"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Вам здесь сидеть долго, я пока прогуляюсь, — заявил Шарик и тенью скользнул в заросли.
— Куда это он, дон Алехандро?
— На свидание, Серхио. Посчитал, что ему времени на все хватит.
В ответ Серхио тяжело вздохнул, потому что некромантка двигалась настолько неторопливо, что меня даже сомнение взяло, успеет ли она все сделать до темноты. Нам с компаньоном, в отличие от ками, на свидание сходить не светило.
В засаде сидели мы часа два. Во всяком случае, мне так показалось, потому что скучно было необычайно. Ни один человек не прошел по дороге. Из всех возможных движений — лишь высовывающаяся из-за створки ворот голова стражника, который очнулся сразу, как сеньорита Фуэнтес прошла мимо него в Уларио. И главное: позиция не такая, где можно было бы просто лечь и уснуть на свежем воздухе, поэтому мы с Серхио постоянно переговаривались вполголоса и посматривали по сторонам, чтобы не пропустить опасность. Течение чародейской энергии я тоже проверял, но это все — полумеры.
Сеньорита появилась, когда я уже размышлял над тем, что перед уходом Шарик мог бы научить меня бодрящим чарам. Стражнику опять досталась порция некромантского волшебства, потому что он сейчас сидел с закрытыми глазами, подпирая ворота уже с этой стороны. Я рискнул набросить отвод глаз и выдвинуться навстречу сеньорите. Судя по ее насупленному виду, мое поведение она не одобрила.
Наши пути соединились ближе к воротам, чем к кусту, за которым остался Серхио, причем мой отвод глаз для сеньориты помехой не стал, она четко остановила на мне свой взгляд.
— Рискуете, дон Алехандро, — почти прошипела она. Или ее голос стал таким после активной прогулки? — Вас уже могут засечь из Уларио. Некромантов там кроме меня нет, но мало ли какими методами там пользуются. Я бы не советовала вам подходить так близко.
Она сунула мне в руки холщовую сумку, в которой что-то шелестело.
— Не хотел, чтобы вы тратили свое драгоценное время сеньорита Фуэнтес, — пояснил я. — Я вам чрезвычайно признателен.
— К вашим услугам дон, — величаво кивнула она. — Могу ли я еще что-то сделать для вас?
— Можете, — согласился я. — Получить ответные письма и принести мне.
Ее глаза зажглись радостью, но к сожалению, не от того, что она могла мне помочь, а от того, что она на этом заработает.
— Боюсь, что получить письмо и выйти с ним из Уларио будет не так просто, — заметила она.
— А как насчет вашей способности ходить через Изнанку? Вы можете принести письма на то же место, куда вы нас проводили: к замку Бельмонте.
— Пожалуй, я не столь рисковый человек, — ответила она и пояснила: — Меня там сожрут на выходе без защиты.
— Выбросьте письмо в какой-нибудь коробке и сразу уходите назад, — предложил я.
— Сомнительная стратегия, — ответила сеньорита. — Вам же потребуется отправить ответное письмо?
— Тогда я выйду к Уларио.
— Но за мной уже будут наблюдать, — напомнила она.
— Можно договориться на определенное время, — предложил я. — Мы будем вас каждый день ждать на той поляне.
Она кивнула и протянула руку:
— Аванс.
Я вложил в ее ладонь два дорана, несмотря на донесшийся до меня страдальческий вздох Серхио. В конце концов, это меньше половины того, что мы набрали по дороге. А брали мы не только деньги…
— Сеньорита, не хотите ли подработать посредником по продаже.
— Десять процентов, — сразу сориентировалась она.
И я ей просто вручил мешок, забитых добычей. Чувствую, наше сотрудничество будет плодотворным и очень затратным…
Осталось только договорить по времени встречи на утро и на вечер — мало ли что может случиться, мы должны быть всегда в курсе. На этом мы расстались, и я связался с Шариком сообщить, что нам пора обратно.
— Уже? — возмутился он. — Никакой личной жизни!
Вот так всегда: для кого-то время тянется, для кого-то — летит.
— У нас там одинокая Жюли бродит. Ее могут обидеть.
— Обидишь ее. Она чародейский удар пережила, — проворчал он, но почти тут же появился, взобрался на мое плечо и с мукой в голосе заявил: — Возвращаться так возвращаться. Растягивать не будем.
 
На моем плече он просидел недолго, только пока камия нас с Серхио не подхватила, после чего перебрался на спину подруги, которая сразу рванула по дороге с такой скоростью, что если кто-то ей встретился и не был сразу затоптан, то видел всего лишь смазанное пятно, промелькнувшее мимо.
  
Глава 12
 
Назад мы тоже передвигались с остановками, но улов был значительно ниже — видно, повыбивали мы самых наглых из тех, кто промышлял грабежом, а не добычей ценных сангреларских ресурсов. Напала на нас только одна банда, да и та оказалась бедной и плохо экипированной.
— В следующий раз, дон Алехандро надо будет кружным путем возвращаться, — разочарованно сказал Серхио после подведения итогов. — Иначе деньги на оплату услуг Фуэнтес у нас скоро закончатся.
— Нехорошо постоянно эксплуатировать подругу Шарика.
— Вот именно. У тебя, Хандро, под боком целый герцог. А герцог — это что? Правильно, неиссякаемый источник доходов.
— Гусары с женщин деньги не берут, — намекнул я.
— Кто такие гусары? Впрочем, неважно. Я тебе предлагаю деньги брать не с женщины, а с ее отца.
— Идти к нему на содержание?
— Хандро, что за чушь ты несешь? Он тебя не будет содержать, он в тебя инвестирует. Сделает вклад в будущее дочери. И в будущее своих внуков, которых у него не будет, если вы проиграете. И он все это прекрасно понимает. Так что взять у него деньги не только можно, но и нужно.
— У него с доступом к деньгам так же туго, как и у меня, — намекнул я.
— Зато у него куда больше знакомых, которые могут ссудить нужную сумму.
— Посмотрим.
Вариант с попрошайничеством мне не нравился. Был он какой-то гниловатый. Одно дело, когда к тебе подходят с предложением в тебя инвестировать, и другое — когда ты клянчишь милостыню. К герцогу Болуарте с позиции просителя подходить было нельзя, не такой он человек, которому можно остаться обязанным. Пока он обязан мне, этой линии следовало придерживаться дальше, а в нее не вписывалась просьба о денежном довольствии.
Не успели мы выйти на поляну, как сразу обнаружили Жирнянку. Причем не заметить ее было невозможно. На кучке белых картофельных клубней изрядно похорошевшая Жюли прямо-таки бросалась в глаза. А еще она кокетливо помахивала веточками.
— Картошка… — восхищенно выдохнул Шарик и подался вперед. — Эта зеленая дурында не такая уж дура. Знает толк в правильном питании.
— Только есть эту картошку нельзя, — остудил я его пыл. — Сангреларская энергия.
— Точно… Какая жалость. — Судя по доносившемся от ками эмоциям, он готов был разрыдаться прямо у меня на плече. — Хотя постой-ка, сангреларская энергия там только в кожуре. — Он заволновался и слетел с моего плеча к вожделенной картофельной кучке. — Точно тебе говорю, только в кожуре.
Но добраться сразу ему не получилось: на его пути встала возмущенная Жирнянка, которой веточками радостно виляла, но только в мою сторону. Ками для нее был всего лишь ценной добычей, которая была ей необходима для наращивания веток и листьев, поэтому его она попыталась цапнуть. Шарик, разумеется, увернулся и возмущенно бросил:
— Скажи ей, чтобы прекратила. Это слишком серьезное дело, чтобы пускать его на самотек.
— Жилю, умница ты моя, — заворковал я, подойдя и поглаживая льнущие ко мне ветви. — Пусть дядя Шарик осмотрит картошку. Вдруг он для тебя найдет несколько вкусных мышек прямо там?
У Шарика аж шерсть встопорщилась, когда я в очередной раз назвал его дядей какого-то мерзкого растения. Но я понятия не имел, как иначе Жирнянке дать понять, что грызть ками нельзя. Во всяком случае, конкретно этого ками. Других-то пусть грызет сколько хочет, а этого ками нельзя, он наш. Правда, Шарик к Жюли любовью тоже не проникся и время от времени намекал, что все нормальные растения остались там, при башне, и если Жирнянка не погибла, как остальные, то это не значит, что она и дальше подходит как источник алхимических ингредиентов. Неправильный источник непременно приведет к неправильным результатам, уверял Шарик. И добавлял, что от всего бесполезного нужно избавляться тут же.