Звездные Войны. Бегун (СИ)
— Позаботься о ней, а я тут присмотрю за оставшимися, — после чего разорвал связь.
Не переставая гладить девушку по голове я успокаивал её, стараясь окутать своим теплом и заботой. Рыдающая арканианка прижалась ко мне, закрываясь руками и размазывая по лицу слёзы. Несколько долгих минут мы сидели так, а я не переставая говорил ей что всё будет хорошо, что это временные трудности и их просто нужно пережить. Ведь ничего не бывает вечного. Пройдет и это, минует нас как страшный сон. Мы проснёмся, а его уже нет. А за окном на нас смотрит ласковое и нежное солнце.
Наконец девушка немного успокоилась и перестала рыдать, но по-прежнему прижималась ко мне, крепко обхватив меня руками.
— Задушишь! — не выдержал я, малость придавленный женскими объятиями. И не только объятиями. Не то чтобы я был против подобного, может быть очень даже за. Раньше… До того, как. В общем, Фэй немного успокоилась, и пора бы ей уже отпустить маленького меня. — Отпусти!
С трудом разжав руки, девушка выпустила меня. А я впервые в своей новой жизни почувствовал острый укол ревности. Маленьким я действительно был во всех смыслах. Особенно если некоторые особенности моего нынешнего организма сравнивать, км, подобным образом.
— П… прости, — прошептала она, отвернувшись. — Глупо вышло, да?
— У всех есть свои маленькие слабости, — пожал я плечами, мысленно передернувшись. Вот ведь, не отпускает меня эта тема. — Тем более у девушек. Ээээ, в смысле у нас. Мы ж это, — покрутил я ладонью, — слабый пол!
— Какой пол? — повернулась она ко мне, недобро прищурив покрасневшие от слёз глаза. Надо же, у арканианцев, оказывается, и так бывает.
— И правда, глупость сморозила… — осторожно заметил я, почёсывая затылок и медленно отстраняясь от Фэй.
— Аки… — позвала меня девушка.
— А чего сразу я? — выставил я ладонь. — Все так говорят!
— Аки! — нахмурилась Фэй и тут же улыбнулась мне, расслабившись. — Спасибо тебе.
***
Пробиться к нам дурос смог только через три часа. Хорошо ещё, что большую часть ремонта взял на себя наш новый меддроид. Во время попытки прорыва блокады он разбирался в грузовом отсеке и когда двери заблокировались оказался отрезан от Рима. Зато дроиду не требовался кислород и скафандр, при этом он весьма творчески подошел к ремонту нашего корабля, истратив почти полный запас монтажной пены и вырезав в ней красивые переходы, арки и странные скульптурные композиции. Увидевший подобное непотребство дурос долго гонялся за жестянкой по грузовому ангару, зажав его в итоге у двигательной установки. И только лишь наличие на борту раненых спасло начинающего скульптора от неминуемого разбора на запчасти. Или, как минимум, от тотальной очистки памяти. Хотя я очень сомневался, что это поможет. Чувства подсказывали мне, что "Надежда" вполне способен симулировать этот процесс, водя разумных за нос. Впрочем, опасности от него я тоже не ощущал, поэтому придержал свои мысли при себе. В конце концов это мой робот, кто бы там что по этому поводу не думал.
Как оказалось, это чудо на тоненьких ножках, которые он смастерил себе перед бегством от Хаффа, заблудилось в песках Татуина. Скорее всего виной тому была начавшаяся песчаная буря и сопутствующие ей изменения в магнитном фоне планеты. Как бы то ни было, заплутавший меддроид в прямом смысле слова споткнулся о корабль, протаранив его своей репульсорной платформой. Не ожидавший подобной наглости дурос приголубил жестянку ионным разрядником, после чего притащил на разборку в грузовой отсек. Правда, опознав нарушителя, его планы изменились и снабдив найденыша ограничителем он, скрипя сердцем, допустил его до раненого парня. И это фактически спасло Загди жизнь, так как до появления дроида он был уже в критическом состоянии.
Расположившись втроём в тесной кабине бомбардировщика, мы обсуждали наши дальнейшие шаги. Фэй, оправившись от своей минутной слабости, подняла данные о местоположении корабля перед прыжком. И как выяснила девушка, летели мы сейчас совсем не туда, куда изначально хотели. И где мы в итоге окажемся Фэй не знала.
На этом неприятные новости для нас не заканчивались. Как сообщил нам Столт, до световой двигатель корабля был сильно поврежден. Дурос успел деактивировать его, но оказавшись в обычном пространстве мы фактически не сможем передвигаться или сможем, но… Бантам на смех.
Конечно, можно совершить ещё один короткий прыжок на резервном гипердвигателе в зоне прямой видимости. Для главного это слишком маленькая дистанция. Но это если нам повезет, и мы вообще сможем выйти в обычное пространство. Да и количество таких прыжков ограниченно, резервный двигатель просто не выдержит подобного издевательства.
— Ждать смысла нет, — задумчиво говорила Фэй, рассматривая калейдоскоп кружащихся вокруг кабины цветов гиперпространственного туннеля. — Мы всё дальше и дальше удаляемся от известных нам маршрутов. Поэтому я предлагаю прервать прыжок и выйти в обычное пространство. Там уже сориентируемся по обстоятельствам.
Дурос промолчал, пожевав губами. То, что они окажутся в пустоте обычного пространства, вдали от населенных планет, было очевидно всем.
— Поступай так, как считаешь нужным, — ответил он наконец. — Пока парень в отключке, командуешь здесь ты.
— Аки? — повернулась ко мне Фэй.
— Я мало что понимаю в этом, — пожал я плечами, — разве что могу посоветовать не торопиться.
— Ты что-то чувствуешь? — наклонила Фэй голову, рассматривая меня.
— Нет, — развел я руками. — Простая логика. Мы слишком близко к Татуину. А раз мы пробиваем путь самостоятельно, то и двигаемся значительно медленнее. Как бы после выхода в обычное пространство нас не перехватили.
— А говоришь, что ничего не понимаешь в этом, — усмехнулась Фэй. — С другой стороны, — вздохнула она, — может будет к лучшему, если нас найдут. Даже если это враги…
— Я совсем не против хорошей драки, — оскалился я, — но всё же предпочту не попадать в руки этих странных личностей. Тот ситх не внушает мне доверия. Совсем.
— Это да. — Согласилась девушка, поёжившись и явно вспомнив что-то ещё.
— Так что будем делать? — спросил дурос.
— Ждём, — решилась Фэй. — Навигационный компьютер у нас не слишком мощный, но я попробую рассчитать вектор прыжка и найти ближайшие системы, возле которых мы могли бы выйти в обычный космос. Даст Сила, они окажутся в пределах нашей досягаемости, если мы правильно подберем время выхода.
— Привлеки дроида, — посоветовал я.
— 2-1B? — удивилась Фэй. — Он же не астродроид.
— Надежду, — кивнул я. Дурос скосил на меня взгляд своих больших глаз, подозрительно щурясь. Ну да, я ж ему ничего про дроида не рассказывал. А сама жестянка, похоже, до сих пор шифруется.
— Надеж… — начал было расспрос Рим, но его прервал вызов коммуникатора. Склонившись над пультом управления, Фэй активировала связь.
— Мастер Столт, — раздался в коммуникаторе скрипучий голос дроида. — Мастер Столт, вы слышите меня?
— Говори, — повернулся к панели управления дурос, — я слушаю.
— Джедай умирает, — сообщила нам Надежда. — Я ничем не могу ей помочь.
Вскочив с кресла я бросился в каюту, по пути едва не сбив с ног замешкавшегося дуроса.
***
— Странная девочка, — размышлял про себя Столт, безуспешно пытаясь догнать Аки. — И удивительно быстро она подмяла под себя Фэй.
До этого старый дурос ни разу не видел, чтобы Фей Алтунен подчинялась кому-либо. Если, конечно, для этого не было особых причин. Разве что Загди, но от любви все разумные теряют голову, особенно женщины. Так что это не удивительно и попадает в категорию тех самых особых причин. Да что там говорить, девчонка даже семью свою не послушала, проигнорировав их желание выдать её замуж за влиятельного политика Аркании. Сбежала с возлюбленным полукровкой, дважды опозорив своего отца перед аристократическим обществом их планеты.