Я стал деревенской ведьмой!

Ну что, магия крови – очень важная часть фентези. Придется потерпеть. Сходив в ванную, пульнула маной в кувшин, перекрыв поток – купальня наполнилась до краев. Хм, пробки нет. А как сливать воду? Словно услышав мои мысли, поднимающиеся от воды клубы пара слились в надпись: «В ванну тоже запечатан водный элементаль. Он впитывает использованную воду».
Ох уж эти ведьминские бытовые штучки. Удобно!
Оставив водичку остывать, вернулась в библиотеку. Найдя иглу на каминной полке, пренебрегла стерилизацией и профессионально проколола подушечку безымянного пальца. «Смазав» капельку крови маной, свободной рукой разбудила котика.
– Будешь моим фамильяром? – Спросил я животинку. Он зевнул. Что ж, примем это за согласие.
Протянула палец котенку, он принюхался и шершавым языком слизнул капельку крови. Его аура пошла рябью, в однотонном золотистом сиянии появились черные прожилки. Черный – это плохо! А почему? Поднеся руки к глазам, заметила, что от прокола не осталось и следа. Потрясающая регенерация! Расслабив зрение, увидела вокруг своих рук черное сияние. Твою мать! Если видеть ауры в этом мире могут не только ведьмы, ничего удивительного в том, что их боятся, нет. Аура прямо вопит «Я-ЗЛО!!!». Стало быть, котик мной «пропитался». Но что это дало? Никакой связи не ощущаю, кроме искреннего умиления этакой милой мордашкой. Все, хватит терпеть! Схватив котика на руки, уселась с ним в кресло, начав почесывать, гладить и тискать. Животинка радостно замурлыкала.
– Пошли купаться? – Спросила я свежеобретенного фамильяра.
– Я бы лучше поел! – Неведомым образом трансформировалось мяуканье котика в понятную речь.
– ААА! – Выронив котенка, я подскочила на ноги, – Ты что, говорящий?!
– Только для тебя, – Пояснил котик.
– Потрясающе! Новая жизнь с каждой минутой нравится мне все больше! – Радостно воскликнула я, воздев руки к потолку. Схватив котка, потерлась щекой о мягкую шерстку, – Пойдем, я покормлю тебя, милашка! Ты ведь не против мясного рагу?
– Если ты отделишь мясо от овощей! – Нагло фыркнул котенок.
– Черта с два! – Фыркнула я в ответ, – Овощи полезны для шерсти!
– Да? – Повелся фамильяр, – Тогда положи мне побольше! Фамильяр ведьмы должен всем своим видом внушать почтение! Очень важно иметь подходящую для этого шерсть! – Промяукал он.
Какие мы важные! Как бы тебя назвать?
– Как тебе имя «Тень»? – Предложила я очевидный вариант.
– Несолидно! – Не одобрил котенок.
– А «Нуар»?
– Звучит солидно и загадочно! Я согласен!
Глядя на уплетающего рагу из миски около стола Нуара, не удержалась и доела все, что осталось в горшочке. Взяв котика на руки, вместе с ним двинулась в купальню – надо бы налить ему водички в тазик, а то потонет.
Наш путь прервал стук в дверь. Я напряглась. Кто бы это мог быть?
 
Глава 3
 
Открыв дверь, увидела стоящего на крылечке высокого, худого, одетого в рясу и скуфью православного образца, монаха лет сорока. Черные, вьющиеся волосы спадали из-под скуфьи на плечи. Лицо украшала солидная борода «лопатой», а грудь – массивное деревянное распятие. На заднем фоне, около колодца, щипала травку ухоженная каурая лошадка, запряженная в простую деревянную двухколесную телегу, устланную для мягкости сеном. Видимо, в этом мире попы на «мерсах» не ездят.
– Здравствуйте! – Вежливо улыбнулась я ему.
Поп сделал пасс рукой, и я ощутила, как неведомая сила сковала мое тело, лишая возможности шевелить руками и ногами. Стало страшно обидно – я еще ничего не сделала, а по мою душу уже пожаловала инквизиция! Поп сделал шаг ко мне.
– Можешь делать с моим телом что угодно, но мой дух тебе не сломить! – Сами собой выдали губы классическую фразу перед потенциальным изнасилованием.
Поп удивленно поднял бровь, нагнулся и посмотрел мне в глаза. В его взгляде я увидела неприязнь, жалость и… удивление?
– Спала на ее кровати? – Глубоким приятным баритоном спросил он.
– Это теперь моя кровать! – Ответила я. Причем тут вообще кровать? – Батюшка, а вы убивать меня не будете? – Спросила я, изо всех сил строя жалобную мордашку.
  
Поп сделал еще один пас, по телу пробежала ледяная волна, смывая истеричное веселье, убирая наложенный попом паралич, и оставляя после себя сушняк, головную боль и возможность воспринимать окружающую действительность адекватно. Посмотрев на закашлявшегося меня, поп удовлетворенно кивнул.
– Не утерпела-таки Вероника, передала Дар и бросила тебя, – Сделал он правильный вывод. Так вот как звали мою предшественницу.
– Что это было? – Откашлявшись, спросил я.
– Это ее безответственность! – Буркнул поп, – Подумать только – уложить ребенка спать на зачарованную кровать, не уменьшив интенсивность воздействия. Уверен, когда ты проснулась, даже не ощутила позывов в туалет, не так ли? – Спросил он.
Понимаю. Магия кровати слишком сильна – она не только накладывает лютый наркотический «приход», а еще и чистит тело не только снаружи, но и изнутри. Надо будет поискать туалет – он явно пригодится попозже. Спать на этой кровати снова я не собираюсь – не хочу превратиться в слюнявую хихикающую идиотку. И что это за нелепая идея думать о себе в женском роде?
– Спасибо. Это магия очищения? – Спросил я о примененном попом заклинании.
– Магия? – Презрительно усмехнулся поп, – Нет, это никчемно малая часть божественной силы, дарованной господом нашим своему недостойному слуге! – Благоговейно объяснил он, перекрестившись двумя перстами. Старообрядец? А это вообще православие? На распятье-то мужика нету. Кроме того, надо запомнить на будущее, что попы не колдуют, а оперируют божественной энергией.
– Поняла. Простите, я еще не совсем пришла в себя, – Извинился я.
– Я первый раз имею дело с начинающей ведьмой, но ты слишком спокойна, – Подозрительно посмотрел он на меня.
– Дар накладывает отпечаток, – Отмазался я.
– Что ж, это не лишено смысла, – Кивнул он.
– Так зачем вы здесь? – Спросил я, – Согласно Имперскому эдикту, новая ведьма имеет право на месячную адаптацию.
– А еще, согласно этому же эдикту, контроль над деятельностью ведьмы осуществляет глава прихода, к которому приписана ведьма, – Ответил он.
Вот как? Стало быть, начальник пришел меня проверить? Я же не должен кланяться и лизать ему задницу?
– В прошлом были случаи, похожие на твой, когда безответственные ведьмы бросали своих наследниц, – Тем временем продолжил он, – Последствия были… – Он пожевал губами, подбирая слово, – Удручающими.
– Поэтому вы меня обездвижили? – Сложил я два и два.
– Так, – Кивнул он, – Мало ли, что ты могла выкинуть, увидев священника.
– Тогда я вас прощаю, – Великодушно кивнул я, вызвал у попа снисходительную усмешку, – Тогда, раз уж мы убедились, что все в порядке, можете отправляться восвояси, – Попытался я его выгнать, – У меня ванна стынет!
Поп выпучил глаза.
– Ты уже освоила взаимодействие с водным элементалем?
Соврать? А зачем? Все можно списать на «Дар откладывает отпечаток» и…
– Вероника писала, что у меня хороший потенциал.
– Что еще ты умеешь? – Скушав отмазку (или сделав вид), спросил поп.
– Открывать двери и разжигать огонь в печи.
– Мяу! – Появился в коридоре котенок.
Поп посмотрел на него и поменялся в лице.
– Фамильяр?! – Схватился он за голову.
– Вероника сказала, что у ведьмы должен быть фамильяр, – Пожал я плечами.
– А ты знаешь, что могла умереть во время привязки?
– Да, я не простерилизовала иглу. Потрясающая небрежность, – Вздохнул я, притворившись дурачком и заодно пытаясь узнать, знакомо ли попу такое понятие.
– Простерилизовала? – Понятие не было знакомо. Ясно, микробы в этом мире еще не открыты.
Голова болела, настроение было поганым – «кроватный отходняк» требовалось переждать, разобраться в хаотично бегающих мыслях и чувствах, и провести переоценку уже проведенного здесь времени на холодную голову. Поп будет мешать, а значит…