Вампир в Академии магии, или поцелуй меня, любимый! 2 (СИ)
Она всё ещё есть во мне — тень ревности…
Это жутко огорчало, и я начал злиться. На эту самую ревность, на себя, на Селия, на весь мир!
Пообещал себе, что обязательно сегодня поимею сразу двоих девушек и получу от этого максимум удовольствия.
Но глаза все равно постоянно косились на возмутителя моего спокойствия, жаждая увидеть, влился он в атмосферу порока и удовольствий или нет.
Сперва он сидел на подушках мрачный, как туча. Я же расслабился и… позволил особо активной куртизанке поцеловать меня. Закрыл глаза, попытался отдаться этому поцелую, но… внутри было холодно и пусто. Абсолютно.
Значит, мне нужно больше прикосновений! Больше страсти!!!
Но ничего не выходило.
Я почти с отвращением разорвал поцелуй и снова посмотрел на Селия.
Мальчишка улегся на подушки и замер с закрытыми глазами. Девушки чувственно и услужливо массировали его пальцы, и по их лицам я видел, как они заинтересованы в нем. Видимо, он был красив не только для меня…
Ой, ну что я опять о его красоте??? Не хочу! Не хочу!!!
Но на лице Селия вдруг появилась легкая мечтательная улыбка, и я ощутил поднимающееся изнутри ещё бо́льшее раздражение.
Снова обернулся к куртизанке, которая с предвкушением распахнула глаза, и хотел наброситься на нее… в отместку Селию, но не смог. Просто не смог…
Не сумел даже притронуться к ней, потому что чувствовал себя опустошенным.
Вся моя выдержка — вот так просто в один миг — посыпалась прахом! Никакой свободы от своего безумия у меня не было и близко!!! Стоило Селию окунуться в удовольствие от чужих прикосновений, как мне тут же снесло крышу от ревности.
Да, я ревную! Безумно ревную и ненавижу всех этих продажных женщин вместе с их улыбками и прелестями! Ненавижу Владина, который притащил нас сюда, ненавижу своё сердце, которое оказалось таким… пропащим.
Едва не застонал от безысходности, как вдруг Владин весело меня окликнул:
— Братец! Будь другом, одолжи мне девушек на ближайший час! Я сегодня весьма ненасытен!
Мне было плевать на его желания и планы, поэтому я просто утвердительно кивнул, однако, когда куртизанки оставили в покое мои руки и волосы, я с облечением выдохнул.
Владин рассмеялся, поднялся на ноги и в облаке полуголых тел медленно удалился в одну из спален.
Обрушившаяся вдруг на уши тишина заставила меня вздрогнуть, и я увидел, что Селий… тоже остался один. Я удивленно оглянулся и понял, что кузен увел абсолютно всех девушек. Всех! Поразительная ненасытность!
И что-то внутри меня ёкнуло.
Что-то предательское и очень-очень нехорошее…
Предвкушающее. Радостное.
Потому что мы с Селием остались вдвоем…
Какое-то странное чувство охватило меня, и я неосознанно ему поддался.
Осторожно подполз к мальчишке и легонько ткнул его в бок. Он вздрогнул, но даже не открыл глаз. С изумлением я понял, что Селий просто-напросто спит!
Спит??? Уму непостижимо!
Неужели опьянел от одного бокала вина???
Но на душе стало как-то легко и свободно от мысли, что не с одной куртизанкой у него сегодня ничего не выйдет…
Дурак я, такой дурак…
Но улыбка сама наползла на лицо.
Я потормошил его еще раз — безрезультатно. Тряхнул за плечи и услышал недовольный стон.
Селий приоткрыл веки, посмотрел на меня затуманенным взглядом, но потом стремительно и широко распахнул глаза, тут же замерев, словно не меня увидел, а привидение.
И столько в этом взгляде было жадности и непонятного желания, что я даже немного смутился и поспешно произнес:
— Селий! Селий!!! Что с тобой??? Уже настолько пьян? С одного бокала??? Ну не парень, а ребенок какой-то!!!
После этих моих слов мальчишка словно очнулся и посмотрел на меня более осмысленно. Однако это не сделало его лицо менее удивленным. Он таращился на меня еще, наверное, с минуту и лишь потом опустил взгляд.
— Что происходит? — прошептал он тихим охрипшим голосом, а я, набросив на себя высокомерную беспечность, небрежно проговорил:
— Пока ты тут дрыхнешь, Владин уже всех девчонок себе забрал! Совсем ты еще зеленый!..
О боги, и что я вообще несу? Но остановиться уже не могу. Больше всего на свете меня пугает мысль, что Селий догадается о моих безудержных чувствах к нему. Это будет невыносимо для меня! Такого позора я не переживу…
Однако, в противовес всем страхам, в моей душе вдруг воцарилась непонятная легкость, поэтому я вернулся на свои подушки и, царственно развалившись, скомандовал:
— Принеси мне еще вина! Вот с того столика! — я указал в дальний угол. — И поторопись! Мне, в отличие от тебя, нужно сегодня много выпить…
Селий с трудом поднялся на ноги и слегка покачнулся. Потом пробурчал что-то с недовольством и поплелся за вином. Я смотрел ему вслед и получал невероятное удовольствие от ощущения своей власти над ним.
На всю голову идиот, не меньше. Это я о себе…
Но сейчас голос рассудка я не слушал совсем, совершенно: наверное, мне в голову тоже ударил алкоголь.
Селий вернулся с бутылкой и присел на корточки рядом, пытаясь наполнить мой бокал. Однако его руки дрогнули, и я едва успел поймать этот бокал вместе с выпадающей бутылкой.
А Селия не поймал.
Он повалился на пол и скрутился под ногами, словно в агонии.
Я ужаснулся и, отставив вино в сторону, поспешно опустился к мальчишке.
— Селий, Селий, тебе плохо??? Что с тобой???
Сердце заколотилось, как сумасшедшее. Селий ничего не отвечал и не шевелился, так что мне пришлось даже встряхнуть его хорошенько, чтобы он снова посмотрел на меня.
— Что с тобой происходит? — почти прорычал я, удивляясь своему необычайному паническому состоянию.
— Мне плохо… — прохрипел он. — Мне нельзя алкоголь… Он забирает слишком много энергии…
Я и сам видел, что Селию становилось всё хуже. Мертвецкая бледность разливалась по лицу, на лбу выступала испарина, его начинало все сильнее колотить, как от лихорадки, и в какой-то момент я понял, что он снова приближается к опасному предсмертному состоянию, как тогда, под завалами…
— Идиот безголовый, — от страха за него я начал грубить. — Зачем же ты пил, если тебе нельзя???
Мальчишка скривился, как от спазма, а потом прошептал:
— Злился… на тебя… хотел напиться…
— На меня? За что??? Это не я тебя сюда притащил, а Владин!!!
Селий бросил на меня странный беспомощный взгляд и выдохнул:
— Мне не нравились… твои поцелуи с этими женщинами… мне было тяжело на это смотреть…
И замолчал, не переставая болезненно смотреть мне в глаза.
Мое сердце подскочило до самого горла, там же сделало головокружительный кульбит, а потом упало куда-то в область желудка, заставив вздрогнуть едва ли наравне с Селием.
Что я только что услышал???
Нет, не может быть!!! Но…
Неужели он тоже… ревнует???
Радость — противная, мерзкая, но такая сильная и могущественная — начала затапливать мое естество.
Нет! Нет!!! Нельзя поддаваться! Я должен бороться до конца!!!
Но не смог.
Я проиграл ей в пух и прах и торжествующе улыбнулся.
— У тебя закончилась энергия? — необычайно спокойным и уверенным голосом уточнил я, ощущая все возрастающее радостное нетерпение. Нетерпение, которое я тщательно прятал за лживой невозмутимостью.
— Да… — выдохнул Селий. — Это признаки ГОЛОДА… Они могут пройти… минут через пять-десять… но не факт… всякий раз по-разному… от меня это не зависит…
Я подтянул его на подушки, подложив под голову побольше, а сам, отсчитывая безумные толчки своего сердца, произнёс:
— Я еще там, под завалами, принял одно, подчеркну, очень непростое для себя решение — спасти тебя. Мне оно далось очень нелегко, и я хочу, чтобы ты не забывал об этом, — я старался говорить максимально серьезно и сосредоточенно, чтобы ему и в голову не пришло, что мною движет что-то иное, кроме долга. — И я сделал это! Говорю это не ради почестей или даже твоей благодарности, а просто преподношу, как факт. Да, сам «способ» твоего спасения несколько… г-м-м… смущающий и безумный, но… я всегда уважал чужую жизнь и, как Хранитель, обязан жертвовать чем угодно ради спасения других. То есть, если бы на твоем месте был кто-угодно другой, я бы поступил точно также…