Дневник. Начало (СИ)

— Забудь, мне голову напекло.
— Что? – Светло-карие глаза смотрели сочувственно. – У тебя бред?
Фрай встала, подошла ко мне и внезапно положила ладошку мне на лоб. Я вздрогнул и отпрянул. По коже побежали толпы мурашек. Фрай прикусила губу, но никак не прокомментировала мою неадекватную реакцию.
— Расскажи мне про свою девушку, — ее голос звучал очень тихо, мне пришлось прислушиваться.
— Она...она красивая, умная, — я сглотнул, что-то здесь и вправду жарковато. Попытка вызвать перед собой образ Лили с треском провалилась. – Зачем тебе о ней знать?
— Просто интересно. Ты от нее так же бегаешь? Или бережешь себя только для нее одной? Боюсь, придется тебя огорчить. Мы с тобой должны изображать любовников. И если ты будешь от меня вот так шарахаться, то нам лучше вообще не начинать.
Кажется у меня глаза полезли на лоб. А Фрай решила меня добить.
— Если, вкратце, то вот моя легенда. Я росла по соседству с тобой и Кантором. Лет с двенадцати я стала интересоваться мотоциклами, а с четырнадцати заинтересовалась тобой. До пятнадцати кое-как дотерпела, а на свой день рождения соблазнила тебя. Вот как-то так. В этой среде не приняты платонические чувства. И Кантору вложили в память этот знаменательный день, когда Дэниел Моран выбросил белый флаг и позволил затащить себя в постель соседской девчонке.
— Дэниел Моран?
— Это твое имя, на эти дни.
— А твое имя?
— Софи Морэ.
Приехали. Мне почему-то даже матом разговаривать расхотелось.
— По твоей легенде, ты — приятель Фурье, он тебя старше на пять лет, так что получается, что ты рос на его глазах, играл в песочнице, дрался с другими ребятами, потом увлекся мотоциклами, а еще потом – гаражом Кантора. Примерно так.
В течении пяти минут я безмолвно сидел, переваривая полученную информацию. Потом провел руками по лицу.
— Хорошо. Тебе не кажется, что раз наши отношения настолько близкие, то необходимо узнать друг о друге побольше.
— Ты прав, но думаю, что о тебе я не узнаю ничего нового. Мистер Милтон всё мне рассказал, когда посвящал в план.
— И что же он тебе рассказал?
— Твое имя Северус Тобиас Снейп, тебе семнадцать лет, ты перешел на седьмой курс Хогвартса, учишься в нем на факультете Слизерин. Что еще? Ты полукровка. Твоя мать из древней чистокровной семьи Принцев. Отец маггл. Два года назад он умер, оставив вас с матерью в нищете. Из-за явного мезальянса родители Эйлин от вас отказались…
И тут я не выдержал и засмеялся, тут же переведя смех в кашель.
— Что с тобой? Северус?
— Все в порядке, это на меня э…грустные воспоминания о бабушке. О том, как нас с мамой на улицу, да. – И я снова закашлялся. Ну у Милтона и фантазия. – Ты продолжай, мне очень интересно о себе послушать. Так сказать, взгляд со стороны.
— В общем, вскоре после смерти твоего отца, вас нашел его давний приятель – полковник Роше. И он стал твоим опекуном. Поэтому ты практически все лето проводишь здесь на Базе. Про твою мать мне ничего не известно, но предполагаю, что ей обеспечивается небольшое содержание и она вернулась в тот дом, где вы жили, в Англии.
Я закусил щеку, чтобы не расхохотаться в очередной раз. Вряд ли мне удастся опять перевести смех в кашель, от напряжения я почувствовал как на глаза стали наворачиваться слезы. Небольшое такое содержание, пару сотен миллионов всего. И да, мне интересно, как эта несчастная женщина еще с голоду не умерла. Я помню, как мама пробовала в первый и в последний раз приготовить обед. Тогда все это закончилось грандиозным скандалом, чудом не сожженным домом и бесповоротно загубленным платьем. Ах да, еще был сломан ноготь. Все это произошло в Тупике. И я всерьез тогда опасался за жизнь Тобиаса – этого ужасного маггла, который… нет не могу, я еще сильнее прикусил щеку. А бабушка Кэтрин и дедушка Себастьян — они выгнали маму буквально на улицу, правда, Милтон совершенно случайно забыл упомянуть, что они выгнались вместе с ней, и теперь ютятся все втроем в скромном таком шато на Лазурном берегу. Стойко терпя тяготы и лишения. Мерлин, какой бред... Неужели кто-то во все это верит?
  
— Северус, что с тобой?
— Н…ничего, продолжай. Ты же не поверила М…мистеру Милтону на слово?
— А почему я не должна была ему верить? Кроме того, он показал мне вот эту заметку, подожди, где же она? – я только сейчас заметил в руках Фрай небольшую сумочку, в которую она зарылась, чем-то шурша. – Ага! Вот, смотри. – Я уставился на пожелтевший от времени номер «Пророка», где была напечатана крошечная заметка о бракосочетании Эйлин Принц и Тобиаса Снейпа. Ее не должно было быть. О повторном браке заметок не пишут, да и сомневаюсь, что Тобиас стал бы светиться, конспиратор хренов. Так, а это что? Среди многих чар, которыми была напичкана газета, я заметил что-то еще, что-то новенькое. Вот же ж Милтон. Взял первую попавшуюся старую газету и наколдовал заметку. Кроме того, эта заметка теперь имеется во всех газетах этого выпуска.
— Угу, это да, доказательство. Что там дальше? Рассказывай мне интересно.
— Дальше? А дальше были СОВ, где талантливый мальчик показал один из выдающихся результатов в истории Хогвартса. И на него обратил внимание шеф Отдела Тайн.
— У меня прочерк по прорицаниям.
— Это неважно. Дальше Милтон связался с твоим опекуном, и они приняли решение провести что-то вроде испытания, по итогом которого решится вопрос о твоей будущей работе.
— Все?
— Да.
Это уже не смешно. Мне нужно подумать. Но вначале.
— Твоя очередь.
— Ну, у меня не все столь же драматично. Я из семьи магглов, мой папа инженер, работает в концерне Рено. Мама домохозяйка. В одиннадцать мне сообщили, что я волшебница…
— Скорее — ведьма.
— Что?
— Ничего-ничего, продолжай.
Несколько секунд она сверлила меня своими глазищами, затем, вздохнув, продолжила.
— Так вот, я учусь в Шамбатоне. Мне шестнадцать. Я англичанка, это можно понять по моей фамилии. Мой двоюродный дядя со стороны мамы – маг. Работает в Отделе Тайн. Когда мистер Милтон искал кандидатуру на роль твоей подружки, дядя предложил попробовать меня. Я давно говорила, что хотела бы после окончания школы работать с ним. Вот вроде бы и все.
Магглорожденная, вот почему прокатила вся эта чушь Милтона, ведь чистокровка, да даже полукровка, живущая во Франции, тут же сделала бы стойку, услышав фамилию Снейп. Но тогда почему… Мне нужно подумать.
— Фрай, давай продолжим завтра, хорошо?
И я не дожидаясь ответа быстро вышел из гаража. Найдя Эвана, я попрощался и аппарировал из его кабинета.
Отказавшись от ужина, я заперся в своей комнате.
Так, подведем итоги: Фрай полностью уверена в моем несчастном детстве. Хотя, всю эту историю можно принять за проверку. Хочешь работать в Отделе, проверь полученную тобой информацию. Ты живешь во Франции и тебе будет это сделать гораздо легче, чем в Англии. Сдается мне, что этот тест Фрай с треском провалила. Но я не стану ей помогать. Вот еще. Сама пусть копает.
Теперь вернемся в мою родную страну. Вот тут есть о чем подумать. Я рос практически в тепличных условиях, с очень ограниченным контактом с окружающим меня миром. Одним из немногих отступлений от заданных моими родителями планов, было мое общение с Лили, еще до поступления в школу. И то, что-то мне говорит, что произошло это из-за недосмотра. Мать, оказавшись в условиях, далеких от привычных, часто хандрила и устраивала истерики с битьем посуды. Тобиас — задерганный, решающий серьезные проблемы, переживающий за нашу с мамой жизнь и терпеливо сносящий плохое настроение супруги, тоже был не в состоянии уследить за непоседливым ребенком. Думаю, что мой мопедик не был случайностью. Подозреваю, что купив довольно дорогую модель, отец просто разобрал ее, и то, что получилось, вручил мне, чтобы занять меня чем-то, хоть не надолго.
С этим разобрались. Но вот почему остальные верят в этот бред? Ведь фамилия Снейп, как оказалось, достаточно известна.