Любить Джейсона Торна (ЛП)

— С началом все хорошо, но развить сюжет не получается, и в итоге я просто перескакиваю с одного на другое.
Она посмотрела на меня своими ярко-голубыми глазами.
— Тогда это не твоя история. Ты поймешь, когда будешь на правильном пути.
— Я не настолько уверена в этом. Мои пальцы жаждут писать, но у меня абсолютно ничего нет. Ничего.
— Дай мне знать, если я смогу тебе чем-нибудь помочь. Составить план или что-то еще.
Я положила ноутбук на пол и встала.
— Приготовлю тебе чай, — бросила я через плечо, — у тебя голос начинает хрипеть.
Она застонала и потянулась к моему ноутбуку.
— Джейсон уже звонил по поводу фотографий?
— Нет, — я налила чайник и пока ждала, чтобы он закипел, открыла шкафчик и выбирала чай. — Тебе травяной или обычный черный?
— Травяной, пожалуйста, — она тихо присвистнула. — Ты должна взглянуть на комментарии к этим фотографиям.
Я увидела, что Шар снова просматривала их. Достав две кружки, я положила в них чайные пакетики.
— Пишут разные пакости?
— Нет, — ответила она, взглянув на меня через плечо, — вообще-то, все считают, что вы, ребята, чудесно смотритесь вместе. Некоторые пишут, что ты его новая девушка, новая актриса и все в таком духе.
Я фыркнула.
— Кладу тебе в чай мед и не желаю слышать никаких возражений, — Шар безумно ненавидела мед. Каждый раз нам приходилось практически силой запихивать его ей в горло, когда она заболевала. Я подошла к чайнику и налила воду в кружки.
— Спасибо, мамочка Олив.
— Всегда пожалуйста, мое прелестное дитя, — взяв кружки, я вернулась к дивану и подала ей травяной чай.
Держа на коленях ноутбук, она вытянула шею и нос в сторону моей чашки.
— Что у тебя? Пахнет лучше, чем мой.
— Просто черный чай, «Эрл Грей», — сев рядом, я взглянула на экран.
— Вот эта мне нравится больше всех, — сказала Шар, прокрутив вниз к той фотографии, где рука Джейсона была скрыта под моей футболкой. — Вы словно растворились друг в друге.
— Ну, мы совсем не растворялись, просто на меня пролили странный горячий смузи, и он всего лишь хотел убедиться, что я в порядке. Не знаю, какой придурок нас сфотографировал, но ему каким-то образом удалось запечатлеть то, чего там даже близко не было. Но сталкер из него отличный, это уж точно.
— Думаю, в этот раз я соглашусь с Люси, — призналась она, и я так резко повернулась в ее сторону, что чуть не пролила на себя горячий чай. — Ладно, только не убивай меня, — сказала она, подняв руки в защитном жесте. — Я просто считаю, что не удалось бы запечатлеть ничего подобного, если бы между вами абсолютно ничего не было. Я о том, что не похоже, будто ты все еще любишь Маркуса, да?
— Конечно, нет. И мы уже знаем, что я все еще люблю Джейсона, потому что тебе и Люси так кажется.
— Олив, — она закрыла ноутбук и положила его рядом с собой, — ты, вероятно, не хочешь тешить себя ложными надеждами, но…
— Но?.. Но, что?
— Джейсон смотрит на тебя совсем не так, как на младшую сестренку своего лучшего друга. По крайней мере, не на этих фотографиях, — она указала на ноутбук. — Конечно, я понятия не имею, как он ведет себя, когда вы, ребята, рядом.
Я отмахнулась от нее и отхлебнула из чашки.
— Он просто…
Мой телефон зазвонил, и я в панике посмотрела на Шар, но она лишь приподняла бровь и спросила:
— Где твой телефон?
— Не знаю, в моей комнате?
Телефон продолжал звонить.
Она наклонила голову.
—Ты не собираешься ответить?
Я отчаянно затрясла головой.
— Я боюсь.
— Чего?
Гребаный телефон перестал звонить, а потом снова начал.
— Это может быть Дилан. Я не могу сейчас с ним разговаривать — неизвестно, что он скажет. Когда мы были детьми, ему не нравилось, что я постоянно ошиваюсь рядом с Джейсоном, поэтому, уверена, он не обрадуется этим фотографиям.
— А если это Джейсон?
Это еще хуже.
— Ну а если он злится?
— На тебя? — нахмурилась она.
— Не имеет значения, на кого.
Отдав свою кружку мне, она встала.
— Ты ведешь себя нелепо.
Держа обе кружки, я прокричала ей вслед.
— Шар, не смотри! Я не хочу знать. Пожалуйста.
 
— Слишком поздно, — сказала она. Не отводя от меня взгляда, она прислонилась к дверному косяку и ответила на звонок.
— Привет, Джейсон. Нет, я подруга Олив, Шарлотта.
Сделав щенячьи умоляющие глаза, я покачала головой и прошептала:
— Меня здесь нет. Вышла! Ушла. Скажи, что я исчезла.
Шарлотта закатила глаза.
— Ага. Да, она здесь. Конечно. Береги себя.
Я громко застонала.
Она положила телефон рядом со мной и забрала из моих рук свою чашку.
— Я пойду и постараюсь выспаться, чтобы избавиться от этой головной боли. Спасибо за чай. Поговорим позже.
— Предательница, — объявила я. — Вот так доверяешь человеку, а он превращается в предателя. Все люди предатели!
Она закрыла дверь в свою комнату, даже не оглянувшись.
Тяжело вздохнув, я собрала себя в кучу и взяла телефон.
— Привет.
— Кто предатель? — спросил Джейсон удивленным тоном.
— Все мои друзья, — устало ответила я и закрыла глаза, позволяя своему сердцу насладиться трепетом от звука его мягкого и одновременно рокочущего голоса.
Он засмеялся.
— Как себя чувствуешь, Олив?
— Все еще дышу, что само по себе уже неплохо.
— Ты была не так уж пьяна вчера. У тебя до сих пор похмелье?
— Нет, я в порядке. Ничего особенного, правда. Просто кое-какие писательские затруднения.
— Хм-м. Ты видела фотографии? Поэтому не можешь писать?
Я подумала было притвориться, что понятия не имею, о чем речь, но в конце концов решила, что вряд ли смогу импровизировать по ходу.
— Да, Люси показала их мне сегодня утром, — призналась я.
— Ты злишься на меня?
Я нахмурилась и сделала глоток чая.
— За что мне злиться на тебя?
— За то, что написано в статье и … ну… что тебя сфотографировали со мной. Для меня это давно уже стало нормой, поэтому я привык к отсутствию приватности личной жизни, но ты ведь не подписывалась на то, чтобы твои фотографии пестрили по всему интернету. Ты разговаривала с родителями? Они видели?
— Ага, нет. Надеюсь, они не наткнутся на них. А если вдруг увидят… ну, в них же ничего такого, да? Уверена, родителям и так прекрасно это известно. Ведь у нас же нет никаких тайных отношений, о которых пишут.
— Верно.
Я поставила кружку на колено.
— Ну, по крайней мере, в статье говорят, что я красивая. Для моего эго это должно быть бальзамом на сердце, да? — я неловко рассмеялась. В конце концов, приятно, что тебя называют красавицей, особенно когда стоишь рядом с Джейсоном.
— Ты красавица, Олив. И чтобы удостовериться в этом, тебе нет необходимости узнавать это из заголовков.
От его слов я растаяла и довольно расслабилась на диване.
— Спасибо, — пробормотала я, когда смогла подобрать слова. — А ты не злишься на меня? — спросила я, заполняя возникшую паузу.
— Злюсь на тебя? За что, черт побери, мне злиться на тебя?
— Не знаю, — я наклонилась вперед и поставила кружку на маленький журнальный столик. — В конце концов, после всего, что вышло… вряд ли ты хотел оказаться замеченным с… черт возьми, я не знаю… — я тихо стукнула себя ладонью по лбу… пару раз.
— Нет, дорогая, я не злюсь.
Дорогая?
Я снова растаяла.
— Теперь, когда мы выяснили, что никто не злится, я хочу пригласить тебя на ужин.
— На ужин? Меня? В смысле, выйти в люди?
— Да. Я хочу кое о чем поговорить с тобой и подумал, что, наверное, мы могли бы сходить поужинать вместе. Это лучше, чем торчать в четырех стенах у меня дома.
— Не думаю, что в твоем доме можно чувствовать себя застрявшим в четырех стенах, Джейсон. Если у тебя есть такое ощущение, то с тобой что-то не так.
 
Дом Джейсона — настоящий рай на земле. По крайней мере для меня. И особенно, когда он сам тоже находится в нем.