Колонистка Бет (СИ)

  
Глава 12
 
Глава 12
Процесс откачки атмосферы прошел буднично, рутинно, по-обычному. По всей станции завыла сирена и над дверьми в перегородках — загорелись красные индикаторы, сигнализирующие о падении давления. Звук сирены постепенно пропадал, давление падало, пока наконец индикатор в предплечье скафа не остановился на нуле.
— И еще одна тебе выгода от твоего нового, распрекрасного носа. — говорит Бетани, глядя как Алиса — перешагивает через порог.
— Выгода? Ты о чем? — не понимает ее подруга.
— Так сказал Двуцветный Питон, Скалистый Змей маленькому слоненку, которому крокодил вытянул нос. Сперва слоненок думал, что это очень плохо и страдал от этого, даже хотел его уменьшить, погрузив в воду. Но потом москит сел ему на щеку, и он ловко прихлопнул его этим длинным носом. Так и тут, Алиса, если бы ты была настоящей девочкой, то тебе бы понадобился скаф. А если бы ты была девочкой со Старой Земли, то тебе как минимум часа три процедуру сатурации пришлось бы проходить, давление в скафе пониженное, пузырьки азота вскипели бы в твоей крови… и все, нет девочки с Земли. — отвечает ей Бетани, заходя в следующее помещение и представ под светлые очи руководителя экспедиции, Рудченко Сергея Владимировича.
— Бетани. — по закрытому каналу слышен вздох: — колонистка Стоун? Вы хотели меня видеть?
— Сергей Владимирович. — говорит она, шагнув вперед и набрав комбинацию на сенсорном экране, вмонтированном в предплечье. Над экраном вспыхивает объемная голограмма с бронзовым щитом и Красной Планетой, перечеркнутой молнией. Эмблема Службы Безопасности Джексонвиля.
— Распоряжением шеф-директора Андерса я являюсь временным сотрудником Службы Безопасности Колонии.
— Конечно. — говорит Рудченко и садится на стул, делает приглашающий жест: — не рановато ли вам такие функции исполнять? У меня на Земле сын и тот постарше будет, а он даже школу не закончил. Впрочем, в чужой монастырь… чего вы хотите, временная сотрудница Службы Безопасности?
— Во-первых кто-то забрал мою винтовку из шлюза. Оружие я сдала под вашу гарантию, Сергей Владимирович, попрошу вернуть.
— Ваше оружие пропало из шлюза? Странно. Я… могу начать поиски. Может взял кто… в любом случае я к этому не имею никакого отношения. — заявляет Рудченко и Бетани смотрит на зеркальное забрало его скафа. Все-таки трудно разговаривать, когда глаз собеседника не видно, думает она, вот взял и соврал он к примеру — по глазам бы я поняла, а так… зеркальное забрало скафа типа «Кодьяк» и все.
— Подозрительно. — говорит ей по закрытому каналу Алиса: — подозрительно это. Он же тут руководитель. Да и когда сдавала ты оружие — он выглядел очень уверенным, а сейчас мямлит чего-то. Руководители такими не бывают. Вот держу пари что это Драммер винтовку взяла. У нее татуировка Бродяги на шее, ей оружие не в новинку. Они там в астероидном со своей Республикой Свободного Пояса совсем уже с ума сошли.
— И еще. Джексонвилл выражает озабоченность по поводу наличия работающего реактора холодного синтеза такой мощности в непосредственной близости к поселению. Распоряжением шеф-директора предписано вывести реактор из рабочего режима и заглушить. — говорит она.
— Это… не так легко сделать. — отвечает Рудченко: — и потом, если мы заглушим реактор, у нас не будет достаточно энергии для работы систем жизнеобеспечения станции. У нас закончится кислород и вода.
— В скафах закрытая система жизнеобеспечения. Кроме того, уже через три часа здесь будут спасатели. Они и будут со всем разбираться. Пожалуйста, поймите нас, Сергей Владимирович — вы же понимаете, что наши люди обеспокоены. Одно только наличие вашей станции тут уже говорит о недружественных намерениях. Мое начальство запретило мне с вами говорить об этом, они считают, что вы намеренно взяли мое оружие и взяли меня в заложники, чтобы торговаться с Джексонвилем. Так прямо и сказали — никакой конфронтации, исполняйте все распоряжения руководителя миссии до прихода спасателей.
  
— Что за глупости!
— Вот и я так не считаю. — кивает Бетани: — все эти подозрения и взаимные упреки ни к чему хорошему не приведут. Потому было бы хорошо, если бы вы показали такой вот жест доброй воли, понимаете? Заглушите реактор, а я скажу своим что вы сами на это пошли. И все, градус напряженности между вами и нашими сразу упадет. Пока это самое главное, что беспокоит Джексонвилл.
— Какая ты змеюка. — замечает Алиса: — как прямо все расписала. У него теперь и выбора-то особого не будет.
— Ммм… ладно. — говорит Рудченко: — заглушить реактор… но придется сделать это вручную, придется туда сходить. Такие команды с пульта не пройдут.
— Ничего страшного, я могу сходить и заглушить его, если вы даете добро. — говорит Бетани: — в любом случае мне лучше сделать это самой.
— Понимаю. — кивает Рудченко: — ваши нам все еще не доверяют. Но вы действительно сможете это сделать самостоятельно? Процедура достаточно сложная. — и хотя она не видела его взгляда за зеркальным забралом скафа, она могла бы покляться, что он посмотрел на нее с недоверием. Как еще не добавил «у меня сын такого же возраста, и он не умеет реакторы холодного синтеза в нерабочий режим переводить».
— У меня все допуски на работу с реактором холодного синтеза вплоть до класса S плюс. — отвечает она, чувствуя легкую досаду на руководителя станции, на систему образования Старой Земли и на себя, на свой возраст, все еще не вызывающий доверия у специалистов: — у вас же стандартный, малый реактор типа «Курчатова-Росси LENR»? Разберусь. А если что — специалисты Джексонвиля подскажут.
— Хорошо. — отвечает Рудченко: — тогда я пока соберу всех в кают-компании. Будем ожидать спасателей там. Как закончите с реактором — присоединяйтесь. И… — он набирает комбинацию на сенсорном экране предплечья своего скафа: — вот. Теперь у вас есть допуск ко всем помещениям станции, включая и реакторный зал. Удачи вам, колонистка Стоун.
Она кивает в ответ и выходит за дверь. Компоновка станции «Мимоза» была классической, реактор стоял на отшибе, сразу за складскими помещениями и грузовыми шлюзами. Необходимость такого расположения реактора холодного синтеза ускользала от Бетани. Ведь такие реакторы на редкость надежные и за все время эксплуатации не было ни одной стоящей аварии. Да, были инциденты и с перегретыми паром и даже с трещиной в корпусе, прикрывающем ядро, но в этом случае реактор сам по себе угасал, как только кольцо электромагнитной бутылки Клейна переставала удерживать перегретую плазму — реакция прекращалась сама собой, плазма вырывалась наружу и… все. Пшик. Ядерный синтез мог продолжаться только в определенных, тщательно воссоздаваемых условиях внутри ядра реактора. Если прямо в этот момент прижаться к ядру реактора — то можно получить ожоги, но это прямо премию Дарвина нужно заслужить.
Однако энергии в ядре реактора хоть завались, достаточно для того, чтобы при желании запустить выработку дейтерия… а если собрать достаточное количество дейтерия в рабочей камере и обложить ядро, скажем баллонами с рабочим веществом, то можно стартовать цепную реакцию синтеза… которая в просторечье называется термоядерным взрывом. Так что в теории сотрудники станции имели доступ к термоядерному заряду, мощность которого вполне можно было увеличить, если раздобыть побольше дейтерия. В реальности же превратить реактор в термоядерный заряд было достаточно сложно и для этого требовалось быть специалистом высокого класса. Причем не только в области ядерной физики и обслуживании такого типа реактора, но и в области кибербезопасности, ведь обойти стандартные протоколы безопасности это вам не с утра чихнуть.
Бетани по-прежнему не понимает зачем сотрудникам «Мимозы» взрывать свою станцию, тем более наносить вред Джексонвилю. Однако если такая возможность есть — нужно предпринять меры к тому, чтобы заглушить реактор.
Впереди, зайдя за угол — замирает Алиса, поднимает манипуляторы, словно испуганный паучок при виде крупной мухи и оборачивается назад.