"Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Вопреки обыкновению я долго не мог заснуть. Большинство курсантов уже сладко посапывали, видя первые сны, когда на свое место, осторожно ступая, прошел Яцкель. Его земляк так и не появился. Тому предстояло провести трое суток в регенерационном блоке госпиталя, сращивая треснутое ребро.
– А я уже решил, что ты какой-то особенный русский и вокруг тебя не возникают неприятности, – остановил меня утром мастер-сержант, когда я выбегал вместе со всеми на утреннюю пробежку, и легким шлепком по спине отправил дальше.
Интересное мнение у Тора о русских. Что-то мне подсказывало, что связано оно с Сергеем Бужиным.
– Яцкель, бегом назад! Оденься по полной форме и зайди к мастер-сержанту, – крикнул Юрай, выбежав вслед за нами из казармы. После чего, встав во главе строя, скомандовал: – Взвод, за мной бегом марш!
Ян вернулся в подразделение только перед самым обедом. До вечера не было возможности о чем-либо его расспросить. И лишь в свободный час перед отбоем мы зажали стефана в углу комнаты отдыха, потребовав рассказать о причинах его столь долгого отсутствия.
Как оказалось, Яцкель написал заявление на имя ротного о том, что капрал Линк в течение всего учебного периода жестоко издевался над ним и над Адамом Вуциком, всячески унижая и оскорбляя, выбирая для этого места и моменты, когда никого нет поблизости. И вчера Линк совсем озверел, встретил курсантов возле кафе, завел за угол к беседкам и избил Вуцика так, что тот попал в госпиталь. А Яцкелю садист пообещал, что на днях изобьет и его, да так, что он позавидует приятелю. И он, Ян Яцкель, настоятельно просит командование оградить его от посягательств капрала Линка.
Ротный долго материл стефана, после собрался и повел его в штаб части. Там-то Яцкеля и таскали до полудня по кабинетам, заставляя пересказывать кляузу и подписывать различные бумажки. Особо в его словах никто не сомневался, так как история полуторагодовалой давности, когда Линк был уличен в издевательстве над курсантами, в штабе была известна, хоть и старательно замалчивалась. Теперь же, имея в наличии заявление от одного пострадавшего курсанта и находящегося в госпитале второго, спустить проступок не представлялось возможным. А скорее всего, командование ухватилось за возможность избавиться от ненужного и непредсказуемого родственника какой-то там шишки.
Надо полагать, что и находящийся в госпитале Адам подтвердил слова соотечественника.
В общем, Линка больше никто не видел как в расположении роты, так и вообще в части. Стефаны в оставшиеся недели мне тоже не докучали.
  
Глава 13
 
Проверка
 
Вот и пролетели шесть месяцев службы. Пролетели, словно один миг. Миг, вместивший в себя целую вечность. Ну, пусть не вечность, но эти полгода по насыщенности событиями кажутся равными шести годам.
Основная часть курсантов вернется в свои звездные системы, на родные планеты и окунется в гражданскую жизнь уже в новом статусе полного гражданина Конфедерации. И лишь единицы останутся в армии, подписав следующий, гораздо более продолжительный контракт. Но для этого еще необходимо было сдать итоговый экзамен, называемый русским словом «Проверка».
Примечательно, что к проверке допускались не только те, кто решил продолжить службу, но и все желающие. И, надо сказать, практически все курсанты изъявили желание пройти последнее испытание. Оно и понятно – прослужить шесть месяцев и вернуться домой обычным солдатом, не имея удостоверения специалиста в той или иной военной профессии…
Но выходцам из обеспеченных семей, например Солу, нужен был в основном лишь престиж. Многие другие курсанты полагали гораздо более важным, что полученные в армии профессии востребованы и в гражданской жизни. Среди операторов БПР популярна мечта попасть после службы в дальнюю разведывательную экспедицию. Тот факт, что заключить подобный контракт гораздо сложнее, чем пройти отбор на службу в армию в мирное время, мало кого смущал. Но, несмотря на то что благодаря экспансии галантов Конфедерация в последние годы постоянно увеличивала численность армии, по этой же причине экспедиции к новым мирам резко сократились.
 
В любом случае мирные модификации пехотного робота широко использовались практически во всех промышленных отраслях, начиная с горнодобывающей.
Проверка началась уже на следующий день после окончания полугодового контракта. Когда кто-то из курсантов, узнав об этом утром, заявил о необходимости времени на подготовку, то услышавший восклицание капитан Отс спросил:
– А чем же ты занимался последние шесть месяцев, курсант?
Первый день проверялись теоретические знания и физическая подготовка.
В расположение роты явились двенадцать специально прибывших из войск офицеров. Они устроились за столами в учебной комнате и без лишних промедлений приказали, чтобы к ним подходили экзаменуемые. Сержанты построили роту и начали отправлять в класс по четыре человека от каждого взвода.
Мои знания проверял коренастый майор с постоянно потеющей лысиной. Периодически протирая ее голубой салфеткой, он долго задавал мне вопросы, придираясь к самым незначительным мелочам и часто неожиданно меняя направление вопросов – только что он расспрашивал о способах подзарядки батарей и вдруг без всякого перехода спросил о взаимодействии отделения БПР в условиях боя среди кварталов мегаполиса. Я начал развивать тему, а экзаменатор уже задал силу тяжести и плотность атмосферы и, исходя из этих параметров, потребовал рассчитать дальность поражения НУРСом танка типа «Шершень».
– И последний вопрос, – наконец-то объявил майор, в очередной раз протирая лысину. – После орбитальной бомбы «Панацея» остается кратер диаметром около трех километров. На сколько увеличится радиус воронки, если вместо «Панацеи» сбросить «Ангела»?
Задав вопрос, он подвинул ко мне планшет, на экран которого были выведены характеристики обоих «подарков». Несмотря на то что мозг буквально кипел от череды предыдущих вопросов, я попытался справиться с задачей как можно быстрей и, сделав нехитрые подсчеты, выдал:
– Диаметр увеличится примерно на четверть километра, соответственно радиус на одну восьмую.
– Да? – делано удивленно вскинул брови майор, и я понял, что ответил неправильно. А он ткнул пухлым пальцем в экран и спросил: – А вас не смущает тот факт, что детонация заряда «Ангела» происходит в двухстах метрах над поверхностью?
Мне осталось только густо покраснеть. Что я мог ему ответить? Посетовать на то, что он намеренно меня запутывал, чтобы в конце концов притупить бдительность и поймать на каверзном вопросе? Так может, это есть один из пунктов проверки?
С экзаменационной картой в руках и распухшей головой на плечах я вышел из казармы и, повинуясь указаниям какого-то капрала, направился на плац, где, попав в руки лейтенанта медицинской службы, автоматически ответил на несколько вопросов по пользованию различными инъекторами и по оказанию первой помощи при различных травмах и ранениях.
Далее сдал норматив по облачению в легкую пехотную броню «Кираса» и ответил на несколько вопросов по ее характеристикам.
Затем отправился в спортгородок, где сдача нормативов на гимнастических снарядах и прохождение полосы препятствий окончательно вымотали меня, и я, получив разрешение удалиться, ушел, забыв на столе проверяющего экзаменационную карту. Возвратился за ней лишь после второго окрика и рассеянно извинился.
М-да, оказывается, психологические нагрузки выматывают гораздо основательнее физических. Размышлял я об этом, уже придя в себя за столиком в кафе. Рядом уплетали пирожные Борк, Логрэй и Сол. Если Уиллис выглядел бледноватым и заметно нервничал, то приятели с аграрных планет словно бы и не проходили через экзаменационную процедуру – мирно беседовали на какие-то отвлеченные темы. Кажется, их не трогал даже тот факт, что через пару дней мы покинем эту планету, разлетимся в разные стороны и, скорее всего, никогда больше не увидим друг друга.