Князь II (СИ)
— Это хорошие новости. Как так быстро всё получилось? Гольштейн пугал, что это может затянуться на месяцы.
— Ну, адвокаты ещё в четверг получили разрешение на посещение земель. Оставался только запрет на вывоз оттуда чего-либо. Даже мусор нельзя было вывезти. Но вчера вы стали князем, и дело против вас автоматически закрылось. Вы теперь неподсудны обычному суду. Над вами отныне лишь Император и княжеский суд. Не думаю, что Трубецкой решится обращаться в подобную инстанцию.
— Хоть какая-то польза от моего нового статуса, — я довольно улыбнулся, — чего нам вообще от них ждать?
— Могут пакостить по мелочам, но вряд ли этот род способен на что-то серьёзное. Думаю, побоятся связываться с князем. Тем более, вы и сами можете предъявить им. Так что в их интересах в ближайшее время не высовываться.
— Предъявить? О чём речь? — Меня заинтересовала такая возможность.
— Вы же помните о похищении? Мы отлично знаем, кто за ним стоял. Вы, как князь, можете отправить им ультиматум с требованием выплаты компенсации. Война родов вам не объявлялась. Их действия незаконны.
— А раньше я не мог потребовать компенсацию?
— В принципе, могли, но нападение на князя — гораздо худшее деяние, которое будет рассматривать ИСБ. Они из них все соки выпьют! — пояснил Самохин с довольной улыбкой.
— Но я же тогда не был князем?
— Это неважно. Сейчас-то вы князь? Следовательно, мы можете привлечь ИСБ, и они обязаны будут провести расследование и выявить виновных. Они же выступят и посредниками урегулирования. То есть выбьют из Трубецких хорошую компенсацию, понятно, что часть заберут в пользу государства, но и остаток, по идее, будет немаленьким.
— Хорошо, — я взвесил все «за» и «против» и решил действовать. Нельзя спускать нападение на себя, любимого. Это не принято, и может показаться проявлением слабости, — тогда наберу Гольштейну, пусть отравляет парламентёра!
Мы ещё некоторое время пообсуждали насущные проблемы, которых, к моему удивлению, было не так уж и много. Затем явился писарь, которого Илья не забыл заказать.
Писарем оказалась пожилая женщина. Илья выделил ей рабочее место, выдал письма, и мы согласовали форму вежливого ответа. Точнее, у неё были с собой образцы, из которых я и выбрал наиболее понравившийся.
Собирался уже садиться ужинать, когда ко мне в гости приехал Спиридонов. Георгий выглядел всё так же ухоженно и опрятно. На ботинках не было ни пятнышка, на брюках — ни складочки. Проведя его в кабинет, я предложил напитки, но маг отказался.
— Что решили с Новицким? — поинтересовался я, подписывая письма, которые уже закончила писать женщина.
— Его устроило моё предложение. Завтра проведу ритуал привязки алтаря к его сыну.
— Думаете, самого Антона алтарь простит?
— Вряд ли сразу, но через месяц-другой точно. Так что считаю эту проблему наконец-то решённой, — Георгий сидел напротив меня с ровной спиной, положив ногу на ногу и сложив руки на коленке.
— Это уже второй случай, о котором я знаю, когда с алтарём происходят проблемы, и в них замешан человек из Геникона, — я сразу перешёл к делу, — что вы об этом знаете?
— В Гениконе ходят слухи на эту тему. Только речь идёт о десятках алтарей, — он печально улыбнулся, — технологию я представляю. Сильный маг в ранге «мастера» с помощью запретного артефакта взламывает защиту алтаря, после чего выкачивает энергию. Вы, как паладин, можете такое провернуть и без артефакта. К примеру, я могу попытаться выкачать энергию только из алтаря, который принял меня, но даже в этом случае не смогу его полностью опустошить.
— Что это за артефакт?
— Говорят, кто-то сумел переделать браслет главы рода. Алтарь принимает его, как самый главный ключ, и безоговорочно доверяет его владельцу.
— Здесь что-то не сходится, — перебил я, вспомнив образы, которые сегодня получал от алтаря, — у Новицких точно не было человека с подобным браслетом. Судя по всему, был просто мастер-ключ, а потом маг тупо продавил алтарь силой.
— Такое тоже возможно, — Георгий задумчиво скользнул взглядом по моему браслету, — но в этом случае маг должен быть очень силён!
— Или просто умел, — добавил я, — вряд ли кто-то можешь сравниться силами с алтарём. Вы же не сравниваете магический накопитель с людьми? Тут такая же ситуация. Думаю, в этом деле главное — умение.
— Возможно, вы и правы, — Маг замолчал, задумчиво глядя поверх меня.
— Скажите, какую должность вы занимаете в Гениконе, и почему так откровенны со мной? — Мне весь день не давал покоя этот вопрос. В прошлую нашу встречу Георгий мне не понравился, да и сам ко мне отнёсся, скорее, снисходительно.
— У нас нет, как таковых, должностей. Просто член Геникона, отвечаю за работу с алтарями. А насчёт второго вопроса… тут вы правы. В первую нашу встречу вы показались мне просто богатым мальчишкой, который отправился в прорыв пощекотать себе нервы. Да еще и тащит с собой кучу «мастеров»! Мы в Гениконе отрицательно относимся к подобному. Но к сожалению, в Москве это не слишком редкое явление. Но когда вы очистили прорыв и установили алтарь… — Он с уважением посмотрел на меня. — В детстве я мечтал стать паладином Аннулета. Зачитывался историями о них. Но, — Георгий с грустью развёл руками, — мне даже удалось нырнуть сознанием в алтарь. После этого неделю пролежал в больнице. К счастью, без последствий для здоровья. Паладином я не стал, но связь с алтарём имею, даже могу считывать образы, но, как я уже и говорил, общение было односторонним.
— Это большое достижение, — поддержал его я, — к тому же, вы стали мастером и вступили в Геникон. Не такая уж и плохая карьера!
— Благодарю. Всё так и есть. Своей жизнью я доволен. Ну, сами понимаете, после того как я осознал, что вы являетесь паладином Аннулета да ещё и носите родовой браслет… Тут уж без уважения никак. Нашей Империи давно нужен паладин.
— Согласен с вами, только вот проблема: я, хоть и являюсь паладином, ничего толком не умею. Все знания, которые есть по этой теме, хранятся в закрытых архивах. Как пользоваться своими силами, я даже не представляю, — признался я. Честно говоря, втайне надеялся, что Георгий сможет помочь мне хоть как-то с этой проблемой. И он оправдал мои ожидания:
— Я пороюсь в архиве Геникона и поделюсь с вами, — со спойоной уверенностью заявил он.
— Вас за это не уволят?
— Геникон создавался для того, чтобы делиться знаниями! — Глаза мага сверкнули блеском фанатизма. — Только вот, вы правы, в последнее время в организации творится что-то не то. Я постараюсь разобраться!
— Договорились, но будьте осторожны! — на всякий случай предупредил его я. Знаю я этих фанатиков. Наверняка верит в безоговорочную честность и преданность своих генералов.
На этой ноте мы и расстались. От разговора остался осадок недосказанности. Зачем он приезжал? О чём хотел поговорить? Вряд ли его целью было высказать своё восхищение. Но и на заговорщика Георгий не слишком смахивал. Возможно, я не оправдал его ожиданий, и он не решился полностью открыться мне?
Хотя нельзя сказать, что наше общение прошло впустую. Всё-таки Георгий пообещал добыть для меня материалы по паладинам Аннулета. Надеюсь, у него получится.
Время было уже позднее. Быстро собрав чемоданы, мы выехали на вокзал. Моя миссия в Москве была выполнена, и я с чистой совестью отправился домой.
* * *Два генерала Геникона сидели в одном из самых дорогих ресторанов Москвы на уединённом балкончике, с которого открывался вид на общий зал и сцену, где сегодня выступали стриптизёрши из Французской республики.
— Ты смотри, что вытворяют, — отпив коньяк из большого коньячного бокала, томно произнёс моложавый мужчина, с блеском в глазах наблюдая, как обнажённая девушка извивается на шесте.
— Леонид, — второй мужчина утомлённо прикрыл глаза, — отвлекись! Надо поговорить о деле!
— Если тебя интересуют деловые разговоры, зачем мы встретились в подобном месте? — Первый удивлённо уставился на своего собеседника, быстро взяв в себя в руки и практически преобразившись. Из глаз исчез похотливый блеск, взгляд стал внимательным и колючим.