"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Шарик, чем меня опоили-то? Это же не яд? Иначе бы мы с тобой не разговаривали.
— Снотворное. Быстродействующее. Двухкомпонентное, — быстро отчитался он. — Ничем не засечешь. Предполагаю, что первая часть была в закусках, вторая — в вине. В желудке перемешались — и вот результат.
Припомнил, что лакеи рядом с Сильвией и ее дочерью сновали разные, то есть никто не рисковал заполучить весь набор одновременно. Это подтверждало предположение Шарика, но не делала мое положение хоть чуточку лучше.
— Хреновый результат, если честно, — намекнул я.
— Ну, у тебя есть шанс выжить, — вздохнул он. — Правда, не скажу, насколько он велик. Прошлый раз всех убило после того, как парня принесли в жертву, а ты вселился.
— То есть в меня опять собрались тыкать ритуальным ножом? Может, имеет смысл объяснить тем, кто это планирует, бесперспективность таких начинаний?
— Тогда тебя просто прирежут, без шансов для тебя и для меня.
— Почему прирежут?
— Думаешь, отпустят, извинятся и денег за неудобство выдадут? Ха-ха-ха. Свидетели таких ритуалов никому не нужны. Хандро, в себя приходи.
— Да, туплю. Голова гудит, и мочевой пузырь давит.
— На мозги? Так и знал, что они у тебя в жопе.
— Шутить изволите, гражданин Шарик? Это мы с тобой в жопе и не сказать, что полностью по моей вине.
— А я что мог? Тебя захватывала целая группа аж в десять человек. Одного я цапнул, а дальше удирать пришлось, потому что меня чуть не пришибли. Молния даже шерсть на лапах подпалила.
— Я тебя не обвиняю. Сам дурак. Не хотел же вино пить… Так, кандалы с меня снять сможешь?
— Откуда? Они блокируют доступ к твоей чародейской энергии, а я как раз твоей и оперирую.
Я подергал руками. Говорят, спецназовцев учат хитрым образом выворачивать большой палец, чтобы выскользнуть из наручников. С этими такое бы не прошло — они впритирку облегали запястья, не оставляя ни малейшего зазора. На алтарь категорически не хотелось. Во-первых, я там уже лежал и мне не понравилось. Камень слишком холодный и твердый, на таком болячки зарабатываются на раз-два. А во-вторых, есть вероятность, что я с него не встану. И тогда мне будет все равно, помрут ли те, кто устраивает это тупое жертвоприношение. Но умру не один. Вместе со мной умрет и Шарик. Возможно, — Серхио, который для интриганистых чародеев представляет опасность, как источник ненужной информации. И точно — картофельная клумба, которая ни для кого, кроме меня, интереса не представляет. А ведь я так ее берег… Выходит, зря? Если выберусь, первым делом выкопаю куст или два и нажарю полную сковородку. Не если, а когда. Когда выберусь. Да, позитивный настрой — наше все. Как только окажусь в замке, нужно будет сразу рвануть на выход. В крайнем случае, если пойму, что не успеваю, можно будет в боковой коридор. Хода туда никому нет, так что однозначно спасусь. Только выдам, что у замка появился хозяин, что не есть хорошо…
Раздался глухой удар, и покачивание прекратилось. Значит, прибыли. В подтверждение этого предположения люк опять открылся и кто-то начал спускаться. Я заморгал, заново приноравливаясь к свету и осматриваясь. Находился я в грузовом трюме, полной копии того, что был на сгоревшем мибийском корабле. Только в этот раз трюм был заполнен жертвами. Дама, приглушенный всхлип которой я расслышал, тоже нашлась. Разглядеть ее я не успел, потому что ее отцепили от стены первой и поволокли к трапу.
— Мой отец вам отомстит! — бросила она, упираясь каблуками в пол.
Конвоиры болтать и тратить время впустую не собирались. Прилетело ей в солнечное сплетение, после чего задыхающуюся от боли девушку грубо потащили наверх.
— Это ломать вам ничего нельзя, — глумливо бросил один из конвоиров, — а все остальное можно.
— Прояви уважение к донне, — раздался наверху властный голос.
— Мой отец вам этого никогда не простит, — выдохнула девица уже с ненавистью по вполне конкретному адресу — хозяина властного голоса.
 
— Исабель, душа моя, за то, что вы сейчас здесь, можете благодарить только своего отца. И немного моего брата, который позволил вашему отцу вовлечь себя в политические интриги. Да и не узнает ваш отец ничего… Что встали, ведите ее на место. Но со всем уважением.
— Красивая… — протянул один с явным намеком. — Ваше Величество, может?..
— Нет, — отрезал гравидийский принц.
— Жалко, если уйдет в мир иной, Ваше Величество, не познав плотских радостей.
— Разве что сама захочет и попросит, пока остальных будем раскладывать, — скучающе сказал принц.
— Чтоб ты сдох прямо на том алтаре. Лопнул от моей чародейской энергии, — совсем неаристократично выразилась донна Исабель и ойкнула. Наверняка из-за того, что ей опять прилетело в солнечное сплетение. Плотских радостей похоже, ей познавать не хотелось.
— Шарик, что-то я не понимаю. Зачем такую молодую отправлять на алтарь? Она же не подтверждающей жертвой идет?
— Политика. Младший принц снюхался с герцогом Болуарте. Тот планировал совершить маленький переворот и посадить на трон зятя. В результате принца прибили, а несостоявшуюся невесту отправили на алтарь вместо одного чародея, который был запланирован в жертвы, но умер самостоятельно от старости.
Болуарте? Фамилия показалась знакомой.
— Постой, в газетах же писали, что принц с этой девушкой сбежали, чтобы тайно обвенчаться?
— Хандро, ты взрослый человек, а до сих пор веришь тому, что пишут в газетах? И вообще, не о том ты думаешь. Нужно думать, как нас спасать.
— Рвану на выход. За мной в Сангрелар не сунутся. А кто сунется, того твоя подруга встретит.
— Идея хорошая, но камию предупредить надо. И найти…
— Найди, пока время есть.
— Далеко уйду, ты меня перестанешь слышать, — предупредил Шарик.
— Потерплю временное отсутствие твоей моральной поддержки. Беги давай. Но осторожно чтобы тебя не прибили.
И почти тут же наверху заорали: «Ками!» и кто-то даже шибанул в него молнией, отсвет которой проявился и в дыре люка. Замок вздрогнул и шибанул молнией в ответ.
— Сдурели? — заорал еще один властный голос. — Нельзя тут ни чарами, ни оружием. Быстрее всех вытаскивайте. Проведем ритуал — и отчалим.
Но вытаскивали следующего не раньше, чем спускали предыдущего. Длину лестницы от причальной площадки до ритуального зала я заценил еще в прошлый раз, так что только мог восхититься тренированности конвоиров. Занимались этим четверо: пара тащила, пара отдыхала. Никто никуда не торопился. Каждая жертва, вышедшая из трюма, считала своим долгом что-то сказать принцу. И это что-то было отнюдь не уверения в преданности трону, а пожелания сдохнуть как можно более извращенным способом. Некоторые орали и когда их спускали по лестнице. Недолго орали, успокаивали их быстро.
До меня очередь дошла нескоро, но я и до этого понял, что наспех выработанный план развалился полностью: каждую жертву отстегивали от стены, но пристегивали к конвоирам. Был бы при мне Шарик, можно было бы его уговорить цапнуть двоих, а потом аккуратно отцепиться от трупов их же саблями. Но теперь, даже если я рвану вниз, двух мужиков на себе не утащу. Не столь я силен, чтобы, стукнув их между собой, раздробить головы.
Когда наружу вытащили меня, я сразу уткнулся взглядом в труп у спуска в башню, который никто не подумал оттащить подальше. В груди у него зияла впечатляющих размеров дырка. Настолько впечатляющих, что я не сразу заметил принца Гравидии, а когда заметил, подумал, нельзя ли как-нибудь и в нем проделать такую же дыру, активизировав возможности замка. Потому что такая дыра идеально сочеталась бы с его нагло лыбящейся харей.
— Молчите, дон Контрерас? — усмехнулся принц. — Не будете ругаться или спрашивать, что вы тут делаете?
— Я? Несу предсказание Всевышнего.
Мне тут же прилетело по затылку от одного из конвоиров, который прошипел: