Мой новый мир (СИ)

Красная точка на карте биолокатора бросается в один из бесконечных отнорков. Уосп сам загнал себя в западню: дорога впереди раздваивается на два тоннеля, соединенных через несколько сотен шагов длинной узкой перемычкой. Именно в нее псих и метнулся.
— Заходи слева! — Азартно рычит Майя.
Грохот металлического пола под ногами. Несусь вперед гигантскими скачками. Остается лишь надеяться, что оно того стоит. И что мы сумеем вынуться из этой передряги живыми. На горящей перед внутренним взором мини-карте загорается россыпь тусклых красных точек: спецназ Октопуса вошел в поле действия биолокатора.
До поворота в отнорок, внутри которого мечется из стороны в сторону Уосп, остается десяток шагов. И в этот же момент красный огонек, обозначающий психопата, стремительно уносится в противоположную сторону. Услышал звук моих шагов? Скорее всего: тяжелые бутсы гремят по металлическому полу, словно чертов барабан.
А вот и тот самый поворот. Ныряю в узкое пространство. Впереди разносится быстрый перестук резиновых подошв, вокруг медленно гаснет эхо тяжелого прерывистого дыхания. Несусь следом, стремительно настигая беглеца, и тут…
Короткий грохот очереди. Вылетаю за поворот. Майя стоит над мертвым телом. Ее монструозный «Ураган» разнес грудную клетку моего земляка в клочья. Никаких шансов на выживание. Даже если бы кому-то пришло в голову попытаться его реанимировать.
— Деру! — Встроенные визоры Майи, не приходится сомневаться, записали сцену погони и расправы во всех подробностях. Будет, что предъявить мафиозным вожакам в качестве доказательства. Вопрос только — сумеем ли мы вырваться из западни, в которую нас загнала Рыжая, чтобы эти самые доказательства предъявить.
А в голове неожиданно мелькает что-то странное и растерянное. Уосп же говорил, что если порешить одного из нашей троицы, двое других должны стать… сильнее что ли? Ну и вот. Психопат отправлен прямиком в выделенный котел с кипящей смолой. Но что-то я совершенно не чувствую никаких изменений. Неужели все это было просто бредом шизофреника? А с чего я взял, что за этими словами кроется нечто большее?
Не сразу замечаю, что разошедшиеся в стороны указывающие на спецназ Октопуса искорки не ломятся за нами неорганизованной толпой, а слаженными тройками расходятся в разные стороны. И, кажется, я начинаю понимать, куда они так торопятся.
— Майя! Они отрезают нам все пути отхода!
— Без тебя вижу, — огрызнулась Рыжая.
Красиво, черти, западню расставили. Пытаться пробиться назад означает столкнуться с целым десятком вооруженных до зубов бойцов. Вряд ли они будут такой же бестолковой добычей, как местные головорезы. Пробиваться на запад? Тогда разошедшиеся частой гребенкой три группы по три спецназовца возьмут нас в клещи.
— Давай направо!
Если повезет, на нашем пути окажется всего одна тройка. С ней мы, хочется верить, разделаемся. Причем управимся до того, как их коллеги в соседнем тоннеле успеют на помощь. А после… А после придется устраивать спринтерский забег в надежде затеряться в местной клоаке. Особое веселье начнется чуть позже, когда мы выйдем за пределы области, карты которой загружены в наши головы. Вот будет веселье, если в итоге мы повторим фортель Уоспа и заблудимся в трех соснах…
Бежим вперед, к пересечению двух тоннелей. Забавно думать, что где-то рядом, в десятке-другом метров, отделенные от нас толщей земли и бетона, в том же направлении бежит тройка запыхавшихся мордоворотов. Нет, отстают. Сильно отстают. С чего вдруг? Они же наверняка видят нас в свои приборы ничуть не хуже, чем видим их мы?
Отчаянно пытаюсь найти хоть какое-то объяснение медлительности противника. Еще немного — и мы проскочим мимо них, и тогда…
Вторая тройка, двигающаяся далеко впереди, резко меняет направление. Теперь тоннель, по которому мы идем, перекрыт далеко впереди. Продолжим движение — оставим в тылу «отставших». Попытаемся разобраться с этими — потеряем время и отклонимся от маршрута. Останемся сидеть здесь… Ну, тогда все точно будет плохо.
 
— Чертовы церберы. — Злобно шипит Майя.
— Приготовь плазменную гранату. — Пропыхтел я, на бегу выхватывая из рюкзака знакомую черную капсулу.
— Не докинуть. До них метров сто пятьдесят. — «Засадный полк» и впрямь не торопится приближаться. Их цель — «дать нам» проскочить, чтобы потом поставить в два огня. Кажется, спецура нас держит совсем за идиотов. А у нас, меж тем, тоже есть, чем их удивить.
— Да плевать!
Вот и поворот в соседний тоннель. Там, в некотором отдалении, притихли изготовившиеся захлопнуть мышеловку враги. Неужели они думают, что мы их не видим? Или еще какой-то фокус приготовили?
— Бросай! — Рявкнул я, швыряя за угол гранату. Миг спустя следом летит вторая, от Майи.
— Бегом!
Тяжелый гул высвободившегося из западни пламени. Высокотемпературное излучение превращает кусок тоннеля в подобие инферно. В ближайшие минут десять туда не сунется даже самый отбитый фанатик: чудовищных температур не выдержит никакая обувь. К тому времени, когда поплывший от чудовищного жара металл остынет, мы должны быть уже далеко. Если сумеем прорваться через оставшуюся отрезанной от остальных тройку.
Проскакиваем отрезанный адским пеклом поворот. За спиной по стене тоннеля щелкнуло несколько бессильных и бестолковых выстрелов. Наугад стреляли… Ну и черт с ними. Не возбраняется.
Далеко впереди различаю укрывшийся за очередным поворотом силуэт, упакованный в экзоскелетный боевой костюм. Сотая доля секунды — на вычисление траектории выстрела. Еще несколько долей — чтобы вскинуть штурмовую винтовку. Хлесткая короткая очередь, приклад знакомо бьет в плечо. Незадачливого вояку швыряет назад. Из пробитого пластикового забрала бьет фонтан крови. Минус один.
В ответ подземный мрак неожиданно разрезает два сочно-лиловых ионных луча. Раньше мои сканеры предупреждали о применении гибельного для киборгов оружия, но у головорезов Октопуса в распоряжении совсем другие игрушки. Два оставшихся в живых противника работают, как слаженный механизм. Увернуться не успеть при всем желании. Мощный энергетический поток бьет меня в грудь.
Уши наполняются оглушительным звоном, перед глазами плывет мутное марево. Встроенные демпферы работают на полную, но даже их не хватает, чтобы привести меня в порядок сразу. Падаю на пол. Рядом тяжело валится оглушенная напарница. Этого еще не хватало!
Кажется, стрелки решили, будто нам хватило обоим. А меж тем, в глазах у меня стремительно проясняется. Еще секунда отдыха… Еще одна… Первый из уцелевший двойки бросается помогать товарищу. Оптимист недоделанный. Второй быстрым шагом идет в нашу сторону. В полный рост, будто гвардеец на параде. Он отмахал половину пути, когда я одним стремительным движением вскинул «Гадюку». Грохот выстрелов. Не слишком приучен стрелять из положения «лежа», но автоматика делает свое дело. Мордоворот падает с простреленной головой. Миг спустя еще одну очередь получает его напарник, как раз опустившийся возле трупа.
— Майя! Жива? — Встать получается с ощутимым трудом. Все-таки, неведомая ионная дрянь крепко меня приложила. А у Рыжей демпферная система куда слабее моей.
— Естесте… Естественно жива, придудурок. От ионон… от ионовых зизлучателе… не помирают! — Промычала заплетающимся языком напарница. Ладное изящное тело выглядит, будто сломанная кукла. Нечего и говорить, чтобы пытаться поставить ее на ноги. Остается только тащить на себе. И мало ли, что речь о миниатюрной изящной девушке! Свои сорок кило в ней есть. И еще сверху двадцать килограмм снаряжения. И еще пять — в грозном «Урагане». За предложение бросить который она меня сожрет с потрохами. Впрочем, мы и впрямь не в том положении, чтобы разбрасываться оружием.
Бегу по тоннелю. Тяжелые ботинки гулко грохают по металлическому полу. По экрану биолокатора рассыпались красные огоньки. Враги нагоняют, как ни надрывайся. Что еще паршивее, несколько отрядов спешат по параллельным тоннелям, торопясь отрезать путь к отступлению.