Губитель

Вскоре челнок уже поднимался на орбиту. По пути один из спасателей объяснил, что наш сигнал спасения шёл с ошибкой, отчего искины мусорных барж его не принимали. Но через систему транзитник шёл, и пока он добрался до планеты, к которой летел, пока его передали ближайшему спасателю, проверить на всякий случай, что за сигнал поступил, много времени прошло. Но ничего, главное, за нами прилетели.
А на орбите нас ожидало среднее грузовое судно третьего поколения. Вообще, обычный торгаш, но капитан был подписан на государственную программу «Спасатель» и потому имел на борту специализированное судно – тот самый челнок, – расширенную медсекцию и неплохого техника со стадом дроидов, так что программе соответствовал. Бонусы, шедшие за участие в этой программе, были отличными; думаю, когда подрасту и будет у меня своё судно, тоже в неё вступлю. Там, правда, в случае войны принудительно призывают, как, кстати, и мусорщиков, в отличие от империи Берра, однако и бонусов немало, так что терпимо.
На борту судна находился экипаж из двенадцати человек; нас устроили в одной свободной каюте. Это было не пассажирское судно, и экипаж любопытствовал, всем хотелось посмотреть на выживших. А вскоре судно ушло в прыжок к ближайшей планете, это была Гато, родина Инги.
Только мы обустроились в каюте, как нас сразу забрали в медбокс. Лею, дочку Инги, первой положили в диагност, потом – Ингу, а после – и меня. Хорошо я шрамы не убирал, их хватало. Ребёнка и Ингу потом положили в лечебные капсулы, так как у них нашли много очагов воспалений. Меня после диагноста тоже положили в лечебную, но только шрамы убрали, а в остальном я был в порядке, даже следов переломов не нашли. Всё-таки пси-лечение – это вещь.
Думаю, паренёк, в тело которого я попал, прошёл регистрацию в базах империи; капитан проверит, когда прибудем. Летели мы около семи часов. Экипаж должен был передать нас, а потом, запросив дополнительной помощи, вернуться на мусорную планету. Нет сомнений, что там оставались ещё выжившие, но требовались масштабные поисковые работы, одного челнока для этого недостаточно.
Суета в системе после нашего прибытия поднялась знатная, мне судовой техник с удовольствием об этом рассказывал. В системе на тот момент находились двадцать семь судов, состоявших в государственной программе «Спасатель», двенадцать из них сразу снялись со стоянок и начали разгон к мусорной планете. Остальные принимали на борт членов экипажей, которые находились на станциях или на планете, и потом тоже уходили.
Помимо них ушли и с десяток обычных судов. Тут находились спасатели планетарного базирования, имевшие специализированные глайдеры, или флаеры, вот их в трюмах тех судов и перевозили. Плюс было несколько судов разных телеканалов. Неплохо всё организовано, я оценил. Тут к людям как-то человечнее относятся, не то что в империи Берра. Мне здесь начинает нравиться. Главное, чтобы под кожу не лезли, терпеть этого не могу.
Мои личные вещи поместились в небольшой сумке, остальное официально принадлежит Инге. Когда она меня усыновит, будем продавать восстановленные вещи. На судно, конечно, не хватит, а вот на нейросеть и базы знаний должно.
Доставившее нас на планету судно не торопилось уходить, встало на разгрузку. Они не порожняком летели, транзитники, по пути на мусорную планету заглянули. Наш капитан передал все материалы в полицию. Выяснилось, что Инга числилась пропавшей без вести, и уже год как её считают умершей по заявлению родителей – им какие-то льготы за потерю детей были положены.
Выяснилось и по бывшему владельцу моего тела. Звали парнишку Серж Герд. К счастью, он действительно был приютским, причём из одного города с Ингой, который являлся столицей планеты. Серж также числился пропавшим без вести: мол, сбежал из приюта и не вернулся. Скоро на борт судна прибудет работник социальной службы, чтобы забрать меня. Сначала отправят в медцентр (о потере мной памяти им уже известно), а потом – в приют, из которого, как мы договорились, Инга меня и заберёт. Понятно, что это не так-то просто, но основные нюансы Инга знала: её дальняя родственница брала девочку из приюта.
 
Чтобы взять ребёнка из приюта, нужно соответствовать определённым требованиям. В частности иметь свою жилплощадь, достаточную для проживания двух и более человек, и необходимый уровень дохода, покрывающий расходы на себя и ребёнка. Родители Инги вряд ли помогут: у них ещё трое детей, живут от зарплаты до зарплаты. Значит, мне придётся самому позаботиться об этом.
Ещё будучи на планете, я нашёл в корпусе одного из разбитых дроидов тайник, явно старый, внутри которого находилась шкатулка с ювелирными украшениями. Нужно проверить, не в розыске ли они, и продать. Вырученных денег хватит и на квартиру, и на солидный счёт. Этого будет достаточно, чтобы усыновить меня. Если же у шкатулки найдутся владельцы, которые попытаются её забрать, можно будет оформить её как находку на мусорной планете и получить хотя бы премию. С юристами нужно посоветоваться: имеют ли хозяева право на шкатулку, найденную на мусорной планете, или нет?
Если с ювелиркой не сработает, то у меня ещё есть дорогой наручный искин. Вообще, светить им очень не хотелось: хоть я и скачал с него всю нужную информацию, но он имел регистрационный номер, и как бы по нему на продавца не вышли, то есть на Ингу.
Так получилось, что Инга с дочкой всё ещё находились в медкапсулах судна, когда меня забрали в приют. Что ж, ждём.
* * *
– Значит, не получилось? – спросил я у Инги.
Мы находились у входа в приют. Девушка пришла ко мне, и меня выпустили; чуть в стороне, поглядывая на нас, прогуливался воспитатель.
С момента нашего прибытия прошло две недели. Пресса раздула немалый ажиотаж вокруг нашего спасения, что послужило хорошей рекламой и позволило Инге заработать огромные деньги. Я не говорил? Ещё на планете я посоветовал ей написать сценарий к фильму или, может, сериалу, благо на планшете были нужные программы. Она вдохновилась и принялась за дело, а я редактировал и давал советы. Перед прибытием спасателей она как раз закончила свою работу.
Три дня назад Инга продала свой сценарий крупной телевизионной корпорации. Там его доработают профессионалы, а потом по нему планируют снимать сериал, в работе над которым примут участие актёры с громкими именами. За сценарий Инга получила огромные деньги, которых хватит и на сеть, и на базы знаний, и более того – даже на судно.
Инга решила сразу брать среднее, грузопассажирское. Она мечтала стать пилотом, благо её уровень интеллекта – сто двадцать семь единиц – это позволял. Я больше скажу: ко мне она прилетела на такси из офиса корпорации «Нейросеть», где ей установили пилотскую сетку четвёртого поколения, имеющую три слота для подключения имплантатов. Инга поставила один максимальный по интеллекту, один боевой и один на восприятие – пилотский. Я сам подбирал ей этот комплект, ведь всё это время мы были на связи.
Когда она выходила из здания «Нейросети», ей на почту пришло сообщение, что в опекунстве надо мной ей отказано. И она сразу прилетела ко мне, чтобы лично сообщить об этом. Честно говоря, были у меня подозрения, что так оно и будет. Я стал известным, и многие захотели меня усыновить, несколько десятков заявлений были поданы, но им всем дали от ворот поворот. Я ещё продолжал надеяться, что это из-за Инги, что опекунство передадут ей. Оказалось, нет.
А причина была во мне, точнее, в Серже. Я ведь просил капитана нашего судна дать мне изучить данные паренька, но тот только посмеялся да по голове меня потрепал. Что уж теперь?
В общем, дело было в уровне моих пси-сил. Ну да, сейчас я имел небольшой уровень – неинтересный спецслужбам Д-10 (да, за полтора месяца нахождения на мусорной планете я на два уровня успел прокачаться, это шикарно). Но я скрыл даже и эти данные, и капсула уверенно показывала, что у меня Д-3, - именно этот уровень был самым распространённым, вот его я и продемонстрировал.