Орел и Ворон
Грохнул выстрел. Еще пару пистолей разрядили стоящие справа и слева от меня рейтары; когда же дым рассеялся, я увидел лишь пустой зев бойницы. Отправить стрелу в смертельный полет казак так и не успел…
А где-то далеко, из-за спины, раздался могучий рев луженой глотки английского капитана:
– Смена шеренги!
Мушкетеры используют ту же тактику, что и конные рейтары… Что же, караколе нынче весьма популярен. Первый ряд стрелков, произведя залп, немедленно разворачивается и отходит назад, становясь за последним рядом, для перезарядки мушкетов. В то время как второй ряд, выдвинувшись вперед, производит новый залп… Однако мои солдаты сейчас встали в одну шеренгу – слишком близки мы к крепости, чтобы смена рядов дала хоть какое-то преимущество. Зато залп выходит более густым и слитным – везде свои преимущества…
А ведь ландскнехтов на стене все-таки оттеснили к лестницам, и вниз густо полетели камни и бревна.
Сколько же сил у мятежников?!
– Целься по бреши! В наших только постарайтесь не попасть!
Выждав для верности еще пару мгновений, при этом отчаянно забивая пулю шомполом в ствол, я отчаянно выкрикнул:
– Огонь!!!
Грянул залп! Несколько ляхов и казаков упало, кто-то даже свалился в ров… Но и мятежники успели сломать сброшенным вниз бревном еще одну лестницу – обломки ее рухнули вниз, подняв завесу пыли у самой земли.
– Перезаряжай!
Со стены падают зарубленные саблями и застреленные в упор наемники. Используя подаренную нашим залпом паузу, разуверившиеся в успехе штурма солдаты принялись спешно спускаться вниз. Сталкиваясь при этом с теми, кто все еще пытается карабкаться наверх, теряя драгоценное время… Одновременно с тем их соратники продолжают отчаянно рубиться на стене, прикрывая стихийное отступление товарищей; до нас доносятся страшные крики и проклятия убивающих друг друга людей.
У одной из уцелевших лестниц оборону занял доппельзольднер. Отчаянные удары его верного цвайхандера, ослепительно сверкающего на солнце, зацепили двух врагов и отогнали от себя прочих… Страшное и одновременно с тем волнующее зрелище! Правда, продержался храбрец недолго – две ударившие в грудь стрелы свалили ландскнехта на спину… Но в этот самый миг шагнули вперед мои рейтары, успевшие перезарядить по одному пистолю. На удивление, огонь со стены нас больше не беспокоит – очевидно, враг также бросил все силы к пролому!
– Огонь!
Мой рев предварил очередной залп, направленный в мятежников, а следом из-за спины гулко ударили мушкеты! Когда же пороховой дым развеялся, моему взору предстали последние спускающиеся вниз наемники… Все-таки мы выручили соратников своим огнем, заставив ляхов и казаков отступить от бреши с немалыми потерями! Тем самым дав время уцелевшим ландскнехтам беспрепятственно покинуть стену…
Но теперь уже совершенно очевидно, что бой окончен – по крайней мере, на участке нашего штурма. Только на валу и перешейке из фашин высится груда тел павших с обеих сторон…
Да упокоит Господь их грешные души…
– Отходим! Всех раненых с собой – и отходим! Да поживее, если не стремитесь сегодня же отправиться к праотцам!
Словно вторя моему приказу, из глубины крепости победно прозвучала труба, а мятежники разразились радостными криками. Многие высунулись из бойниц, оскорбляя нас, и целя в спины из мушкетов…
А мы, как назло, разрядили все пистоли!
Я стиснул зубы от гнева и беспомощности, но уже в следующий миг впереди нас грянул залп мушкетеров! Вновь обильно полетела в стороны деревянная щепа из бревен вокруг бойниц, и большинство мятежников отпрянуло от них. Кто-то в испуге, а кто-то – получив тяжелую мушкетную пулю в лоб или грудь…
А английский капитан не подкачал!
…Мои рейтары благополучно выбрались из-под огня, неся на плечах раненых соратников, некоторые из которых успели умереть на руках товарищей. А я, выведя эскадрон, недосчитывающий четырнадцати раненых и убитых солдат, в безопасное место, наконец-то позволил себе облегченно выдохнуть… Тут же навалились невероятная усталость и равнодушие ко всему происходящему.
Потерявшая всякий строй толпа наемников понуро и молчаливо бредет к лагерю…
На сегодня все кончено.
Глава 4
Предаемся вину и танцам,Убиваем, сжигаем мосты.Но что ты скажешь посланцу,Находясь у последней черты?– Дорогой, просыпайся.
Нос приятно защекотал аромат туберозы. Улыбаясь, я открыл глаза.
Черные как смоль кудри, небрежно спадающие на плечи, глаза цвета липового меда, чуть пухлые губы. Эта девушка – настоящее воплощение мечты…
– Ты так всю жизнь проспишь!
Пальчики возлюбленной скользнули по шрамам на моих руках, щекоча кожу и заставляя сердце чаще биться. Пару мгновений я стоически терпел эти сладкие пытки, после чего ринулся в истинно кавалерийскую атаку, накрыв женские губы поцелуем.
– Не просплю! Ты не дашь…
Спустя некоторое время, наконец-то вырвавшись из моих объятий, красотка с мраморной кожей подарила мне ехидную и одновременно с тем чарующую улыбку:
– Себастьян, в следующий раз я буду будить тебя на безопасном расстоянии!
– Не думаю, что у тебя это получится.
Я попытался вновь привлечь девушку к себе, но дочь ганноверского торговца, Виктория Айхен, гибко изогнулась, избегая моей руки, и тут же подразнила высунутым языком, с победной миной на лице!
Ну-ну…
Комната, в которой я проснулся, также очаровательна, как и сама наследница торгового дома. Светлые стены, большие окна и огромная кровать с мягкой периной. Благодать!
Благодать, увы, не моего дома… Видимо, эта мысль отразилась у меня на лице в тот момент, когда я встал с постели и принялся энергично собираться.
– Опять уедешь? – Девушка огорченно надула губы.
– Да. Через два дня сбор. Не волнуйся, это не война, меня пригласили телохранителем в Англию. Даже коня оставлю у тебя – конечно, если ты не против.
– Не против, но зачем тебе туда?
– Я не принадлежу себе. Служба.
Ответил я с легким вздохом человека, все еще не нашедшего собственный угол…
– Ты наемник, фон Ронин! Ты больше нас всех принадлежишь себе!
– И кто тогда будет привозить тебе душистую воду из Граса?
– Спасибо, конечно, но я вполне обойдусь без французских подарков, если буду видеть тебя чаще. Так зачем ты туда едешь?
– Охранять одного из лордов. Совсем недавно некий мистер Фокс чуть не устроил большой взрыв в их парламенте. Не знаю как, но ему сумели помешать… Что взять с католических фанатиков?
Я действительно не знаю всех подробностей и думаю, что мой наниматель знает не больше моего. Доподлинно известно лишь то, что Гай Фокс хотел взорвать Якова вместе с лордами – прямо во время заседания парламента! Думал, это может что-то изменить… Рисковый малый.
Рисковый и глупый.
– Вот местные сеньоры и забеспокоились о своей безопасности. Работа плевая. Привезу тебе еще что-нибудь интересное, и отпразднуем это. Да?
– Звучит заманчиво… Но не лучше ли тебе просто остаться?
– Увы, я уже заключил контракт и взял задаток.
– Но ты можешь все бросить!
– Хорошо, – я глубоко вздохнул, – но на что мы будем жить?
– Моему отцу нужен торговый партнер. А ты хоть и невесть какой, но дворянин, Себастьян! Отец в ноги тебе упадет, если ты предложишь ему брак с его непутевой дочерью! Да тебе даже работать не придется.
После короткой паузы Виктория продолжила:
– С другой стороны, твой отец ведь тоже вел торговые дела, для тебя все это не ново! С твоим умом ты очень быстро во всем разберешься.
Тут она вновь обезоруживающе улыбнулась – ничего не скажешь, звучит все и выглядит крайне соблазнительно!
Причем во всех смыслах…
– Ты уже все продумала? – Я схватил девушку за ногу, потянув ее к себе.