Девочка Лютого (СИ)

Все же надо попить. Может, я чем-то отравилась? На мгновение в голове всплывает неясное воспоминание, но тут же ускользает. Надо встать.
Я перекатываюсь на бок. Напротив на расстоянии вытянутой руки от меня кто-то лежит. В свете ночника я вижу его силуэт. Подперев голову рукой, он лежит на боку лицом ко мне.
Ух ты! Это же… Как там? На новом месте приснись жених невесте. Я же в первый раз у Полины ночую. Работает, похоже, народная примета.
Так, жених – это хорошо, но попить все равно надо.
Ползу к краю постели, но на моем пути преграда – тот самый «жених».
Недолго думая, я встаю на постели на колени и начинаю через препятствие перелезать. Но пресловутый «жених» вовсе не пытается облегчить мне жизнь.
Как только я перекидываю через него ногу, он поворачивается на спину, и я, теряя равновесие, плюхаюсь на него верхом.
Сидеть очень удобно. Еще бы пить так не хотелось.
Пытаюсь в этом положении перекинуть через «жениха» второю ногу, но мир начинает кружиться, а я – заваливаться вперед. На помощь мне приходят чужие руки. Они ложатся мне на талию, и под теплыми ладонями я понимаю, что на самом деле моя кожа прохладная. Почему же так жарко?
Хочу попросить «жениха» мне помочь, но в горле пустыня, и голос меня не слушается. Я облизываю пересохшие губы. И, словно в ответ на это, мужские руки приходят в движение: вызывая мурашки, они скользят от талии вверх к ребрам, оглаживают их и смещаются вперед. Я прихожу к выводу, что это очень приятно, и подаюсь вперед. Угадывая мои желания, руки поднимаются еще выше, накрывают и слегка сжимает мою маленькую грудь. Она полностью умещается в этих ладонях. Какое-то неизведанное томящее чувство просыпается во мне.
«Жених» обводит пальцами и нежно пощипывает соски. Мне хочется, чтобы он не останавливался, я наклоняюсь вперед, чтобы разглядеть его лицо, плохо различимое в свете тусклого ночника. Все равно толком ничего не видно, потому что у меня все расплывается перед глазами, и, протянув руку, я провожу пальцем по его лицу, рисую линию через лоб, нос, губы и подбородок. У него щетина. Забавно. Не очень жесткая.
«Жених» тоже не теряется и исследует меня. Ему, наверное, тоже плохо меня видно. Его руки с двух сторон проскальзывают у меня под мышками, проходятся по спине вниз, спускаются к ягодицам и по-хозяйски на них ложатся, чуть-чуть подтягивая меня в вперед.
Я замираю. Что-то выпуклое между ног, на чем я до этого сидела неподвижно, при скольжении вызывает у меня острое приятное чувство. Я немного ерзаю, чтобы испытать его вновь.
От этих ощущений меня отвлекает горячее дыхание, оседающее на мох сосках. Таинственный незнакомец из сна ловит губами мою грудь и поочередно вбирает бутоны в рот. Посасывает их, и низ моего живота отзывается пульсацией. Я запрокидываю голову, и мои волосы рассыпаются, задевая кончиками ягодицы.
Жених – это, оказывается, восхитительно! Жаль, что раньше мне такие сны не снились.
Я все же очень хочу сказать ему, как мне это нравится, и наклоняюсь к нему. Мои волосы водопадом отгораживают нас от всего с обеих сторон. И он прижимается к моим губам своими. Только губами, без языка, ласкает мои губы, слегка посасывает нижнюю, а его руки начинают раскачивать мои бедра вперед-назад.
Такое со мной впервые. Мне невыносимо хорошо. Я вся покрываюсь испариной. Что-то волшебное надавливает сквозь трусики и с каждым движением попадает на очень чувствительное место между ног. Мне становится все лучше и лучше. Я, словно со стороны, слышу свое учащенное дыхание и редкие стоны. В какой-то момент ощущения обостряются до предела, становится настолько хорошо, что я выключаюсь, падая на грудь своему «жениху».
  
Глава 3. Реальность
 
Просыпаюсь от того, что хочу, но не могу повернуться – что-то придавило волосы. Опять, что ли, под подушку набились? Голова раскалывается ужасно: глаза открыть невозможно. Аккуратно пытаюсь выпутать пряди, но понимаю, что они на что-то намотались.
Дальнейшие изыскания приводят меня в шок – под пальцами я чувствую теплую плотную покрытую волосками кожу. Чужую. Автоматически поглаживаю. Рука – соображаю я.
 
Рука?
Глаза распахиваются сами собой, сразу и на всю ширину, не смотря на мигрень. Надо мной совершенно незнакомый потолок. Осторожно скашиваю глаза в сторону пугающей находки. Увы, никакой ошибки. Мужская загорелая рука.
На меня накатывает ужас. Сердце стучит как бешеное.
Как я здесь оказалась? Где я?
Страшно даже пошевелиться. Паника все больше накрывает меня.
Окончательно деморализуя, мужчина поворачивается на бок и прижимается ко мне. Вторую могучую руку, перевитую выступающими венами, он кладет мне поперек живота и утыкается носом в сгиб моей шеи. Дышит спокойно и размеренно, в отличие от меня. Ибо я начинаю задыхаться.
Реагируя на это, незнакомец делает глубокий вдох и зевает мне прямо в ухо.
– А, ты уже проснулась? – с ленцой произносит он.
Судорожно киваю несколько раз, не в силах вымолвить ни слова.
– Продолжим? – лежащая на животе рука поглаживает кожу вдоль трусиков и скользит выше, и я с ужасом осознаю, что моя грудь ни чем не прикрыта.
Стоп. Продолжим? Что продолжим? Что именно? Неужели он… меня… В раскалывающейся голове, мысли устраивают настоящую революцию.
Мой ступор незнакомец расценивает по-своему:
– Ну, как хочешь, – он отпускает мои волосы, зажатые в кулаке, откатывается от меня и сладко потягивается. – Тогда выметайся. Дверь прямо по коридору.
С опаской покидаю постель через изножье, чтобы лишний раз не прикасаться к этому типу. Да я даже посмотреть на него боюсь!
Нахожу свои джинсы аккуратно сложенными на прикроватном пуфике, а вот футболка валяется смятой чуть в стороне. Мне стыдно щеголять с голой грудью перед незнакомым мужчиной, но делать нечего.
Стараясь не показывать много тела, быстро одеваюсь. Хорошо, хоть белье на мне. Может, обошлось?
Я робко прохожу в прихожую, напяливаю кроссовки и… не нахожу своей сумочки. А в сумочке и телефон, и ключи! Как я попаду домой?
Я боюсь этого мужчину, но у меня нет выбора. Робко зову из прихожей:
– Извините, а где моя сумочка?
– Сумочка? – удивленно переспрашивает он.
Раздается шуршание, потом шлепанье босых ступней по паркету. До меня доносится:
– Вчера я нашел тебя без всякой сумочки. Собственно, поэтому ты и ночевала со мной.
У меня внутри все замирает. И в момент, когда гигант вырастает в проеме, и я вижу его лицо, в мозг врываются воспоминания о вчерашней ночи. Викинг. Я видела его на парковке, когда убегала от тех ублюдков… Меня заколотило.
– Эй, ты че ломаться вздумала? – несется мне в след. – Нехорошо. Нашла, перед кем выделываться! Иди сюда, мы тебя приголубим. Лучше по-хорошему, иди. Отработаешь все, что натворила! Поймаем сами – хуже будет!
– Эй, – слышу я, как через толщу воды. – Да что с тобой опять?
Меня, кажется, трясут. Потом вдруг я взлетаю, а еще через минуту становится холодно и сыро. Краем сознания я даже понимаю, что меня поставили под холодный душ, но истерику угомонить не могу. Чувствую укол в плечо.
Сколько я стою под водой вцепившись в викинга, не знаю, но через какое-то время меня начинает отпускать. Я осознаю, что стою под холодными струями абсолютно одетая, даже в кроссовках и продолжаю всхлипывать. Взгляд падает на зеркало. Я ожидаю увидеть растекшуюся тушь, но на моем лице нет косметики, только нижняя губа чересчур красная.
– Успокоилась?
Я перевожу взгляд на мужчину. Высоченный, накачанный. Шею двумя ладонями не обхвачу. Лет двадцать восемь – тридцать, соломенный блондин с яркими зелеными глазами. Щетину тянет потрогать рукой.
А еще, из-за того, что я так и стою, ухватившись за него руками, он весь мокрый и стоит в луже ледяной воды.
Слегка заторможено киваю. Он вырубает воду, и начинает снимать с меня футболку, потом стаскивает хлюпающие кроссовки, расстегивает и с трудом сдирает с меня сырые джинсы. Когда на мне не остается ничего, я запоздало прикрываюсь руками. Незнакомец хмыкает, заворачивает в огромное полотенце, а затем, как куль, перекидывает через плечо и куда-то несет.