"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

В тот же момент и меня свалили с ног сильным ударом по загривку. Инстинктивно прикрыл голову руками и напряг все мышцы в ожидании следующих ударов. Однако лишь почувствовал, что в позвоночник уперся автоматный ствол. Неужели сейчас прозвучит выстрел и все… Лучше бы в голову…
– Где Хатсон? Где вся остальная группа? – прозвучало сверху на межгалактическом.
– Так вы свои? – подал голос Уиллис. Говорил он с трудом, словно задыхаясь. Вероятно, снова схлопотал по многострадальным ребрам.
– Мы-то свои, – проговорил тот же голос. – А вот вы чьи? Где вся остальная группа?
– Если верить в бессмертие душ, то остальная группа наблюдает за нами с небес, – ответил Сол.
– А Хатсон?
– И Хатсон тоже.
Последовало непродолжительное молчание, и голос сверху сказал:
– Можете встать.
Ствол автомата отстранился от моей спины, но я еще некоторое время продолжал лежать – практически попрощавшись с жизнью, не мог так сразу поверить в очередное спасение.
– Сторм, посмотри, что с этим парнем. Ты его не прибил ненароком?
Я приподнялся, думая, что реплика относится ко мне. Но оказалось, что виновником беспокойства командира десантников был Геркулес. Он все еще лежал уткнувшись лицом в песок. Грязные бинты на его голове потемнели от выступившей крови.
– Похоже, я его по старой ране саданул, – произнес склонившийся над Сегурой десантник. – Лучше бы, господин лейтенант, поскорее отправить его на борт.
Лейтенант кивнул, и двое бойцов подхватили Геркулеса и побежали к катеру.
– Кроме вас точно больше никто не уцелел? – уточнил командир десантников, пристально глядя на Уиллиса.
В ответ тот молча покрутил головой и развел руками.
– Тогда гасите маяк и бегом на борт.
  
Эпилог
 
Как долго мы пробыли в образе фиолетовых аборигенов? Всего-то несколько недель. Почему же розовая кожа сидящих напротив товарищей кажется неестественной, будто чужеродной, и даже вызывает некоторую неприязнь и нежелание к ней прикасаться? А глаза… Круглые зрачки на белых глазных яблоках – такие глаза могут быть только у ягуантов…
– Алекс рассказывал, что в детстве любил играть с маленькими поросятами, – заговорил Геркулес, разглядывая свои ладони, и пояснил: – Это такие животные, из которых делают натуральный бекон.
– Нам в учебке на обед давали вареное волосатое сало, которым покрыт натуральный бекон, – вспомнил я. – А к чему ты об этом вспомнил?
– Алекс говорил, что у поросят кожа нежная и розовая, прямо как у нас сейчас.
– А мы ведь так и не увидели ни одной молодой фиолетовой женщины, – совершенно не в тему сказал я.
– Ты это к чему? – удивился Сол.
– Просто вспомнил Курта. Он мечтал близко пообщаться с молоденькой аборигенкой.
Мы замолчали, ведь каждый из нас задумался, вспоминая погибших товарищей.
– А я толком и познакомиться со всеми не успел, – нарушил молчание Геркулес. – Сейчас даже имена половины взвода не вспомню.
– Я думаю, это нельзя так оставлять, – заявил после очередной паузы Уиллис.
– Что ты имеешь в виду? – не понял я.
– Нужно наказать виновных в наших бедах. И Ратт, и даже Хатсон были простыми исполнителями. Необходимо наказать истинных виновников.
Я вспомнил слащавую физиономию Адиля и высокомерный взгляд его мамаши.
– Честно говоря, Сол, у меня нет ни малейшего желания возвращаться на Кинг. Тем более что в ближайший год до первого отпуска это и не получится. – Увидев, как снисходительно усмехнулся Уиллис, я поспешил добавить: – Пойми, Сол, мечта всей моей жизни была попасть на службу в армию. И сейчас я не хочу хоронить ее ради мести какому-то жалкому слизняку. К тому же я не уверен полностью в его вине. Нет, конечно же, если однажды судьба сведет нас, то я непременно прищемлю ему нос.
– А я даже и не знаю, кому мстить. Мне кажется, что это какая-то нелепая ошибка, – вставил свое мнение Геркулес.
– Если вы не забыли, то у меня такой же пятилетний контракт на службу, как и у вас, – снова усмехнулся Сол. – И я не собираюсь его прерывать, даже несмотря на то, что никогда его не подписывал.
 
– Что ты задумал? – я удивленно уставился на товарища.
– Я всего лишь трезво оценил ситуацию. Мне, Олег, тоже не очень-то хочется выяснять отношения с родным братцем. И, если быть откровенным, тоже понравилась армейская служба. Я даже серьезно задумывался о подписании контракта. Но когда узнал, что кто-то навязал мне контракт насильно, естественно, возмутился. Но не это главное, – Сол сделал небольшую паузу и продолжил: – Как я уже сказал, очевидно, что Хатсон и Ратт всего лишь исполнители. Сам комбинатор, организовавший этот бизнес, сидит где-то среди самого высокого армейского начальства, и нам до него наверняка не добраться. Но… Но он сам доберется до нас, и нам, парни, необходимо быть готовыми к этому.
– Хочешь сказать, что этот некто из высокого начальства непременно пожелает убрать нежелательных свидетелей? – я попытался угадать направление мысли Уиллиса.
– Возможен и такой вариант, – продолжил тот. – Но главное то, что три заказа остались не выполненными, а потому три заказчика останутся крайне недовольными. Если недовольство моего братца еще можно как-то игнорировать, то недовольство сенатора Орчинского может вылиться в весьма печальные последствия. И я не думаю, что этих последствий можно избежать, вернув полученную плату. Именно поэтому нас необходимо уничтожить, а не потому, что мы являемся опасными свидетелями. В конце концов, какие мы, к дьяволу, свидетели? Свидетели чего? Того, что при выполнении задания погиб целый взвод? Ну и что? Виновные в этом командиры мертвы, а значит, и спрашивать не с кого. И если бы не откровения Ратта, то мы и на самом деле ни о чем таком не догадывались бы.
– Как-то все запутано, – почесал подбородок Геркулес.
– А если все же Ратт нас обманул? – предположил я. – Не могу представить – зачем. Но все же?
– Это легко проверить, – продолжил Сол. – Если мои предположения верны и нас в ближайшее время постараются ликвидировать – значит, Ратт сказал правду.
– Веселая перспектива, – ухмыльнулся я. – И что, мы вот так будем сидеть и ждать?
– А что еще остается делать? У вас есть другие предложения?
– У меня нет, – помотал головой Сегура.
– Надо хотя бы принять какие-то меры, – предложил я.
– Согласен, – кивнул Уиллис. – Вот только какие?
В ответ последовало продолжительное молчание. Подождав немного, Сол продолжил:
– Думаю, для начала нам необходимо приложить все усилия для того, чтобы остаться в одном подразделении.
– Как это сделать? – я вопросительно поднял брови. – Мы всего лишь простые пехотинцы и не можем распоряжаться собой по собственному усмотрению. Если у нас с тобой имеется хотя бы одна профессия, то Геркулес обучался на оператора минного заградителя. Максимум на что мы можем рассчитывать – это попасть с ним в один батальон.
– Командир базы сказал, что вручать нам медали будет сам вице-адмирал Хорнброукерн. Почему бы не обратиться к нему с просьбой, оставить нас служить вместе? Неужели высокое начальство не может пойти навстречу героям в такой малости? – Уиллис хитро прищурил глаза.
– Хорошо. Допустим, нам это удастся. Но я не представляю, как мы будем служить, постоянно ожидая удара в спину? Так можно стать параноиками и видеть в каждом офицере или сержанте Хатсонов и Раттов.
– Предпочитаю быть живым параноиком, – парировал мое возражение Уиллис. – Однако готов выслушать твои предложения.
– Нет у меня никаких предложений, – честно признался я.
– И у меня нет, – на всякий случай вставил Геркулес и прикрыл ладонью зевок.
– А если все же никто на наши жизни не покусится? – задал я новый вопрос.
– Ну что ж, – Сол откинулся на спинку кресла. – Тогда дослужим до первого отпуска и полетим на Кинг, разматывать клубок со стороны заказчиков.
– Я поеду с вами, – решительно заявил Сегура. – А потом вместе прокатимся на Афру.