Роковая связь (ЛП)
Вполне себе возможно. Ведь бабы постоянно бросали свои семьи, не так ли? Он был уверен, что да. Не могли же мужики быть единственными, кто сбегают в поисках беззаботной жизни. Блин, возможно даже Нолан мог бы сейчас так поступить: просто отойти от стола, спуститься по задней лестнице к тачке и никогда-никогда не возвращаться; бросить Джози и Тыковку, и уехать куда-нибудь, где ничего из произошедшего не случалось.
Если с Кэрри что-то и случилось, полиция наверняка займется его проверкой. Изучат личную жизнь, финансы — ремонт бассейна, новенький парный душ, выплаты по кредитным картам. Отследят деньги, и вскоре Нолан окажется за решеткой, и тогда они спросят, кто за всем этим стоял, и придется рассказать им, иначе его упекут за решетку навсегда.
Мужчинам со смуглой кожей и тонкой костной структурой, как у него, приходилось несладко в тюрьме. Он слишком смазлив, как говорил Джози. Слишком смазлив и чересчур избалован.
От овладевшего им напряжения, перед глазами появились пятна, и он отвел косы набок и опустил голову на стол. Глубоко вздохнув, досчитал до шести, затем выдохнул. Ладно, список дел был не очень длинным.
«Сообщить Иэну. Позвонить копам. Прикинуться, что невиновен и находишься в смятении».
Он мог все это провернуть. А как же мальчик? Моника находилась одна-одинешенька в доме, а ее отпрыск был в детском саду. Если Кэрри угодила в одну и ту же лодку, что и Моника… то где находится мальчик?
Был ли Майлз все еще в номере отеля?
Нолан закрыл глаза и вознес к Богу пылкую молитву о том, чтобы мальчишка, где бы тот ни находился, был в безопасности.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ДЕТЕКТИВ
Фара и Кевин встретили судмедэксперта на выходе из гостевого домика. Оба тела уже были помечены и упакованы в мешки.
— Что известно, Гарри? Выяснил время смерти? — спросила Фара.
Доктор Гарри Мартин прикрепил ручку на карман пиджака в полоску. Доктор — с густыми седыми усами, кустистыми бровями и блестящей лысиной — был таким же коротышкой, как и Фара.
— Я бы сказал, что оба умерли между полуночью и двумя часами ночи. Уточню, как только они окажутся на столе в морге.
— Известно что-нибудь, что может помочь нам?
— Не многое. На руках мужчины имеются следы от пороха. Уверен, тут произошло самоубийство, однако адвокат может начать искать неувязку в этом утверждении, если они того захотят…
— Что насчет женщины? — перебил Кевин.
— А, она была убита, — невозмутимо заявил судмедэксперт. — Абсолютно в этом уверен.
— Забавно. — Фара не удостоила мужчину радостью своею улыбкой. Доктор Мартин начал б разыгрывать полноценный комедийный номер, если б его хоть капельку подбодрили. Бытовала давнишняя штука, что он репетировал номера на мертвецах, да и ходили слухи, что он посещает и клубы с открытыми микрофонами.
— На женщине никаких старых травм не увидел. Одежда выглядит нетронутой, поэтому не думаю, что был половой акт. И если только она не любит заводить интрижки в бабушкиных панталонах, то это не было запланированной романтической встречей. Полагаю, ее накачали наркотиками и она очнулась, будучи привязанной к стулу. Проверю предположение с помощью содержимого желудка и анализа крови, однако это займет некоторое время. Как видите, было нанесено четыре глубоких ранения. Похоже, жертва умерла от кровопотери.
— Имеются ли сомнения по поводу ножевых ранений?
— Никаких. — Рот Гарри сжался в мрачную линию. — Он знал свое дело. Все раны были нанесены в выгодных местах. Они причиняли адскую боль, убивали медленно. У криминалистов находятся нож и веревки, но, глядя на узлы, могу сказать, что он, скорее всего, был бойскаутом.
— Когда-нибудь смотрел их сериал? — поинтересовался Кевин. — Оба близнеца были скаут-орлами1.
— Их персонажи были скаутами, — вставила замечание Фара. — Это не значит, что и в обычной жизни они смыслили в этом.
— Что-то я запутался, — произнес судмедэксперт. — Какой сериал?
— «Фермерская история», — объяснил Кевин. — Религиозный детский сериал, популярный лет двадцать назад. Так Хью и Трент Айверсоны стали знаменитыми.
Выражение лица Гарри оставалось бесстрастным, и Фаре пришлось напомнить себе, что если у кого-то нет детей или они не так уж и молоды, то вполне возможно, что не слыхали о «Фермерской истории», хотя сериал господствовал в молодежной поп-культуре на протяжении более десяти лет. Трент и Хью были юными сердцеедами, превратившимися в суперзвезд. Дочь Фары была влюблена в близнецов, хотя те были старше ее на десять лет.
— Еще вопросы? — спросил доктор.
Кевин повернулся к Фаре, которая покачала головой.
— Нет, но поторопись с работой, — сказал он. — Шеф хочет, чтобы это дело было в приоритете.
— Понял-принял. — Доктор кивнул. — И я сам проведу все анализы. Знаю, как в таких случаях все удаляется или сливается.
— Мы ценим это. — Кевин взглянул на Фару. — Готова поболтать с шишкой?
— Давай приступим к делу. — Она взглянула наверх, но в окне Хью уже никого не было, и незнание о том, где находится актер, обезоруживало. — До смерти хочется увидеть, как он прольет свет на возникшую ситуацию.
— Ага. Я бы тоже на это взглянул.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
ДЕТЕКТИВ
Возвращаясь к дому, Фара и Кевин отправились по тропинке у бассейна. Белый известняковый настил окружал ассиметричный бассейн цвета индиго, сверкающий в лучах утреннего солнца. Четыре шезлонга из тикового дерева обрамляли воду; каждый с белым зонтиком и красными подушками на белых матрасиках, создав вид некого курортного оазиса, которого окружали возвышающиеся пальмы и роскошные тропические растения. В дальнем конце располагалась огромная беседка, в котором прибывала прислуга Айверсона.
Сотрудники рассредоточились по всей крытой площади, и создавалась впечатление, что были разбиты по типу униформы: служанки откинулись на спинки белого дивана, кухонная прислуга уселась у барного островка, техническая прислуга стояла у правого ряда колонн. Все были одеты в темно-зеленые костюмы, но у каждого был различный стиль, соответствующий занимаемой должности. Когда они приблизились к беседке, Фара быстро осмотрела всех присутствующих, выглядевшими безупречно складными: отглаженная униформа, белоснежные кроссовки, профессионально сделанные прическа и макияж.
— Не вижу ни одного мобильника, — пробормотала она Кевину.
Разговоры стихли, когда они проходили мимо, и высокая темноволосая женщина отошла от колонн и подошла к ним, представившись как Сюйин Ли, ландшафтным дизайнером.
— Можно поговорить наедине? — спросила она. — У прислуги есть некоторые опасения.
Итак, события развивались быстро. Фара удивилась тому, что Ли нужна потребность в конфиденциальности, но Кевин кивнул, словно то была распространенная практика.
— Конечно, — он запросто согласился. — Давайте отойдем в тенечек. — И жестом указал в сторону, где под зарослями банановых деревьев был небольшой отгороженный угол.
Когда они остались наедине, женщина заправила короткие волосы за ухо, выставляя напоказ жемчужную серьгу.
— К телефону доступа у нас не было, однако хотелось бы позвонить адвокату и понять, о чем мы можем говорить, а о чем — нет.
Мы. Союз, уже сформированный и сплоченный. Терпение Фары лопнуло.
— Мы никого не арестовываем, — сказала она. — Нам просто нужна кое-какая информация, чтобы поспособствовать…
Кевин поднял руку, прерывая объяснения.
— О чем, по-вашему, Вы не можете говорить?
— Ну, мы все подписали соглашение о неразглашении. Очень строгое соглашение о неразглашении.
Мэтис покачал головой.
— Они недействительны в случае преступления.
— Только если информация имеет отношение к преступлению, — возразила Сюйин. — Мы же не в курсе, о чем вы спросите, и — без обид — вы ничего не узнаете, расспрашивая нас, предварительно не порывшись в грязном белье.
— А Вы знаете, где стоит порыться? — перебила Фара.
Женщина не обратила на нее внимание. Для той, кто является ландшафтным дизайнером, она кажется хорошо разбиралась в законах.