Губитель

Работал я двое суток, но всё восстановил, после чего продал за восемьдесят пять тысяч. При этом поглядывал на лоты судов. Меня интересовали именно боты. Нашёл грузовой, четвёртого поколения, как я и хотел, с жилым модулем. Их не так уж много было в продаже, а этот вполне ничего, и ресурс неплох, однако имеет повреждение несущей конструкции. По сути, владелец продавал его на запчасти за сорок пять тысяч. Бот не разграблен, в порядке, даже сам летает, пусть медленно и тихо. Техническую диагностику проводил опытный техник, имелась техкарта повреждений с меткой сертифицированного специалиста.
Я решил, что справлюсь. Лот появился в продаже два часа назад, и я сразу наложил на него бронь. Сдал номер в гостинице, на такси добрался до лётной палубы, где уже ожидал наёмный челнок, и мы вылетели на парковку. Мне не удалось заранее собрать сведения о продавце, и я знал только, что он наёмник.
Пилот челнока невольно присвистнул, когда мы подлетали к месту парковки судна. Он открыл мне доступ к наружным камерам, и я, взглянув, и сам невольно открыл рот от удивления. Там, где я жил раньше – в Содружестве, в империи Берра, – носителей москитного флота практически не существовало, хватало авианесущих кораблей и линкоров. Вопрос решали большие пушки. Тут же москитный флот – основная ударная сила флота. И сейчас мы подлетали к кораблю-носителю, который мог разом выпустить до двухсот истребителей или других типов малых боевых кораблей. Я глянул в планшет, нашёл модель. Третье поколение, тип «Нэш», произведён в империи Агбар, к слову, рабовладельческой.
Я испытывал необъяснимую симпатию к таким государствам. Сам удивился, когда это осознал. Проанализировав свои чувства, я понял, что это результат жизни в империи Берра, которая позиционировала себя свободным государством, вот только должников с маяками на ноге у неё было куда больше, чем рабов в других таких государствах. Двойные стандарты.
Бот стоял на одной из лётных палуб, но, к разочарованию пилота, нам не позволили совершить посадку рядом с ним: мол, закрытая зона. Челнок завис недалеко от огромной туши носителя, и вскоре бот был подхвачен транспортным лучом, имевшимся в составе оборудования лётной палубы, аккуратно выведен наружу и установлен рядом. Чуть позже подлетел продавец – тот самый техник, что составлял техкарту.
У бота одна шлюзовая, поэтому сначала на борт прошёл продавец, а потом место у шлюзовой уступили нашему челноку. Так я на борт и попал. Ходил я с гордым и заносчивым видом: мол, отец доверил мне покупку. Техник с улыбкой за мной наблюдал. Изучив всё, я демонстративно подумал и махнул рукой: мол, беру.
Без сомнения, бот под касательный удар попал. Это не боевой штурмбот, тут таких запредельных мощностей нет, хватило получить перелом силовой балки. А это всё, смерть для судна: услуги инженера дороже нового бота обойдутся. Если, конечно, он не попадёт в мои руки. Лично я ничего серьёзного и критического не вижу. На три дня мне работы, да и то без спешки.
Техник составил контракт, я его завизировал, перевёл деньги, и продавец подтвердил получение. Потом он покинул борт, а я сменил выданные мне коды искина и позвал наёмного пилота: я же не могу перегнать бот на новое место парковки. На самом деле, конечно, могу, но перед этим нужно поработать с искином.
Бесплатных парковок тут нет, система частная, так что за всё нужно платить. Аккуратно, чтобы не повредить судно, бот с челноком у шлюзовой был не спеша переведён на новое место стоянки, выданное нам диспетчером. Три часа добирались. Там я оплатил услуги пилота и отправил его дальше деньги зарабатывать, не забыв выдать премию за перегон бота.
Оставшись один, я разложил вещи в каюте и осмотрел бот ещё раз. Жилой модуль состоял из рубки, каюты класса стандарт и кают-компании. Небольшой отсек с реактором, а всё остальное – грузовой трюм. Кстати, системы жизнеобеспечения в трюме тут нет, надо будет сделать, а также и щит на створки, чтобы воздух не откачивать. Тем более вакуум повреждает оборудование системы жизнеобеспечения.
 
Чем я занялся первым делом? Правильно, искином. Он тут слабое звено, и его нужно себе подчинить. Не уверен я в его лояльности, опыт прошлых лет это только доказывает. Занимался я искином двое суток. Как так? А так, не спеша делал два дела: ремонтировал силовую балку бота и чистил искин, перенастраивая его. Потратил пси-силы на ремонт – иду в рубку искином заниматься. Как силы накопились – снова ремонт, и так по кругу. Шесть раз по часу пришлось искин отключать, а за час судно успевало сильно охладиться, но ничего, терпимо; главное, успел всё сделать. Аврально работал, спал по шесть часов.
Проблемой стала балка. Там был разрыв пять сантиметров, и он ширился. Телекинез не помогал соединить: сил не хватало. Оказалось, тяготение убивало бот. Я отключил гравитацию, и части балки – не без помощи телекинеза – соединились, после чего я смог их закрепить. Правда, тяготение так и не включал, пока балка полностью не срослась.
С искином я закончил, он теперь только мне подчинялся. И нет, он не предатель, просто многие с ним успели поработать, и некоторые доморощенные программисты такие установки поставили, что он лишь на треть от своих возможностей работал. Я его почистил, свои программы нормально установил, а не криво, и сейчас он летал.
Вот с ремонтом не закончил. С силовой балкой порядок, сейчас и не найти, где перелом был, а вот обшивка мятая, со вздутиями аварийной пены, отчего воздух внутри бота и держится. Этим ещё предстоит заняться. Не срочно, но в ближайших планах.
Я уже связался с диспетчером свалки (она почему-то так назвалась), это была приятного вида девушка; я же со своей стороны не включал камеру и говорил приятным мужским баритоном. Сделал запрос на выкуп деталей системы жизнеобеспечения, коммуникаций и оборудования щита на створки трюма. Хочу атмосферу развернуть на борту. Состояние неважно, восстановлю, главное, чтобы всё четвёртого поколения было. У меня на счету в банке было где-то тысяч сто десять, потратил всё.
Диспетчер свалки (я её так и забил в контакте на планшете) сообщила, что всё подготовлено, можно оплачивать и забирать – или самостоятельно, или курьера прислать. На фиг курьера, у меня свой бот. Отправив запрос диспетчеру, я получил маршрут до большого складского терминала, который висел отдельно от станции, даже довольно сильно в стороне, и искин повёл туда судно. Это и есть местная свалка, по сути – металлоприёмка. Я думал, она хозяевам системы принадлежит (их тут трое), но нет, оказалось, частная. Надеюсь, долго буду с офисом этой свалки сотрудничать.
А подготовлено было вот что. Вышеназванные блоки и коммуникации системы жизнеобеспечения (в двойном размере), оборудование щита (в полном сборе), детали обшивки (это материал на ремонт), датчики на обшивку разные, расходники (там с пяток менять нужно). Ещё были очень дорогой пищевой синтезатор, раздавленный, да так, что даже ремонтникам под восстановление и на запчасти неинтересен был, а также два бытовых дроида и один техник-универсал.
Это всё для бота, и всё с сильными повреждениями: как я и говорил, под восстановление. На всё вышеперечисленное у меня ушло едва ли девять тысяч кредитов. Блин, надо было сразу со свалкой связь наладить, а я с лавочников начал. Хотя и бота у меня тогда не было.
А вот для заработка, отложив десять тысяч, я скупил сильно повреждённые гипердвигатели четвёртого поколения (всего пять нашёл, все взял), три комплекта оборудования корабельного щита (два четвёртого и один третьего поколения; но это боевое, для тяжёлого крейсера), пяток пищевых синтезаторов, раздавленных в лепёшку, восемь медкапсул (пять третьего и три четвёртого поколения), оборудование рубки и связи, два малых судовых реактора и два десятка разных дроидов. Потратил почти восемьдесят тысяч. И всё на этом: набрал грузовую марку бота. Большую часть места займут гипердвигатели, их было два, и больших.
В итоге помимо той отложенной десяточки осталось ещё двадцать две тысячи. Деньги нужны: тут и НЗ, и оснащение. Бот не то чтобы разграблен, но новое постельное бельё, баллоны с воздухом и водой (должен быть запас), пищевые картриджи (запас офицерских пайков сделать), химия для бытовых дроидов – всё это нужно приобретать. А также и ракеты: у бота четыре малых ракетных пусковых, пустых на данный момент. Также есть восемь турелей непосредственной обороны: одна всмятку (она находилась там, куда пришёлся удар), остальные в порядке, пусковые тоже не пострадали.