Безумный мафиози (ЛП)

 Хорошо. Пусть он меня недооценивает, а когда я воткну нож в его сердце, то посмеюсь последней.
 Я поднялась с матраса и медленно встала. Мое тело болело, но все еще было возбуждено благодаря рту и пальцам мафиози. Если бы только он не воздействовал на меня таким образом, но он словно проник в мой мозг и вырвал самые мрачные мысли.
  Разве ты не хотела бы, чтобы несколько мужчин одновременно поклонялись твоему телу? 
 Да, да. Я имею в виду, разве не каждая женщина хотела бы? Может быть, Энцо не был таким проницательным, в конце концов.
 Мой похититель сидел за столом на палубе, спокойно наливая газированную воду, ни о чем не заботясь. Но в его джинсах была заметна выпуклость.
 Очевидно, не я одна была возбуждена тем, что только что произошло. ЭтоЭто было именно то, чего я хотела. Он не был неуязвим для меня, а значит, у меня было рычаг давления.
 Не испытывая ни капли стыда, я вышла на палубу, благодарная за то, что почувствовала солнце на своей коже. Быть голой меня никогда не беспокоило, а время, проведенное в окружении дизайнеров и моделей заставило меня понять, что у меня нет ничего особенного. Я наклонила лицо к небу и потянулась, давая ему возможность хорошенько рассмотреть меня.
 Когда я наконец села, он переместился в своем кресле и протянул руку между ног, чтобы подстроиться. Ха. Я надеялась, что он был твердым и несчастным.
Я потянулась за водой.
– На этот раз ты не заставишь меня сидеть у твоих ног?
– Ты так хочешь есть с моей руки, питомец?
Он снова переключил внимание на меня, хотя в прошлый раз он был единственным, кто бросился из комнаты. То, что он не хотел повторять этот опыт, говорило о многом.
Вместо ответа я сосредоточилась на еде. Я взяла пасту с овощами и принялась за еду. Долгое время он ничего не говорил, только хмуро смотрел на меня.
– Ты голодна, — прокомментировал он, как будто это было каким-то большим откровением.
– Да, гений. Обычно так бывает, когда людям долго не дают еды. — Я бросила на него острый взгляд. – Разве тебя не кормили в темнице Раваццани?
Он фыркнул и уставился на воду.
– Нет.
Господи. Он пробыл там несколько дней.
– Ты голодал после побега?
– Я не мог есть твердую пищу в течение двух месяцев.
В моем желудке поселился намек на жалость, но я отогнала его. Он похитил и ранил мою сестру. Что бы ни случилось с ним в подземелье, это было заслуженно.
Я уставилась на его палец с отсутствующим кончиком. Это беспокоило его?
Фаусто отдал этот кусок руки Энцо Фрэнки в качестве поганого подарка.
Знал ли Энцо об этом?
– Любуешься работой своего свояка? — Энцо отпил воды и сжал пальцы на руке, которую я изучал.
– Это были те пальцы, которыми ты входил в меня?
Он сделал паузу, как будто вопрос удивил его.
– Нет. Я использовал эту руку. — Он поднял другую руку со стола и поднес пальцы к носу.
Cristo - Господи, мне нравится, как ты пахнешь, micina - котенок.
– Ты животное. — Я наклонила подбородок к руке с отсутствующим пальцем, не желая пока отпускать его. – Было больно?
– Немного, но не так сильно, как во время операции по восстановлению после инфекции.
Ух ты. Я подавила вздрагивание, а потом чуть не ударила себя. Я не должна жалеть его. Я вернула свое внимание к еде, решив не задавать больше не задавать ему никаких вопросов.
– Она также онемела, — продолжил он. – Так что если я хочу почувствовать тепло твоей киски или попки, я должен использовать другую руку.
– Теперь мы можем перестать говорить об этом.
– Но почему? Ты не хочешь услышать, как мне пришлось заново учиться смыкать свой кулак и как печатать? Как иногда, клянусь, я чувствую зуд?
Я доела кусочек, который жевала, затем вытерла рот салфеткой.
– Я не чувствую к тебе никакого сочувствия. Ты знал, на что подписывался, когда согласился стать доном, и еще раз, когда взялся за Фаусто Раваццани.
Его выражение лица стало таким угрожающим, таким злым, что у меня волосы встали дыбом.
– Ты говоришь о вещах, которых не понимаешь. Если ты не узнаешь свое место, я отправлю тебя обратно в клетку.
  
– А какое у меня место, Энцо? Я не твоя гостья и не твоя любовница, так что ты не получишь ни моего сотрудничества, ни моего молчания. Посади меня обратно в эту чертову клетку, если тебе это не нравится.
– Ты думаешь, я не могу заставить тебя сотрудничать? — Он отодвинул стул от стола и встал. Выпуклость между его ног все еще была там, все еще заметная. Потянувшись, он провел рукой по моей шее и поднял меня на ноги. – Я вижу, что ты смотришь на мой член. Может, мне стоит засунуть его тебе в горло, чтобы ты подавилась им.
Я проигнорировала то, как мое тело отреагировало на его грубые слова.
– Я откушу его, если ты это сделаешь.
Его пальцы сжались, большие пальцы поглаживали мою кожу.
– Я так не думаю. Я думаю, ты хочешь, чтобы мой член был у тебя во рту так же сильно, как я хочу его туда засунуть.
Я уставилась на него. Все внутри меня говорило мне бороться, вырываться.
Логически я понимала, что не должна этого делать, но я была большим клубком гормонов и гнева рядом с этим мужчиной. Но ничего из этого не дало бы мне того, что мне нужно, а именно - заслужить его доверие. Я должна была сохранять спокойствие, постоянно держать себя в руках.
Я должна была играть в его игру, а затем победить его в ней.
Я облизала губы.
– Может быть, и заслуживаю, но ты еще не заслужил.
Он посмотрел на меня так, будто у меня две головы.
– Ты думаешь, я должен заслужить от тебя минет?
– Я не делаю это для любого случайного парня, которого встречаю. — Я толкнула его в грудь, чтобы увеличить расстояние между нами, и, к удивлению, он отпустил меня.
Его взгляд сузился, изучая меня, когда он вернулся на свое место. Я взяла себе еще одну оливку, прежде чем опуститься на стул. Мне нужно было съесть как можно больше. Кто знал, когда он накормит меня снова?
Он растянулся в своем кресле.
– Dai - Давай, Джианна. Тебе не нравится делать минет?
Что это значит? Я услышала осуждение в его голосе. Неужели он думал, что раз мне нравятся мужчины, то я должна любить держать их члены во рту?
– Я этого не говорила. Я сказала, что не делаю этого для случайных людей. Это должен быть кто-то, кто мне действительно нравится.
– Почему? Я ел твою киску и ненавижу тебя.
Каждый мускул в моей нижней половине сжался при воспоминании. Это было чертовски фантастично.
– Хорошо, но большинству парней это не нравится.
Его челюсть упала, и он несколько раз моргнул.
– Проваливай нахуй отсюда. Ты лжешь.
Когда я не ответила, его рот искривился в знающей, зловещей улыбке. Именно тогда я поняла свою ошибку.
Он мгновенно набросился на эту новую информацию, его тело наклонилось к моему.
– Ты кому-то делала минет до меня, micina - котенок?
Я сосредоточилась на своей тарелке и пробормотала:
– Да, конечно. Господи, смирись с собой.
– Теперь я понимаю, почему ты кончила так сильно - два раза - когда я вылизывал твою киску. Я очень хорош в этом?
Я не собиралась говорить ему правду, поэтому вместо этого я стала ехидничать.
– Я не могу сказать. Мне никогда не делал этого другой похититель, так что мне не с чем сравнивать.
– Доедай свой обед, — мрачно сказал он, выражение его лица было непостижимым.
Каким-то образом я знала, что он что-то задумал. Это чувствовалось по тому, как напряглись его плечи, как он внимательно следил за моими движениями. Его взгляд ни разу не дрогнул, не покинул моего лица, и мне... не было противно.
Я сделала вид, что не замечаю его, продолжая есть, поднося вилку ко рту и медленно облизывая зубцы. Его тихий вздох ободрил меня, и я села на стул немного прямее.
Это придавало сил. Я чувствовала себя могущественной. Я была его пленницей и прикована к его кровати, но в этот момент казалось, что я держу его в своих руках.