Убить Первого. Том 4 (СИ)

— Поздравляю с новой ступенью, Лаут, — сказал он, бросив парню какой-то мелкий предмет. С лёгкостью поймав его, Эдван с удивлением обнаружил золотой значок. Такой же, какой носили сильнейшие бойцы Перевала Тысячи Гроз, — нацепи куда-то на видное место, скоро он тебе пригодится, — проворчал мужчина.
— Мы отправимся в поход? — удивилась Лиза. Орм истолковал её удивление по-своему и его губы искривились в жесткой усмешке.
— А ты думала вечно в кузнице сидеть будешь? Как бы не так! Раз так отчаянно боролись за право сражаться, так рвались к новым ступеням, то и получайте, — сказал он и, подождав с минуту, оскалился, — почему не вижу радости на лицах от предстоящих подвигов, герои Перевала? Впрочем, порадоваться ещё успеете. Хорошо, что вы двое пришли первыми, — пробормотал он, — с завтрашнего дня поступаете в распоряжение Матса. Оба. Отправитесь к Акдагу, в Ротборг, спасать тех, кого ещё можно, и отогнать макак от наших гор. Если станет совсем туго, сместитесь к Яли и присоединитесь к обороне Уборга. У них там сейчас неспокойно. Это главное, — серьёзно сказал Орм, глядя, в основном, на Эдвана.
— Понял, — сказал Лаут, показывая, что запомнил.
— Остальное расскажет Матс. Если посчитает нужным. Это всё, — произнёс Орм и, вздохнув, добавил, но уже куда тише, — и не смейте мне помереть.
— Нам не впервой, — ответил Эдван.
— Идите уже, — проворчал командир, всем своим видом демонстрируя, что видеть их больше не желает.
— Не знаешь, кто такой Матс? — полушепотом спросила Лиза, когда они уже закрывали за собой дверь.
— Не знаю, — пожал плечами Лаут, — у меня есть смутное ощущение, что я где-то встречался с ним, но… я честно не помню.
— Ладно, завтра увидим, — тяжело вздохнув, пожала плечами Лиза. Кажется, её грандиозные планы по затягиванию парня на горячий источник пошли прахом. Впрочем, это не значит, что она не успеет закончить подарок. Быстро прикинув что-то в голове, она повернулась к Эдвану с хитрой улыбкой, — хочешь сходить со мной в кузницу? Хотя нет, нет, не ходи. Завтра увидишь. Пусть это будет небольшой неожиданностью, — прошептала она и, поцеловав, убежала прочь.
Около минуты Эдван смотрел вслед убегающей девушке, гадая, что же такого приготовила для него Лиза, после чего улыбнулся и направился в Дом начертания. Не одной девушке нужно было подготовиться к походу.
В обители мастеров начертания его встретили очень тепло. Его поздравляли, хлопали по плечам и желали успехов в дальнейшем развитии и, разумеется, в постижении искусства начертания. Даже мастер Регин, вопреки своей обычной ворчливости, расщедрился на похвалу в адрес Эдвана, чем поверг в шок почти всех собравшихся. Мастер Уна же, поздравив юношу, подарила ему в честь восхождения на Озеро новую перевязь для меча, из кожи старого громового ящера. Проведя пальцем по шершавой поверхности, Эдван почувствовал еле заметную вязь магических знаков на внутренней стороне. Работа была очень тонкой и парень, глядя на улыбку старушки, догадался, что делала это сама мастер Уна. Изделие почти идеально подходило по цвету к доспеху Лунной тени и отлично держало костяной клинок.
Поблагодарив наставницу за подарок, Эдван принялся за сборы. Раздобыл у знакомого Уны новый походный рюкзак, заглянул в мастерскую, где прихватил с собой инструменты: штихель, жёсткую кисть с иглой для письма кровью, стопку особой бумаги для магических талисманов в два пальца толщиной и не меньшую стопку готовых талисманов самых разных назначений. Последние он беззастенчиво забрал из-под носа у подмастерьев, которые их готовили. Помимо прочего мастер Уна всучила ему бурдюк с бесконечной водой. На самом деле вода, разумеется, не была бесконечной, просто благодаря магическим знакам на коже внутри сосуд мог создавать новую воду, если его наполнить атрой.
— Ты бери, бери, — сказала Уна, положив этот самый бурдюк в рюкзак Лауту, — сам мастер Регин придумал в молодые годы. Положено всем золотым, вот и ты не стесняйся.
Эдван провёл в Доме Начертания ещё полчаса прежде, чем сумел вырваться из круговорота поздравлений, напутствий и пожеланий удачи в предстоящем походе. Заглянув к интенданту в казармах, он запасся едой, после чего зашел к себе и, собрав всё необходимое для похода, впервые за две недели позволил себе снять доспех и немного расслабиться.
 
Одетый в одну лишь лёгкую рубашку, Лаут вышел наружу и направился к задним воротам крепости, в долину за Перевалом. Он неспешным шагом двигался вниз по улице в сторону рынка, разглядывая снующих туда-сюда людей. Остановился поболтать со стражниками, перебросился парой слов со знакомым трактирщиком, улыбнулся, когда в него чуть не врезался какой-то мальчишка, удирающий от сверстников. Эдван прошёлся по рынку, с глупой улыбкой наблюдая за снующими туда-сюда людьми, слушая перепалку какой-то женщины с лавочником, крики детей, шум толпы. Обострённые чувства Озера мгновенно улавливали десятки голосов, сотни слов, шорохов, стуков и прочих звуков на оживлённом рынке почти в самый разгар дня. Через несколько минут у Эдвана начала даже немного побаливать голова от этого дикого шума, но он пересилил себя и, купив какую-то сладкую лепёшку и кружку мёда, продолжил прогулку. Со временем дискомфорт исчез и Лаут мог свободно выделить из общего шума что-то одно, просто сосредоточившись на нужном звуке или ощущении. Теперь не приходилось силой притуплять все свои чувства, как в Грозовом ущелье, лишь бы не оглохнуть от царящего там грохота.
Улыбнувшись, Лаут сосредоточился на новых ощущениях. Прищурившись, прочёл надпись на дощечке в другом конце улицы, почувствовал удар разбившегося кувшина о землю, услышал тихий разговор двух стариков о надвигающейся войне почти в полусотне шагов от него. Мотнув головой, Эдван рассеял внимание и продолжил прогулку, время от времени испытывая новые возможности.
На самом деле, сам того толком не осознавая, Эдван вовсе не пытался свыкнуться с обострёнными чувствами. Гуляя здесь, среди простых людей, он старался ещё хотя бы разок уловить душой то самое чувство защищённости и беззаботности, которым и подкупил его Перевал Тысячи Гроз. Ощутить хотя бы намёк на вкус мирной, спокойной жизни, ибо завтра ему предстояло вновь окунуться в сражения и глубоко внутри юноша понимал — почувствовать вновь это спокойствие ему удастся очень нескоро. Если удастся вообще когда-нибудь.
По дороге назад, к казармам, Эдван встретил Яна, который в компании Мариса и Рауда направлялся в трактир. Выглядел парень как-то потерянно, из чего Эдван сделал вывод — их всех отправят за Яль. И эти догадки полностью подтвердились.
— Нас отправляют в Марос, на северо-запад. Сторожить тылы, чтобы твари не пробрались к нам в спину, — поделился Рауд, когда ребята устроились в трактире, — ходят слухи, там шныряют стаи айадов, а ещё видели разведчиков обезьян.
С лица рыжего не слезала счастливая улыбка, он буквально светился от радости и предвкушения, настолько сильно его манили ожидающие впереди сражения. Глядя на него, Марис, Ян и Эдван только качали головами. Они считали, что желание Рауда показать всему Перевалу и, в особенности, его владыке, чего он стоит в бою с тварями, до добра не доведёт. Однако, вслух никто из них не высказывался. Рауд был на редкость упёртым и не потерпел бы нападок на свои мечты.
— А я буду помогать с переправой беженцев на Перевал, — поделился Ян, и по его лицу и третьей бутылке вересовки Эдван мог сказать, что предстоящий выход во внешний мир пугал парня до дрожи, — из Уборга, сёл там. Опасное дело, конечно, но кто-то же должен. В конце концов, я же стражник, — невесело усмехнулся парень, — это наша работа… спасать беззащитных.
— Слышал, в Уборге тяжело. Твари осаждают крепость…
— Да, — односложно ответил Ян, — я тоже.
— Всё будет хорошо, — хлопнул друга по плечу Эдван, — главное, следи за окружением и не теряй бдительности. Бей насмерть и избегай заведомо сильных врагов. По-крайней мере, не бейся с такими в одиночку. Вас же не зря будет целый отряд…