Янки. Книга 2 (СИ)

— Нет уж, спасибо, — я чуть не подавился гамбургером, представив себе оскаленную рожу вампирши, сидящей на мне в позе наездницы. И потом, у меня же Холли есть, пусть пока и платонически. А зверушек я люблю в клетке, ну или этих — подальше от себя и не в звероформе.
— Кстати, ты еще на складе не был?
— Зачем? — удивленно спросил я.
— Эх ты, — усмехнувшись, сказал Макс. — Форму получить. Это тебе не обычная школа, тут каждому выдают все, от трусов до шапок. Все должно быть единообразно.
— Прямо армия какая-то.
— А ты думал? — подмигнул он мне. — По крайней мере половину этой богадельни контролирует и финансирует минобороны, хотя это и не афишируют.
— И когда туда идти?
— По распорядку. Сегодня наш факультет идет в пять вечера. Можно конечно и так потолкаться, но кладовщицы будут злые, им сегодня надо будет одеть всю ораву. Завтра же начало занятий.
— Вот блин! — хлопнул я себя по лбу. — А я ничего и не взял с собой, может пару ручек и тетрадей…
— А что я тебе сказал? Что ты получишь здесь все. Ну разумеется, «Монблан» тебе никто не выдаст, можешь купить за свой счет, но все остальное — опять же на складе получишь или уже в классе раздадут. Здесь, знаешь ли, на учеников не очень-то рассчитывают. Тут, кроме мажоров, и дети реднеков, и бывшие беспризоники, и эмигранты… Главное, на что обращают внимание — твой дар. Если он настолько сильный, что тебя берут сюда на учебу — об остальном ты на это время можешь не заботиться. Администрация делает все, чтобы избавить тебя от головной боли с приобретением, проживанием и прочим. А если бы было не так — мы бы не были такой сильной магической державой. И потенциальные сильные маги да ведьмы подыхали бы в детстве в канавах или шли бы в криминал. В нашем классе ты еще увидишь Вилли Голда, он немного дерганый, но это вполне объяснимо. Потомственный алкоголик из семьи потомственных алкоголиков, с самого дна, регулярно получавший от отца на орехи так, что даже в больнице валялся. Пока у него в первом возрасте, ну в семь лет, не проснулись магические способности, и он вывернул папашу наизнанку, в полном смысле. Зрелище, говорят, было жуткое. Ну и куда идти сироте из семьи со дна? Правильно, сначала в службу опеки, а те позвонили в «Торчвуд». Теперь он один из самых сильных учеников школы и будущий боевой маг. А так — либо подох бы, либо сел.
— Да уж, — заметил я.
— Так что можешь не париться. Эта школа — как армия, одна семья. И любой выпускник «Торчвуда» поможет другому, это правило снаружи соблюдается незыблемо. Поэтому если там ты был сам по себе, то здесь чувство локтя товарища под своими ребрами или на челюсти тебе гарантировано.
— Тебя послушать — так тут тишь да гладь, да божья благодать, одни ништяки. Все товарищи, друзья и братья. И что, никто никому морду не бьет, вписку не устраивает, не агрится друг на друга.
— Всякое бывает, — пожал плечами Макс. — Но есть одно правило, что все надо делать в меру. Администрация, конечно, следит за этим, но из школы не исключают.
— То есть терпят все?
— Нет. Просто одним прекрасным утром ученик исчезает, и пропадает без вести, — Макс выразительно провел себе по горлу пальцем.
Да ладно, не надо меня дурить. Такого быть не может. Хотя…
— Нет человека — нет проблемы. Тем более обученного мага немалой силы, слетевшего с катушек, — продолжил Макс. — Мы себе не принадлежим, и вся клановая структура остается за воротами. Здесь есть один клан — «Торчвуд». Или ты в нем, или нет. Так что будь аккуратен.
— Хорошо. Буду.
  
Глава 2
 
— У нас новые лица, — классный руководитель, мистер Хорнби, посмотрел на меня через свои большие роговые очки. Хотя зачем ему очки, я не мог взять в толк — магия же есть, он подправить зрение может одним махом, если не он, так маг здоровья. Видимо, у него такая фишка.
Впрочем, на его счет вчера меня просветил Макс, которого я слушал во все уши. Ну еще бы, повезло же иметь руммейта, который здесь всю сознательную жизнь и является ходячей энциклопедией про все и всех… ну или почти всех, короче — достаточно. Наш классный оказывается в свое время был лихой, служил в спецназе боевым магом — хотя по его мирному и безобидному внешнему виду и не скажешь. Так себе, мужик лет пятидесяти, добродушный и деликатный. Но Макс зубы крестил, что этот мужичок имеет на своем счету не один труп, а некоторых он даже поднимал, пользуясь боевой некромантией. Хотя да, поверю, оболок он свой прячет умело, даже мне не видно.
 
— Итак, мистер Томас Хоуп, — он кивнул мне, и я встал из-за парты. — Ну хоть расскажите немного о себе.
Блин, как я не люблю вот эти сеансы эксгибиционизма! Это даже какой-то суперэксгибиционизм, кое-что остальным показать — ладно, но выворачивать наизнанку душу … Обойдетесь. Но пятнадцать пар глаз с интересом смотрели на меня, явно горя желанием узнать что-то новое обо мне.
— Я не мастер о себе говорить, — сказал я. — Спрашивайте — отвечу.
— Откуда ты? — задал вопрос один из учеников.
— Скайфоллз, Айдахо, — просто ответил я.
— Потомственный или нативный?
— Нативный, у меня нет в семье сильных магов.
— А какой у тебя уровень? — а вот это тот самый Вилли. Конкуренции боится что ли? Ну ладно, как мы и условились с миссис Берроуз, комиссия под ее руководством записала мне два нуля — это то, что шло после уровня «А». Хотя на самом деле нулей было больше, не сдерживаясь я выдавал под четыре, но для моей легенды это выглядело бы очень подозрительно.
— Два нуля, по интегральному тесту Бэзила, — ответил я.
— Очередной сортир, — скривился Вилли.
— Уильям, — мистер Хорнби постучал старомодной указкой — больше атрибутом учителя, чем полезной для работы вещи — по своему столу. — О чем я тебя просил?
— Виноват, мистер Хорнби, — довольно осклабился тот. Ну вот и очередной хейтер нарисовался, прямо на ровном месте. Несмотря на то, что про него рассказывал Макс, сочувствия я к нему не испытывал — если ты мудак и быдло, значит ты хочешь быть им. А «сортирами» называли здесь за «дабл зироу», которое как известно лепится на двери туалетов. В хайскул «сортиры» были основной массой, с тремя нулями, как и с одним были единицы. К выпуску все должны быть подготовлены на три нуля, средний уровень мага.
— Спортом занимаешься? — спросил один из учеников с задней парты, у окна. Вроде без подколки, вполне дружелюбно. Да и сам вроде нормальный, спокойный.
— Ну это смотря что считать спортом. Как таковым — нет, но рукопашный бой и фехтование немного знаю.
— Хорошо, — сказал он.
— Ладно, перезнакомитесь вы потом, — прервал нас мистер Хорнби. — Садись, Томас.
Он сел на стул, и продолжил.
— Сейчас вы перешли в старшие классы. Детство кончилось. Честно скажу — вкалывать вы будете до посинения. И делать это добровольно, потому что от этого зависит ваше дальнейшее будущее. Не буду толкать речь про нужность и важность, а также лить всякую воду, как остальные преподаватели. Все равно это мимо кассы, в ваши бошки как влетело, так и вылетит, как пуля снайпера.
Мощно задвинул чувак, теперь я готов был поверить Максу на все сто. Сразу к делу, быка за яйца. Наверное, так он говорил со своими солдатами — даже глаза загорелись.
— Так что вас ждет пашня. Готовьтесь к этому. И распределяйте свое время так, чтобы хватало и на учебу, и на развлечения, — было видно, что он сдержался, чтобы не сказать «на бухло и баб», все-таки здесь не армия Дяди Сэма. — Сейчас займемся оргвопросами, ну а потом начнете учебу на следующем уроке.
Ну и пошла вся фигня типа времени занятий, предметов, расписание проверки знаний и прочей ботвы. Здесь не надо было думать головой, только слушать, писать, копировать… И вот что мне больше всего нравилось — здесь похоже в ходу была не обычная школьная, а вузовская система обучения. В школе я мучался, потому что хрен подстроишься под этот дебильный учебный план с его заходами, а вот поступив в вуз, я реально отдыхал. Потому что система обучения целиком ложилась в мое понимание и жизненные принципы. Так что самое оно, это я люблю.