Аль! Пу-пух…
Кто накроет разом всю группу?
Кто сделает такой страйк, что стайка хилых новичков целиком впорхнет в пещеру как от мощного пинка?
Кто устроит ни о чем не подозревающей девушке снежные «похороны», придавив ее гигантской грудой снега, упавшей с неба?
Каждый день их веселье бурлило и кипело. Каждый день их проклинали, обзывали, заносили в списки врагов. Каждый день на них жаловались стражам. Но злым весельчакам все было нипочем. Они отрывались. Швырялись снежками без остановки. Однако не все коту масленица. Площадка с пещерой хоть и была достаточно популярным местом, порой все же пустовала и она. Юркнет в пещеру новая группа игроков, ушедшая с заданием – и целый час никого. Приходится оттачивать мастерство метания снежков друг на друге, на камнях, торчащих из снега, бросаться в стенные ниши и статуи. Скука…
И тут такой подарок – на площадке обосновалась живая статуя!
Некий Орбит Новос. Человек. Класс неизвестен, но точно не воинский. Уровень двадцать четвертый. Одет в лохмотья. Сидит неподвижно перед дурацкой статуей. Видимо, занят чем-то важным. Может, не стоит тревожить его в таком случае?
Ага. Как же.
Первый снежок последовал от Хохотуна. Ударил точно в затылок. Тощего парня швырнуло вперед и приложило лицом о каменную книгу, раскрытую на коленях статуи. Сняло несколько хитов жизни. Орбит Новос оглянулся, посмотрел с некоторым удивлением на ухмыляющегося метателя, что издевательские отсалютовал ему и заявил:
– Не благодари, чел. Снежками бафаю бесплатно.
Ничего не ответив, Орбит отвернулся и продолжил созерцание статуи. Новый снежок ударил в плечо, отчего игрока повело в сторону, и тот едва не упал. Орбит снова обернулся. Великий Кинг развел руками:
– Прими баф и от меня, чел. Пригодится.
Орбит отвернулся. Стряхнул снег с плеча. Приложил ко рту горлышко бутылочки с «Душежогом»… и от нового удара снежком опять клюнул носом.
– Эй, чел! – обеспокоенно крикнул Кинг. – Не спи – замерзнешь!
– Пока ты спишь – враг качается, чел! – добавил Хохотун, и оба приятеля залились смехом.
Они ожидали возмущенной реакции. Ругательств, криков, возможно, просьб не мешать. Может быть, ответного смеха. Или же броска снежком в жалкой попытке отомстить – в таком случае по жертве открывался шквальный огонь, и вскоре получалась «снежная могила», как оба называли этот прием. Жертву буквально хоронили в снегу. Веселья хоть отбавляй. Но Орбит Новос повел себя иначе. Вернее сказать – никак не повел себя. Промолчал. Продолжил таращиться на статую.
Игнорирование злило.
В спину Орбита один за другим ударило четыре снежка.
Пятый прилетел в затылок. Шестой шлепнулся на его макушку, упав с серых небес.
Пошел снег. Частое здесь явление, добавляющее новых сугробов и снижающее видимость. Шутникам снег не был помехой. А вот необычное поведение Орбита Новоса…
Первым не выдержал Хохотун. Дернув щекой, он поймал друга за руку.
– Ну нафиг. Пусть сидит.
– А? Ты чего?
– Пусть сидит себе, – повторил Хохотун. – Прикололись, и ладно. Хватит.
– Да с чего хватит? Тебе его жалко, что ли?
– Ну… вдруг у него реально плохое что-то случилось? Там – в реале. А он сюда пришел посидеть, в себя немного прийти. А мы снежками долбашим. Ты сам глянь – у него ноль реакции.
– Это и бесит! Пусть скажет – прекратите! И снежка больше не кину! Эй, чувак! Заторможенный! У тебя случилось что?! – прокричал Кинг, подбрасывая на ладони плотный снежок – А? Мы тебе мешаем? Так ты только скажи, чел – и мы сразу исчезнем! Прямо как незабудки под копытом атакующего дхомба! Ты только скажи!
В ответ тишина.
– Вот видишь, – расцвел Кинг в злой усмешке. – Он молчит!
Хекнув, он для пущего эффекта крутнулся юлой и с силой швырнул снежок. На этот раз эффект превзошел все их ожидания. Снежный ком ударил Орбита Новоса в уже привычное место – в затылок. Парня швырнуло вперед. Удар о каменную книгу на коленях старца также не был чем-то новым. Вот только за долю секунды до попадания снежка, как мог бы поклясться наблюдавший Хохотун, страницы книги вроде бы подернулись мерцающей дымкой. Словно туман искристый поплыл по страницам. Проплыл… и исчез…
А Орбит Новос вскочил.
Круто развернулся.
И взглянул на не дающих ему покоя двух игроков. И взглянул так, что те невольно отшатнулись, Кинг сделал шаг назад, непроизвольно спрятав руку с очередным снежком за спину. Лицо Орбита пугало – напряженное до предела, застывшие сузившиеся в бешенстве глаза, плотно сжатые губы. Выражение глаз… не передать… это чистая ледяная ярость, странное безмолвное обещание чего-то очень нехорошего. Сгорбленная фигура с податыми вперед плечами неподвижно стояла в сугробе и казалась брошенной на снег гранатой с выдернутой чекой. Вот-вот рванет…
Но взрыв не раздался. Постояв еще немного, Орбит развернулся и мягко опустился на прежнее место. Опять застыл перед стоящей в нише статуей. Замер в оцепенении, не сводя глаз с припорошенных снежком страниц.
– Писец… – сипло выдохнул Хохотун. – Фига се…
– Н-на! – со странно тонким клекочущим криком Кинг бросил снежок. – Т-ты…
Кингу было безумно стыдно. Только что он трусливо сделал шаг назад. Да еще и боязливо спрятал снежок за спину – как нашкодивший мальчишка, боящийся гнева взрослых. Но это лицо… это страшное замороженное лицо с неподвижным грозным взглядом… ему почудилось, что перед ним стоит буйный безумец. Вооруженный безумец – воображение успело дорисовать в руке Новоса то ли окровавленный нож, то ли кусок стекла… Сейчас, когда наваждение спало, опомнившийся Кинг будто взбесился. И принялся швырять снежки один за другим. Стоящий рядом Хохотун в недоумении смотрел на спятившего приятеля.
– Эй! – крикнул он. – Тормозни!
– Не лезь! Понял?! Не лезь! Зашибу! – донеслось в ответ.
Кинг с остервенением метал снежок за снежком в спину Новоса.
– Как-как? – переспросил Хохотун изменившимся голосом.
В очередной раз вздрогнув, отчего брошенный снежок отклонился от цели и ударил в стену, Кинг пришел в себя и, не глядя на Блоксо Хохотуна, пробормотал:
– Сорри. Сам видишь?
– Вижу что? Пошли отсюда. Мы ему мешаем.
– Да и плевать! – снова завелся Великий Кинг. – Плевать! Плевать! Пусть скажет одно слово! Любое слово! Пусть хоть к чертям меня пошлет! И я сразу уйду! Эй! Скажи что-нибудь! Скажи! Скажи!
Орбит Новос молчал. Дергаясь под ударами снежков, медленно скрываясь во все растущем сугробе, он молчал. Пошевелился лишь раз – достал небольшую бутылочку согревающего средства и сделал глоток. Погода морозная. Если не согреваться – заледенеешь. Глядя на его отрешенное лицо, никак нельзя было поверить, что только что Новос вскакивал во вспышке безумной ярости. Такое лицо скорее подойдет буддийскому монаху, застывшему в многочасовой медитации перед стеной.
– Одно слово! Скажи одно любое слово! – продолжал кричать Кинг, что никак не мог остановиться.
И самое плохое – он не понимал, почему не может прекратить эту ставшую несмешной забаву. Просто не может остановиться, и все. Он просто не может проиграть этой безмолвной безразличной спине.
Следующий снежок летел точно в цель. Но Новоса не коснулся. Разлетелся мелкой снежной пылью в стальной ладони. Отразивший снежок игрок чуть шагнул, загородил собой сидящего у статуи парня. Опустив руки, глянул на Великого Кинга и Блоксо Хохотуна.
– Прекращайте, – пророкотал уверенный голос.
Лица не разглядеть. Не самый дорогой, но вполне приличный железный шлем скрывает голову широкоплечего игрока. Поверх видавших виды доспехов наброшен белый плащ с меховой оторочкой. Игровой ник не прочесть – информация скрыта, над шлемом нет ни единой буковки или цифры.
– Отвали, – окрысился Кинг, пригибаясь и сгребая снег. – Свали к чертям! Прямо щас!
Орбит Новос никак не отреагировал на прикрывшего его игрока. Даже не взглянул. Все его внимание обращено к каменным страницам.
– Здесь можно метать снежки, – попытался решить делом миром Хохотун. – Это Арена Снежков. Просто веселье.