Инженер и Апокалипсис (СИ)

Слегка нагнувшись, упирая руки в колени, жадно глотал воздух. С ним невозможно драться. Они слишком сильны, быстры и живучи, надо их избегать. Особенно ту паучиху. Что ж, обратно захожу в грузовой лифт.
От третьего лица… 
Темный прямой коридор, частично заросший биомассой, он почти пробежал.
Тревожные мысли осыпались, словно шелуха: впереди раскинулся огромный зал. Сложно было сказать, для чего он служил, настолько здесь все было загажено биомассой. Но, судя по рядам массивных стеллажей, прежде это был какой-то склад. В другой раз инженер предпочел бы обойти это помещение, но время поджимало, так что пришлось рискнуть и идти напрямик. Тем не менее, он старался держаться в стороне от стеллажей и всего, что могло бы послужить укрытием для терзателей.
Из прохода между рядами стеллажей донесся до боли знакомый вой — голосок зверя Михаил теперь бы ни с чем не спутал. Ломагин резко обернулся на звук, сжав в руке резак, хотя сейчас больше надежды было на маневренность. Вой сменился низким глухим рычанием и грохотом, когда заметивший чужака терзатель ринулся в атаку. Вскоре зверь показался Ломагину на глаза — крупный, покрытый черными мясными наростами. Это был мучитель.
Одна эта мысль разожгла дикую всепоглощающую ненависть к приближающемуся мучителю: на собрата убийцы друга Ломагина невольно переносил ту же ярость, что испытывал в адрес монстра с последней встречей — вместе с желанием разорвать его на части. Зверь-то плевать на него хотел, расшвыривая препятствия в стороны с такой легкостью, будто те ничего не весили.
Пришлось спешно отскочить в сторону с дороги монстра, благо, тот не отличался маневренностью и не мог изменить направления движения сразу. Так и вышло: зверь проскочил мимо и разочарованно взревел. Увы, но даже кожа оказалась очень крепкой: инженер не смог с ходу отсечь мучителю конечность — только нанес ему глубокую рану, на которую зверь не слишком обращал внимание. Плохо, чертовски плохо! Так Михаил провозится с этой тварью непозволительно долго… Зверь с грохотом врезался в свободную от биомассы стену. Пол вздрогнул, металл угрожающе заскрежетал: стену украсила здоровенная вмятина.
И в эту секунду в голове Ломагина созрел план, как поскорее отделаться от этой бронированной туши.
Они не выглядели такими же монументальными, как стены. Если зверь врежется с разгону в один из них, стеллаж, скорее всего, упадет… по крайней мере, попытаться стоило!
Ломагин быстро огляделся. Один из стеллажей, хоть и тяжелый, но уже порядком накренившийся, привлек его внимание. Справа заревел зверь. инженер чертыхнулся. Играть с такой тварью в салочки — дело небезопасное. Еще бы она бежала куда надо… И хотя бы чуть-чуть помедленнее!
В очередной раз проскочив мимо, зверь до обидного быстро развернулся и издал приглушенный свирепый рык. Ломагин попятился, внимательно наблюдая за тварью. Теперь за его спиной находился тот самый стеллаж, еще бы рассчитать все так, чтобы мучитель точно в него врезался… Он продолжал пятиться. Зверь, не сводивший взгляда маленьких злобных глазок с Михаила, заворчал, склонив башку чуть набок…
И рванул к инженеру не хуже выпущенной торпеды.
Михаилу пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не отскочить в сторону раньше времени. Ему не нужно, чтобы зверь успел остановиться. Он хочет, чтобы назойливая гадина врезалась в стеллаж и уронила его на себя.
Получилось! Не став дожидаться развязки, Михаил метнулся в сторону, а затем кинулся к выходу из зала.
В нескольких метрах от двери он услышал за спиной оглушительный грохот, смешавшийся со стоном рвущегося металла. Не удержавшись, инженер обернулся — чтобы увидеть, как зверь все-таки обернулся и попытался было отскочить из-под накренившегося стеллажа. Но раньше, чем мучитель успел это сделать, тяжелая металлическая конструкция все-таки рухнула, погребая его под собой. Пол снова вздрогнул.
 
Если стеллаж и не раздавил зверя в лепешку, то инженер проверять это точно не собирался. Не глядя больше на грандиозный завал, он бросился к выходу. Ему хотелось верить, что эта задержка не решила исход дела.
Еще один коридор — и снова зал, только теперь уже без стеллажей, длинный и тоже заросший заражением. Терзателей здесь инженер не заметил.
Наконец-то! Сейчас Ломагину даже казалось, что дверь слишком медленно открывается. Какого черта эти коридоры такие длинные? На схеме путь выглядел куда как короче…
Оказавшись вновь в помещении охраны, Ломагин непроизвольно выдохнул. Ну, что же, остался момент истины…
Ломагин вышел, почти выбежал на площадку — и сразу же понял две вещи: он чуть не опоздал. И ему не стоило вот так необдуманно выскакивать из темных мест.
Пока Михаил выбирался из чертовой комнаты и сражался с терзателями, неизвестный в военной форме зачистил сектор от гадин — точнее, они оба явились сюда почти одновременно. Платформа разгрузчика уже подъезжала к настенным образованиям. Неизвестный, сопровождавшая его, резко обернулся, вскидывая РПГ-32 (он находится на вооружении пятидесяти стран и активно выпускается за рубежом. В частности, известная американская компания Airtronic, являющаяся подрядчиком Пентагона, выпускает свою версию этого оружия; интересен он тем, что является мультикалиберным, то есть, способным стрелять гранатами разного калибра, как 72-мм, так и 105-мм. Благодаря этому свойству гранатомет РПГ-32 позволяет адекватно реагировать на текущие боевые вызовы. Например, если надо подбить легко бронированный автомобиль, то используют гранаты калибра 72-мм. Если же надо подбить современный танк или пробить полуметровую бетонную стену, то стреляют более мощной кумулятивной ракетой. Гранаты разного калибра, как правило, имеют разные баллистики. Это чревато тем, что бойцу, привыкшему к одному гранатомету, в пылу боя трудно попасть в цель из другого аналогичного оружия. Между тем, разработчикам удалось добиться практически одинаковой траектории для гранат обоих калибров на дистанции до 200 метров, прицельно — семьсот. Для стрельбы на более дальние расстояния в РПГ-32 имеется переключатель прицела. Эта крошка состоит из многоразового пускового устройства со штатным коллиматорным прицелом и одноразовых пусковых контейнеров (мультикалиберных картриджей) с реактивными гранатами, снаряженных на заводе-изготовителе. Кроме коллиматорного могут устанавливаться оптические или ночные инфракрасные прицелы).
— Эй, мужик, сзади! — Крикнул, доставая пистолет.
Он едва успел метнуться в сторону, укрывшись за штабелем запаянных ящиков. Сгусток энергии с визгом срикошетил от стены, чудом не задев Ломагина. Тот сгорбился за укрытием, лихорадочно соображая, что делать дальше. Позади Михаила оказался убитый голодомор.
Местечко сотряс особенно сильный подземный толчок. Ломагин, не удержавшись на ногах, рухнул — и, как назло, теперь ящики его не прикрывали.
Пока что солдату было не до него, хоть ему и удалось устоять на ногах. Сжимая в руках гранатомет, незнакомец напряженно смотрела в сторону кратера.
— О, черт!.. — потрясенно выдохнул он и со всех ног рванул к Михаилу. Спасатель инженера успел подняться — но раньше, чем ему удалось открыть люк, из темноты буквально выстрелило щупальце, сбившее мужчину на площадку. Оружие случайно «приплыло» к ногам озадаченного техника.