Женаты против воли

Эфри отозвалась сразу, и уже через десять секунд на голове у меня был огромный шлем с забралом и тяжелые доспехи, в которых даже дышать было неловко, такими громоздкими они были.
Питер бросил на меня быстрый взгляд и кивнул:
– Отлично.
Что именно отлично – непонятно, но я на всякий случай порадовалась и в следующую секунду почувствовала такой страх и ужас, что все волоски на теле встали дыбом.
Высшая тварь!
Нет, не так! Наивысшая!
Максимальный порог.
Кровь застыла в жилах, и страшно хотелось бросить все и сбежать. Спрятаться в самом глубоком подвале и закрыть глаза, лишь бы не чувствовать этот леденящий ужас.
Даже от трещин так не фонило, а их было больше пяти.
И эта тьма. Этот кошмар двигался к нам со стороны. В нашем мире!
– Почувствовала? – понимающе хмыкнул Питер, превращая в пепел еще десяток ящуров. – Он уже рядом.
– Кто? – с трудом спросила я.
– Твой муж. И его монстр.
 
Глава пятая
 
Мой муж.
Не знаю, чего я испугалась больше, Хоторна или его монстра.
Наверное, и того и другого сразу. Так уж вышло, что в моём сознании эти двое шли неразрывно.
– Не бойся. Он не поймет, – произнёс Питер, – не догадается, кто ты.
Мужчина произнёс это тихо, даже еще гул стоял жуткий, но я всё равно его услышала. И на всякий случай кивнула, в очередной раз взмахнув кнутом.
Теперь понятно, для чего этот тяжелый шлем и неудобные, громоздкие доспехи.
В них Хоторн меня не узнает. Мало того, он даже не поймет, что я девушка.
Я позволила себе короткую улыбку.
Ведь девушки из рода Мейсон не обучены сражаться с монстрами и не могут заделывать трещины.
Надо же, никогда не думала, что буду радоваться этой несправедливости, с которой борюсь всю свою жизнь. Но сейчас нормы и правила Монрей были на моей стороне.
Так что бояться было нечего… но я всё равно боялась.
Особенно когда нашла взглядом черную точку в небе, которая с каждой секундой становилась все больше.
Эфир.
Боги, как же красив и ужасен он был. Огромный черный дракон, созданный из пепла, дыма и огоньков пламени. С рваными крыльями, горящими алыми глазами и острыми зубами.
А на его спине сидел Коннор Хоторн.
Один короткий взгляд, чтобы понять, что мой муж за эти годы мало изменился. Разве что стал чуть шире в плечах, сильнее и мужественнее, да и морщинок прибавилось на лице.
Сердце невольно пропустило удар, когда Хоторн встал во весь рост и прыгнул со спины своего монстра. Эфир взревел, да так, что уши на мгновение заложило, и упал за ним следом.
Их слияние было так похоже на наше с Эфри, что даже становилось немного страшно и неловко. Разве так может быть?
И Монрей, и Хоторн впускали в своё сердце силы. Только мы свет, а они тьму.
Дядя прав, добром такие эксперименты точно не закончатся. И теперь, когда я видела это своими глазами, все больше убеждалась в правильности уготованной мне роли… Хотя червячок сомнения никуда не делся.
Тело Хоторна в одно мгновение покрылось сверкающей бронёй, а за спиной выросли огромные черные крылья. Намного больше моих или Питера.
– Монрей, – глухо произнёс муж, оказавшись с нами.
Защиту магов он даже не заметил. Просто прошел сквозь, будто её и не было.
Зато на его появление среагировала твари бездны. Бросили атаковать нас, сгруппировались, зашипели и отступили к трещине, готовые отстаивать её до конца.
– Хоторн, – отозвался Питер. – Долго ты.
– Быстрее, чем другие. Смотрю, тебе тут несладко приходится, – коротко отозвался темный и впервые бросил на меня взгляд. – А это кто?
У меня от волнения язык к нёбу прирос. Все мысли разом исчезли в мгновенно опустевшей голове.
«Надо же что-то ответить! И быстро! Но что?»
– Это Кай, – отозвался Питер, представив меня именем брата. – Первый бой, так что паренёк совсем без сил. Мы тут вообще на отдыхе. Никто не ожидал такого прорыва.
– С боевым крещением, – хмыкнул Хоторн, сжимая и разжимая кулаки. Мгновение, и в его руках появились клинки с черными лезвиями, на которых огнём горели непонятные письмена. – Зато будет что друзьям рассказать.
 
– Наложение. Пять трещин.
– Надо же… хорошо подготовились. – Мужчина поднял голову и вгляделся в трещины.
Мне показалось или в его глазах вспыхнуло пламя, идентичное тому, что я видела в глазах монстров?
Не знаю, что именно там он увидел, но Хоторн внезапно снова посмотрел на меня. Как-то слишком пристально.
«Понял? Узнал?!»
Как же сложно притворяться безразличной и ничем не выдать себя.
– Ты держал оборону?
Я неловко кивнула.
– Молодец, Кай. Мастерски сработано.
Вот этого я точно не ожидала, поэтому и растерялась.
– Все силы отдал, почти перегорел, хорошо, я успел на подмогу, – вмешался Питер. – Еще один прорыв над морем. Небольшой, скорее всего отвлекающий. Кай, возвращайся домой. Дальше мы сами.
– Но… – с трудом произнесла я, радуясь, что голос от напряжения и пепла звучал грубо и больше походил на скрип камня по стеклу.
– Питер прав, – согласился Хоторн, утратив ко мне интерес. – Еще немного – и перегоришь. Отправляйся домой. С тебя хватит на сегодня приключений.
Было обидно.
Я тут так долго удерживала трещины, боролась с исчадьями тьмы, а меня вот так просто отправляют домой? Даже не дав посмотреть? Я ведь имела лишь общее представление о том, как Хоторны и Монрей взаимодействуют, заделывая трещины. Совсем другое – увидеть это вживую, тем более здесь!
Этот прорыв же войдет в историю!
Но, с другой стороны, я отлично понимала, что сил больше нет.
Сейчас я держалась лишь на упрямстве и на помощи Питера. Но когда-нибудь иссякнут и его силы, а значит, исчезнет и шлем с доспехами. И от моей маскировки не останется и следа.
Этого допустить было нельзя.
– Хорошо, – глухо произнесла в ответ, чуть наклонив голову и пряча глаза.
Я отступила, но взгляда от трещины не отводила.
Все дальше и дальше.
Крыльям было тяжело нести меня, надо было вызвать Эфри, но я всё оттягивала этот момент.
Хоторн не должен её увидеть! Не должен рассмотреть и понять, как она необычна. Возникнут вопросы, на которые я не могла дать ему ответы.
Вперёд и вперёд.
Это оказалось сложнее, чем я думала. Крылья были созданы не для этого и сил забирали много. Тот импульс силы, что дал мне Питер, быстро заканчивался. Делать нечего.
Надо открываться.
«Эфри!»
Я закрыла глаза, стараясь удержать броню хотя бы на пару минут, и полетела вниз.
Там меня уже подхватил пегас.
До дома мы добрались уже без сил.
Эфри тяжело опустилась на землю и упала на колени, тяжело дыша.
– Умница, – шепнула я, глядя её по волосам, и сползла вниз. – Возвращайся назад. Тебе надо набраться сил.
Пегас вернулась в медальон, который тут же потяжелел на груди, а я направилась к дому, медленно шагая, на большее меня не хватило.
Шлем и доспехи исчезли где-то на полпути, и сейчас на мне было грязное, покрытое сажей и пеплом платье. Волосы спутаны и растрепаны, горло першило и болело, и так тяжело было дышать.
Я смогла сделать всего десяток шагов, потом просто надоело.
«Хватит, – решила я, опускаясь на землю. – Какая мягонькая травка, как пух. Вот здесь я и посижу… или полежу».
Я легла под куст и свернулась калачиком, наконец позволяя себе отключиться.
Хватит, навоевалась.
Очнулась я уже гораздо позже.
В своей комнате, в своей кровати. И рядом с мамой, которая сидела рядом в высоком кресле, нe сводя с меня глаз. Судя по нездоровой бледности на лице и усталости во взгляде, сидела матушка не просто так, а приводила неразумную дочь в чувство, использовав значительную часть собственных сил.
Тут же проснулось вина.
– Добрый… – я мельком взглянула на окно и тут же сориентировалась, – вечер.