Железный воин

– Нет, – прошептала Меган, и я с облегчением выдохнул. – Завесу нельзя полностью уничтожить, – продолжила она. – Даже если бы ритуал сработал должным образом, Завеса равно или поздно восстановилась бы. Но… – Она заколебалась, и ее голос стал серьезным. – Когда ты умер, вся Небыль прочувствовала это. В мире смертных прокатился такой всплеск, такая пульсация эмоций, каких Фейриленд еще никогда не испытывал. Он пронесся через все Дворы, Дикий лес, Маг Туиред – повсюду. Сначала мы не знали, что произошло, но потом начали поступать сообщения из мира людей. На несколько минут после твоей смерти, Итан, Завеса исчезла. На несколько минут…
– Люди увидели фейри, – шепотом закончил я.
Меган кивнула.
– К счастью, как только ты воскрес, Завеса быстро вернулась, и люди вскоре забыли о том, что пережили. Но за то короткое время мир смертных погрузился в настоящий хаос. Многие люди были травмированы, пытаясь убежать, убить или поймать фейри, с которыми они столкнулись. Некоторые сошли с ума или думали, что свихнулись. Множество полукровок были ранены, а кто-то даже убит, после того как люди увидели их истинную сущность. Это длилось всего мгновение, но случившееся все равно наложило свой отпечаток. Оба наших мира до сих пор восстанавливаются, хоть никто и не понимает, после чего именно.
Я чувствовал себя отвратительно и старался не думать о том, что, как мне было известно, могло произойти в ту ночь, когда я умер.
– А родители? – сдавленно спросил я. Никогда не думал, что мне придется беспокоиться о тех, кого я оставил в мире смертных, в обычном мире, но, похоже, все резко изменилось. – Где они были той ночью?
– С ними все хорошо, – заверила меня Меган, в голосе которой звучало облегчение. – Когда все случилось, они оба спали, а твои защитные чары уберегли дом. К тому времени, как они проснулись, мир вернулся на круги своя. Хотя в последующие дни чувствовалось немало замешательства, страха и гнева.
Я глубоко вдохнул, пытаясь разогнать засевшую внутри живота панику. По крайней мере, моя семья была в порядке, в безопасности от сумасшествия фейри, которое, очевидно, охватило весь мир. Но кое-что еще не давало мне покоя. Нахмурившись, я перебирал в памяти смутные воспоминания о той ночи и силился вспомнить, что из этого было реальностью, а что – кошмаром. Я что-то забыл… или кого-то. Мы с Кирраном вместе отправились в Ирландию, чтобы встретиться с Госпожой Забытых, но оставили позади кого-то еще…
– Кензи! – выпалил я, чувствуя, как мое нутро скручивается узлом.
Амулет был у Кензи, – он несколько раз спасал ей жизнь, пока мы были в Небыли, – но в тот последний вечер она вернула его мне, прежде чем я оставил ее в больнице. В моей голове вихрем проносились воспоминания о невысокой, непокорной девушке с темно-карими глазами и голубыми прядями в волосах. Маккензи Сент-Джеймс была третьей половиной нашего небольшого трио; девушкой, которая спорила с королевами фейри, чтобы получить Зрение, препиралась с несносными говорящими котами и категорически не хотела оставаться в безопасном мире смертных. Веселая, упрямая, неугомонная, она последовала за мной в Фейриленд, игнорируя все мои попытки держаться от нее подальше, и я, вопреки здравому смыслу, бесповоротно влюбился в нее.
Я рассказал ей о своих чувствах в ту ночь, когда мы с Кирраном отправлялись в Ирландию, чтобы встретиться с Королевой Забытых. Нам пришлось оставить ее, потому что Кирран затеял драку с Титанией, – из всех фейри он выбрал чертову королеву Летнего Двора, – а Кензи просто угодила в самую гущу событий. Я вспомнил шепотом произнесенное признание в ее больничной палате, вспомнил свое обещание вернуться, и мне вдруг стало тошно. Сколько времени прошло в реальном мире? В порядке ли Кензи? Ждала ли она меня?
Или двинулась дальше, решив, что Фейриленд снова поглотил меня целиком, и в этот раз я не вернусь?
– Где Кензи? – поинтересовался я, и Меган обеспокоенно взглянула на меня. – Той ночью, когда я ушел с Кирраном, она лежала в больнице. С ней все в порядке? Где она сейчас?
 
Меган вздохнула.
– Я не знаю, Итан, – ответила она, и мой пульс учащенно забился от беспокойства. – Мне не сообщили, что девушка ранена. Если бы я знала, то послала бы кого-нибудь проведать ее. Но из-за тебя, Киррана и предстоящей войны у меня не осталось времени подумать о чем-то другом. Прости.
– Войны? Какая война?
Мгновение Меган, казалось, смотрела прямо сквозь меня, а в ее глазах отражались вина, гнев и печаль одновременно. Но затем она поднялась, и образ Железной Королевы, полный решимости и спокойствия, заполонил комнату, заставив воздух потрескивать от ее могущества.
– Королева Забытых стала достаточно сильной, чтобы вторгнуться в Небыль, – спокойно сообщила Меган, хотя взгляд ее был жесток. – Ее армия Забытых покинула мир смертных и пересекла границу Дикого леса. Завтра вечером в Тир-на-Ног состоится совет, на котором будет решаться, что делать дальше. Если нам предстоит война, то мы окажемся в невыгодном положении.
– Почему?
Меган сделала паузу, а когда заговорила снова, в ее голос прокралась страдальческая нотка, отчего у меня внутри все перевернулось.
– Потому что их ведет Кирран.
  
Глава 3
 
Раздор в неблагом совете
 
Я смотрел в окно, пока карета с грохотом неслась по улицам Маг Туиреда, викторианского стимпанк-города железных фейри. Широкие мощеные улицы кишели фейри, а лучи угасающего вечернего солнца играли на ярком металле, меди, проволоке и часовых механизмах, созданных преимущественно самими фейри. Гремлины прыгали по стенам и башням, скалясь неоново-синими ухмылками. Три духа, сотканные из тряпок и железных проводов, порхали по улице, оставляя после себя запах аккумуляторной кислоты. Когда мы проезжали мимо, зеленокожий фейри во фраке и шляпе приостановился на углу и склонил голову; рядом с ним терпеливо ждала ржавая гончая с часовым механизмом.
Напротив меня сидел Глюк, старший лейтенант Меган, и из-за неоновых нитей молний в его волосах стены кареты мерцали, как от света стробоскопа. От этого у меня разболелась голова, хотя я и так чувствовал себя неважно. После вчерашних новостей от Меган и нарастающего страха перед предстоящей встречей меня, наверное, стошнит в любой момент.
К тому же я не до конца оправился после ранения. Вероятно, это тоже повлияло на мое состояние.
– Вы в порядке, принц Итан? – спросил Глюк, с беспокойством посмотрев на меня.
Я покосился в его сторону, стараясь не хмуриться. Невысокий фейри примостился в противоположном углу, откуда наблюдал за каждым моим движением. Как и все представители дворянства, Глюк выглядел молодо, – не старше меня, – хотя я знал, что он проживал в Железном Королевстве еще до того, как Меган стала королевой. Я также знал и то, что Меган приставила его ко мне в качестве няньки, и, пусть в этом не было его вины, мне не нравилось находиться под присмотром какого-то панковатого фейри с фиолетовыми волосами цвета плазменного шара.
– Да. – Я вздохнул и снова уставился в окно. – В полном. – Мне хотелось сказать ему, чтобы он не называл меня «принцем», но от этого не было бы никакого толку. Я был братом королевы. Поэтому, по крайней мере для фейри Маг Туиреда, я считался принцем.
Хотя в том месте, куда мы направлялись, сомневаюсь, что даже статус брата Железной Королевы, поможет мне.
Тир-на-Ног. Зимний Двор, дом королевы Мэб и неблагих фейри. Последнее место, где я хотел оказаться в Небыли. Конечно, весь Фейриленд был опасен, и даже королевство Меган нельзя назвать полностью безопасным, но оно и рядом не стояло с владениями Мэб. Железные фейри были странным, причудливым, эксцентричным народцем; они могли раздражать, могли быть смертельно опасными, но, судя по тому, что я видел, не стали бы отрывать вам голову забавы ради. Чего нельзя сказать о Неблагом Дворе, который мог похвастать такими прелестными существами, как гоблины, красные колпачки, огры. И другие мрачные, извращенные создания, с которыми вам бы не захотелось встретиться в темном переулке или под кроватью.