Всадник на белом коне (СИ)

Квадроцикл удовлетворенно заурчал и резво сполз с песчаного холма. Видимо, рад был, что хозяин не оставил его в пустыне коротать холодную марсианскую ночь в печальном одиночестве.
Проход в скалах отыскался всего лишь через несколько минут. На самом деле назвать проходом небольшое понижение в сплошном каменном массиве можно было лишь с очень большой натяжкой. Однако выбирать не приходилось. Главное достоинство предполагаемого пути состояло в том, что скалы в этом месте затянуло песком чуть ли не по самую макушку. Видимо, северные ветры в свое время постарались. Оставалось лишь надеяться, что с противоположной стороны картина аналогичная. Если это действительно так, то для маленького квадроцикла условия вполне приемлемые.
Фрэд без колебаний развернул своего железного коня и направил вверх по склону. Долгий пологий подъем, который тяжело нагруженная машина преодолела не без труда, а затем быстрый, абсолютно беспроблемный спуск. Фрэд искренне надеялся, что и обратная дорога будет не намного сложнее.
Снова немилосердная тряска по камням теперь уже соседнего ярданга.
«Скоро должен показаться потерпевший крушение аэр,» – Фрэд переводил взгляд с прыгающих впереди световых пятен на экран навигатора. Красная точка мерцала где-то совсем рядом. Когда она, наконец, полностью совместилась с отметкой квадроцикла, Фрэд остановил машину и выбрался наружу.
«Странно, никаких следов, – думал он, поводя из стороны в сторону лучом ручного фонаря. – Надо сказать, аэр – машина немаленькая, одни крылья чего стоят. Не могли же они просто взять и испариться!.. В любом случае, обломков должно быть не просто много, а очень много, а тут... пусто. Словно нет никакой катастрофы и никогда не было. Но вот же сигнал! Не галлюцинация и не мираж! И вообще... зрительными расстройствами я пока еще не страдаю.»
Наиболее естественным выглядело предположение о сбое в работе навигационной системы. Одно из двух: либо она завела куда-то не туда, либо аварийного сигнала в природе вообще не существовало. Сон электронного разума, так сказать. И то, и другое представлялось в равной степени неприятным, хотя и вселяло определенную надежду, что с командой Кевина на самом деле все в порядке.
«Хорошо, что сошедший с ума компьютер завел меня всего лишь на территорию соседнего ярданга, – думал Фрэд. – А мог бы куда-нибудь в район горы Олимп... или вообще, под облачную завесу. Правда, справедливости ради, туда я даже и соваться бы не стал, потому как абсолютно бесполезно. А также исключительно вредно для здоровья. Хотя, в моем ли положении рассуждать о здоровье? Даже не смешно... Ну и что теперь прикажете делать? Возвращаться?»
Он с сомнением вглядывался в каменистую пустыню, выхватываемую из темноты прожекторами квадроцикла и яркими световыми пятнами от фонаря. Внезапно проснувшаяся интуиция настойчиво подсказывала, что ситуация вполне может оказаться не настолько очевидной, как кажется, и с возвращением, скорее всего, не стоит торопиться.
«Черт! – выругался про себя Фрэд. – Спасательная экспедиция явно на грани провала. Однако, с другой стороны, интуиция никогда еще не заявляла о себе впустую. А потому придется как следует все проверить. Не могу же я просто взять, и уехать. Поэтому сделаем так: пусть верный железный конь подождет здесь, а я пока пройдусь вон до того холма. Возможно, обзор с него окажется лучше.»
При ближайшем рассмотрении холм оказался огромной, торчащей из кучи песка, каменной глыбой. Фрэд приложил немало усилий, чтобы взобраться на самую макушку, перчатки то и дело соскальзывали с гладкой поверхности, и основательно мешал хоть и подвешенный к поясу, но непрерывно мотавшийся из стороны в сторону фонарь. Зато, когда исчертыхавшийся спасатель уселся, наконец, на самой вершине и повел фонарем в сторону пустыни, то сразу понял, что затраченные усилия не пропали даром. В световом пятне ярко блеснул металл.
Сердце дало сбой, а затем начало биться куда чаще.
«Нашел! – думал Фрэд, изо всех сил пытаясь рассмотреть подробности. Ничего не получалось, свет фонаря на таком расстоянии рассеивался довольно значительно. – Правда, на кабину аэра никак не похоже... слишком уж мала эта штука по размеру, зато на кусок крыла вполне потянет. Выходит, я на правильном пути.»
 
Он слез со скалы и поспешил назад к ожидавшему его возвращения квадроциклу.
«Вот что значит интуиция. И на этот раз она меня не подвела, – он подошел к машине и оглянулся. – Ну еще бы... Этот холм с каменюкой наверху загораживает весь обзор. Неудивительно, что отсюда я ничего не увидел.»
Железный конь радостно рванулся вперед в объезд песчаного холма.
По мере приближения к обнаруженному с высоты металлическому предмету тревожное ожидание постепенно сменялось безмерным удивлением. Остановившись метрах в тридцати от находки, Фрэд некоторое время в полном изумлении разглядывал то, чего никак не ожидал здесь увидеть.
Квадроцикл. Брат-близнец его собственного. Полузасыпанный песком, лежащий на боку, с разбитыми фарами и с оторванным передним колесом, но это был он, никаких сомнений. Тот самый, что занимал когда-то третье место в ангаре буровой Р-4500.
«Алина! Не может быть! Черт меня побери, неужели еще жива?!»
Со всей возможной быстротой Фрэд выбрался из удобного сиденья и кинулся вперед. Безумная надежда на спасение попавшей в беду девушки придавала сил. А возникшие было сомнения он тут же изгнал прочь.
«Жива, обязательно жива! Как же может быть иначе?!»
Всплеск адреналина и утрата бдительности едва не сыграли с ним злую шутку: на полпути к поверженной машине Фрэд едва не вляпался в замаскировавшуюся среди камней и песка зеркальную кляксу. В самый последний момент он шарахнулся от нее в сторону, словно от гремучей змеи.
«Вот же черт! – ошеломленно подумал он. – Как же я не заметил?»
Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Поверхность обнаруженного артефакта оказалась далеко не зеркальной. Неведомая субстанция выглядела сильно потускневшей и отражала падающий на нее свет с большой неохотой.
Фрэд не стал долго размышлять над нежданным открытием и снова рванулся к перевернутому квадроциклу.
Разочарованию не было предела. Как водительское, так и пассажирское кресло оказались абсолютно пусты. Фрэд в растерянности озирался по сторонам, подсвечивая окрестности фонарем, даже сделал несколько кругов вокруг места катастрофы... Ничего. Нет даже оторванного колеса. Ничего и никого.
«Если разбушевавшаяся стихия вырвала Алину из кресла, – угрюмо думал он, – то она может оказаться вообще где угодно. Хоть на горе Олимп. Или же эта белесая дрянь настигла ее и проглотила, выплюнув прочь всего лишь несчастную изуродованную машину. И то, и другое полностью исключает любые варианты спасения. Черт, черт, черт!.. Как же не хочется в это верить!»
Фрэд еще раз заглянул в кабину изувеченного квадроцикла. Приборная панель тускло мерцала в темноте, а экран навигатора оказался разбит вдребезги. Судя по всему, аккумуляторы практически на нуле, еще немного, и сдохнут окончательно. Фрэд протянул руку и выключил питание.
«Ну, и что теперь? – думал он. – Возвращаться? А что по этому поводу скажет моя интуиция?»
Интуиция молчала.
«По крайней мере, теперь есть надежда, что с командой Кевина все в порядке. Что само по себе уже очень и очень неплохо. Но как же жаль бедную Алину!.. К сожалению, я так и не смог ничего для нее сделать.»
Фрэд повернулся и медленно побрел обратно к своей машине. Около коварной зеркальной кляксы он остановился и, присев на корточки, принялся внимательно ее разглядывать. Никаких причин неожиданного помутнения ртутной субстанции он придумать так и не сумел.
«Здесь нужна не моя голова, – вяло думал он. – Кто я? В недавнем прошлом отставник, а теперь вообще... заурядный водила. Двадцать лет назад над загадкой «мягких зеркал» работало великое множество институтов, как на Земле, так и во Внеземелье. И самое главное, никто ничего так и не придумал. Высоколобые ученые лишь разводили в стороны руками, когда им задавали вопросы насчет поразительных свойств зеркальной субстанции, не более того. Никто так и не понял, что же это, в конце концов, такое.»