Убить Первого. Том 4 (СИ)

— Что угодно, лишь бы со стены слезть, — фыркнул Алан.
— Да что ты понимаешь, сопляк! — махнул рукой Снор, — я скоро тут корни пущу, сил уже нет…
— Нечего было задираться, — хмыкнул блондин. Самир усмехнулся в кулак, а часовой, послав их обоих к Первому и отвернулся, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Покосившись в сторону горящей кучи тел, Алан сбивчиво попрощался и поспешил разнести целебные снадобья остальным часовым, после чего сразу же убрался обратно в лазарет. На душе у юноши было донельзя мерзко. Протискиваясь сквозь толпу поникших людей в сторону обители лекарей и алхимиков, он старался не смотреть никому в глаза, и вообще не задерживаться. Люди молчали, из тех, кому посчастливилось оказаться по эту сторону крепостных стен, никто вслух не возмущался и не жалел тех, кто остался снаружи. Но немой укор, тяжелые, злые и невероятно грустные взгляды были для Алана хуже любых слов. Он не представлял, как Снору удаётся днями напролёт наблюдать за происходящим. Ему за один обход становилось невыносимо мерзко, а уж какого должно приходиться часовым…
Захлопнув за собой дверь лазарета, Алан негромко поздоровался с ранеными и, прислонившись к деревянной стене, приложился к небольшой бутылочке. Вересовка обожгла горло, блондин поморщился, вздрогнул и, тяжело вздохнув, побрёл к своему столу. Он молился Творцу, чтобы подкрепление из Перевала прибыло как можно скорее. И почему они сами не могли сопроводить беженцев к главному поселению? Вздохнув, парень покачал головой. Наверняка, у коменданта были причины, которые им, простым одарённым, знать совершенно необязательно. Оставалось лишь надеяться, что кошмар всех этих людей скоро закончится…
***
— Далеко ещё? — спросила Лиза, брезгливо отодвинув копьём тело мёртвого фоцианина. Мертвец покачнулся. Послышался шорох, посыпались мелкие камешки, труп пополз с берега и с громким плеском рухнул в воду, скрывшись в волнах Яли. Лиза мгновенно переместилась шагов на пять влево и сделала вид, что она здесь не причём.
— Нет, — покачал головой Эдван. Приобняв девушку за плечо, он указал пальцем вперёд, туда, где берег становился более пологим, а верхушки сосен скрывал утренний туман, — Видишь, где берег снижается. Уборг находится чуть дальше, у старого брода. Когда-то здесь был тракт, но сейчас от него мало что осталось. Крепость стоит почти у самой реки, заблудиться невозможно.
— Прекрасно, — мрачно кивнула Лиза, — блуждали мы здесь достаточно.
— Туман. Обычное дело, — пожал плечами парень, оглядываясь по сторонам.
Их небольшая группа из пятнадцати человек состояла почти полностью из бывших членов отряда старого Матса. После резни в Красном камне они ещё обшарили окрестности, уничтожили несколько стай тварей и небольшую группу фоциан, после чего старики решили уйти на покой. Хрут без ноги пойдет в наставники, а Матс хотел вернуться в гарнизон. Он ещё не оправился после сражения с вражеским Озером. Некоторых бойцов приказом оставили вместе с новым отрядом близ Ротборга — сторожить границу и пресекать попытки тварей обойти горную цепь с севера. Остальных же, под руководством самого молодого мастера Озера, отправили в Уборг над Ялью. Случилось это около недели назад и Лаут предполагал, что сегодня они, наконец, доберутся до злополучной крепости.
С отрядом вообще интересно получилось. Тот свалился на голову парня совершенно неожиданно. Причём не только для него самого, но и для других бойцов. Все ожидали, что назначат кого-то более опытного, но не слишком старого. Ставили, в основном, на молчаливого Трина, с которым Лиза и Эдван познакомились во время обхода Ротборга. Впрочем, против Лаута, особенно после боя в Красном камне, никто не возражал. Как рассказал им командир отряда, пришедшего из гарнизона в Ротборг, за своё назначение Лауту следовало поблагодарить старого Матса. Без его рекомендации во главе группы поставили бы кого-то более опытного, несмотря на золотой значок.
За время своего путешествия из Красного камня к Уборгу они несколько раз сталкивались с фоцианами и зверьём, особенно вблизи Яли. Однажды даже выручили товарищей с Перевала, нарвавшихся на превосходящего числом врага.
 
Вздохнув, Эдван оглядел каменистый берег. На ветках старой лиственницы покачивались шесть мёртвых обезьян. Рядом стоял грузный бородач Берси, задумчиво прикидывая, как бы повесить седьмого. Пара бойцов стояла на часах, а остальные, сидя у костра, без особого интереса наблюдали за художествами товарища. Была у Берси какая-то особая любовь к таким вот устрашающим композициям. Если было время, он никогда не упускал возможности соорудить что-нибудь из тел врагов. Повесить, как сейчас, насадить головы на копья…
— Скульптор недоделанный, — пробормотал про себя Эдван и, нахмурившись, вгляделся в просветы между деревьями.
Вот уже несколько часов его преследовало ощущение, словно кто-то за ним наблюдает. Откуда-то издалека. Это чувствовалось совсем слабо, почти незаметно, и оттого тревожило Лаута ещё сильнее. Он никак не мог найти источник чужого внимания. Стоило ему только напрячь свои чувства, или сдвинуться с места, как оно тут же бесследно исчезало. Парень даже грешил одно время на ветер, подумав, что нашёлся какой-то фоцианин с контрактом воздуха. Он даже лес окружающий прочесал в одиночку, но так ничего и не нашёл. Никто из его отряда не чувствовал ничего похожего, и это было невероятно странно.
— Может, какая-то хитрая одарённая тварь? — предположила Лиза, когда он поделился с ней.
— Которую я не заметил?
— Ах, конечно, — всплеснула руками девушка, — раз не заметил, то и быть того не может! Сам же мне рассказывал про Акдаг, помнишь? Атру того барса ты тоже не мог почувствовать, хотя стоял совсем рядом с ним.
— Тогда я ещё не привык к силе Озера, — пробормотал Эдван, но увидев, как Лиза скептически изогнула бровь, поспешил согласиться, — но ты права. Может быть, здесь тоже обитает кто-то сильный. И он просто не хочет, чтобы мы заходили на его территорию…
— Не привык он, — фыркнула Лиза, — я с Прудом-то почти месяц осваивалась. Да этот твой Кусай, должно быть, годы тренировался и медитировал, чтобы чувствовать воздух на тысячи шагов вокруг себя. А у тебя даже контракта такого нет! Даже мастер Ганн, когда сумел подняться, долго тренировался…
— Да понял я, понял. Просто обидно! Чувствую, кто-то смотрит, а найти не могу! Озеро ещё…
— Ничего, — улыбнулась Лиза, — потренируешься, и найдёшь. Кстати, я только что вспомнила! Ты сказал, что мы около старого тракта?
— Да. Он там, — Лаут махнул рукой вдоль течения, — на востоке. Почти прямая дорога на Перевал.
— Помнишь Акки? Из тех, кого мы спасли позавчера.
Эдван кивнул.
— Он тоже говорил, что там кто-то завёлся. Вернее… предупреждал, чтобы мы не шли лесом, а двинулись вдоль берега, — сказала девушка и, увидев, как нахмурился Эдван, добавила, — ты и так выбрал эту дорогу и я тебе просто забыла сказать. Помнишь, они рассказывали, что из Уборга начали переправлять беженцев на Перевал?
— Помню. Хотят увести всех мирных жителей оттуда и оставить только мощный гарнизон. Сейчас, кажется, там полная крепость неодарённых.
— Да, и Акке рассказывал, что близ Яли на старом тракте начали пропадать целые отряды с беженцами. Уже дважды, и выживших не нашли. Вообще никого. И среди них не было мастеров Озера, то есть тварь, или стая тварей, если завелась, нападает только на тех, кто слабее.
— Разве беженцев не переправляют каждый день?
— Да.
— Выходит, ублюдок хорошо затаился, раз до сих пор не нашли, — пробормотал Эдван. Он ещё раз внимательно осмотрел лес. Ощущение чужого взгляда мгновенно пропало, стоило ему повернуться. Тяжело вздохнув, парень повернулся к бойцам, — привал окончен. Отправляемся в Уборг!
Конечно, у Эдвана была мысль взять своих бойцов и отправиться на поиски зверя, но он отказался от неё. Неизвестно, насколько эта непонятная тварь сильна. Одна ли она, или со стаей. Не хотелось бы потерять всех из-за собственной самоуверенности. Уж лучше собрать воинов для охоты в Уборге. Двух мастеров Озера должно хватить…