Рецепт счастливого развода (СИ)

-Гуревич Даниил Константинович, - продиктовала я, - бывший сокурсник и коллега…
Когда следователь ушёл, я включила телефон. Посыпались сообщения. Новость о произошедшем уже распространилась. Звонили Галка, Настя, Оксана, Сёма, Даня. Все просили перезвонить, как только я смогу. Было сообщение и от Виктора Геннадьевича: “Лилия, мне сообщили о случившемся. Как только освобожусь, приеду к вам. Скажите, что вам привезти? Сочувствую. Держитесь”
Я ответила ему первому, соблюдая субординацию: “Спасибо, Виктор Геннадьевич. Приезжать не нужно, здесь карантин - вас не пустят”
Загорелся приветливый зелёный огонёк шеф читал моё сообщение.
Через несколько секунд пришёл ответ:
“Черешню любите?”
Вздохнув, ответила на вопрос. Черешню я любила.
Мой лечащий врач с обходом задерживался, время шло уже к обеду - мы долго проговорили с Захаром Игнатьевичем.
Я уже собралась перезвонить Галке, когда он, наконец, пришёл.
-Лилия Александровна, рад познакомиться! Жаль только, что при таких обстоятельствах, - доктор приветствовал меня как звезду мыльной оперы, не меньше. Интересно, почему?
-Мне уже три или нет, четыре раза звонили, чтобы к вам отнеслись как можно внимательнее. К слову сказать, у нас ко всем прекрасно относятся, и лечат тоже всех, безо всяких звонков.
Кажется, он прятал раздражение за своей приветливостью.
-Извините, - коротко ответила я. В конце концов, звонки - не моя инициатива.
Врач кивнул, читая мою историю болезни, как будто впервые её видел. Его как будто что-то смущало.
-Ирина Викторовна написала в рекомендации консультацию психиатра. Вы с моста прыгнули?
Он не представился, но имя было написано на бейджике, поэтому, наверное, не посчитал нужным. Георгий Юрьевич. “Он же Жора, он же Гога”
-Я не прыгала, - ответила ему коротко. Мне доктор не понравился. Хотя, объективно, был вполне себе ничего. Галка сказала бы “надо брать”. Стрижка стильная, золотое колечко в ухе. Рубашка в вырезе халата дорогая. Мажор какой-то.
-Как вы себя чувствуете? Нога болит? - он коснулся моей лодыжки.
-Болит, если двигать и наступать. В покое нет.
-Это нормально, отёк спадёт - уйдёт и болевой синдром. Могу немного увеличить дозу обезболивающего. На ночь…- он сделал пометку в истории болезни.
Коснулся моего лба.
-Головной боли нет? Хорошо. Давайте я вас послушаю. Снимите кофточку.
Закончив с осмотром, он поднялся.
-Что ж, хорошо. Психиатр придёт к вам в течение дня. Кстати, Лилия Александровна, - он чуть поморщился, едва уловимо, - меня предупредили, что вы ценный сотрудник известнейшей фирмы, но…давайте без паломничества в отделение. Нашим проверяющим всё равно, что за “звёзды” у нас здесь лежат. Правила должны быть одинаковыми для всех.
Внутреннее я закипела. Это ж какой “доброжелатель” меня так подставил? Ценный сотрудник. Этот доктор, наверное, бесится от злости - названивают, отвлекают.
-Хорошо, Георгий Юрьевич. Но я там на дверях не стою, и держать их изнутри не имею возможности. Если кто-то и прорвётся, знайте - я была против.
Доктор усмехнулся и вышел из палаты, ничего не ответив.
А я, наконец, смогла набрать Галку, собираясь выслушивать длинные тирады о моей беспечности и неуклюжести.
Галкино лицо было опухшим, как подушка. Увидев меня в синяках и царапинах, подруга скривилась и заплакала, всхлипывая по-детски, не вытирая и не замечая своих слёз. Они так и текли двумя ручьями по лицу, капая потом с подбородка.
Я почувствовала, что сейчас разревусь тоже.
-Галка, перестань, ну? Я жива-здорова. Ничего страшного не случилось.
Галя глубоко задышала, чтобы успокоится, уставилась в потолок.
-Я так испугалась за тебя…Когда Сёмка позвонил…А потом испугалась ещё сильнее. А если бы…- она снова скривилась, плечи затряслись, - лично поймаю этого гада и сверну ему шею!
Я засмеялась, тоже всхлипывая невольно.
-Галка ты моя…Ты кого ловить-то собралась? Если разобраться, то можно очередь выстроить из желающих спихнуть меня с того моста. Ходили бы отмечаться, как за дефицитным товаром.
 
-Это точно Славик твой. Неадекват ненормальный. У тебя полиция была? Ты сказала, что это может быть он? Пусть его задержат по горячим следам, а то ещё скроется.
-У меня был следователь. Я ему рассказала абсолютно всё. Знаешь, сначала мне показалось…а потом он мне понравился. Такой дядька умный. Я поверила, что он сможет докопаться до истины.
Галка утёрла слёзы.
-Симпатичный, молодой?
Я расхохоталась.
-Подруга, ты неисправима! Очень симпатичный. Мне все хорошие люди кажутся симпатичными. А он, по-моему, очень хороший человек. Во всяком случае, профессионал. И вполне молодой - лет пятьдесят-шестьдесят.
Галка скорчила мне рожицу.
-Смеётся она. А хоть бы и шестьдесят. Если он какой-нибудь главный следователь.
Я отмахнулась.
-Так, хорош. Вот сейчас мне правда не до этого. Мне тут перед психиатром сейчас отчитываться - не собиралась ли я выпилиться.
Галка поразмыслила.
-Это чушь, конечно. Но пусть тебе голову проверят, на самом деле. Какой-то магнит для неприятностей из тебя образовался.
-Да пусть, кто ж против, - вздохнула я, - это их работа.
-Когда у вас там часы посещений? - спросила Галка, - я тебе домашненького привезу. Котлеток хочешь? Или пельмешек налеплю, вареников?
Я была уже голодная, поэтому невольно сглотнула и замотала головой.
-Не надо, котик, тебя всё равно не пустят - карантин.
Галя задумалась.
-Да и плевать. Еду передам хотя бы, развлекушечек тебе прихвачу. А там, глядишь, задобрю старушку на посту и проскочу хоть обнять тебя. Горе моё луковое.
-Я тоже тебя люблю, Галка.
После разговора с подругой я ещё некоторое время сидела, улыбаясь, ощущая это родное тепло, которым она наполняла меня всегда.
И когда жевала безвкусный больничный обед, ощущала вкус тех самых домашних Галиных котлеток.
  
Глава 25
 
После обеда у меня стали сами собой смыкаться глаза. Мне было неудобно спрашивать шефа, приедет он или нет, но у меня создалось впечатление, что приедет. И никакой карантин его не остановит.
Поэтому я просто прилегла с книгой, то и дело поглядывая на дверь и прислушиваясь к шагам в коридоре.
Как я заснула - не заметила. Словно сознание потеряла.
Проснувшись, я подумала, что отключилась всего на секунду. Однако, на столе лежал пышный букет хризантем в крафтовой бумаге. Значит, кто-то приходил.
И, скорее всего, не Галя. Иначе пахло бы не цветами, а едой.
Я села на кровати и закрыла книгу. Озираясь, пыталась найти ещё какие-нибудь следы пребывания здесь неизвестного посетителя.
Дверь открылась и в палату вошёл шеф с большой пластиковой миской черешни.
Кивнув мне, он поставил ягоды на стол.
-Спасибо, здравствуйте, - я представила, как выгляжу сейчас - растрёпанная со сна, лицо исцарапанное.
-Добрый день, Лиля. Рад вас видеть, хоть и не во вполне добром здравии. Я хотел помыть черешню и уйти - вы спали.
-Здесь есть раковина - указала я на дверь туалета.
-Да, - кивнул Виктор, - не хотелось шуметь.
Он присел на стул рядом со мной.
-Ну, раз проснулись, рассказывайте что произошло. Здорово же вам досталось, - произнёс он сочувственно.
Я помолчала, собираясь с мыслями.
-Меня столкнули. В последний момент я обернулась, но лица не разглядела. Может, это был случайный больной на голову, а может и…
-Может, и не случайный, - подтвердил шеф, - кто ведёт ваше дело? Хочу пообщаться.
-Савельев, - вспомнила я, - мне он понравился. Видно, что не по-протокольному мыслит.
-Это хорошо…- Виктор Геннадьевич смотрел то на меня, то в окно, - ах, да…
Поднявшись, он взял миску с черешней и дал мне в руки.
-Спасибо, - поблагодарила я, - хотите?
Мы сидели и вместе ели принесённую им черешню. Виктор словно бы и не спешил никуда, не торопился.