный разговор. Прошу никому не говори о том, с кем был связан Анатоль. И насчет Люки… — Пьер сделал голос тише, и я не смогла расслышать, что он говорит.
Вечер проходил чудесно. Я сидела рядом с де Садом и по очереди пробовала все блюда. Он вел себя непринужденно, ни разу не повышая голос и не проявляя грубость, словно был самым понимающим и добрым человеком на земле. Может быть он и правда изменился? Попал в привычную обстановку и его садистские наклонности ушли? Маловероятно, конечно.