Темная искра (СИ)

Маг посмотрел на меня.
— Мне, кажется, ему помогает или темный, или кто-то другой расы и магии. Потому что наши специалисты следов классической человеческой магии практически не нашли, но последнее тело обнаружили почувствовав всплеск эльфийской магии. Что если он действует с кем-то другим?
— В любом случае нам нужно сообщить в Совет и доложить императору.
— Думаю император уже в курсе.
— Почему?
— В Ривеле некоторое время пребывал лорд Дарий Торн. Сегодня я узнала, что он начальник тайной канцелярии Его Императорского Величества.
— Герцог Торн? — удивился наставник.
— А, так он еще и герцог. Об этом мне забыли сказать, — проговорила я, вспоминая, как непочтительно обращалась с ним.
— Более того, он кузен императора. Побочная ветка рода, герцоги Рейнванские, — очень вовремя вспомнилось мне, что целая область Империи носит такое название. — Они раньше были очень дружны, но в последнее время не очень ладят. Ты не знала? — и столько удивления во взгляде.
— Да я вообще аристократами не интересуюсь. Только как он может быть герцогом, если он мне говорил, что на четверть оборотень. Насколько я помню, смески кровей не могут наследовать имперские титулы. И фамилия у него Торн, а не Рейнванс.
— Это так. Но он и не наследник. Это титул учтивости. Фамильный титул герцогов Рейнванских перешел к его младшему брату, который чистокровный человек. Возможно, поэтому ты ничего о нем и не знала. Герцогом Торна зовут редко, только на официальных мероприятиях. В основном просто лордом. К тому же он и сам не стремиться показывать «древность своего рода», как некоторые недалекие аристократишки, — скривился пожилой маг. — Ты же знаешь, что многие против закона императора об аристократии и прав простых граждан?
— Ну, знать то знаю, — мы снова перебрались к столу и присели. — Но у нас в нашем захолустье и так-то таких высоких птиц немного. И их высота такая же, как и сам город, — усмехнулась я, — то есть невысокая. Проще говоря, у нас они нос не задирают. Сами понимаете, на периферии и аристократия пожиже.
— Это да. А вот в столице все не так-то просто. Недовольных хватает. Пока до серьезных возмущений не доходит, но что-то мутится. Чаю? — неожиданно предложил маг. Впрочем, я и так поняла, что задержусь у наставника.
— Лучше кофе.
Наставник подогрел небольшой кофейник и разлил по чашкам ароматный крепкий напиток. Поставил одну чашку мне, кстати, чашки из столовой, а не сервиз какой-нибудь. Хотя сервизов у Арвена хватает, сама видела подаренные. Стоят в шкафу аккуратно так, пылью порастают. Он водрузил на стол небольшую вазочку с конфетами и одну сразу же сунул в рот. Мало кто знает, но архимаг обожает сладкое. Просто не вяжется такая невинная слабость с образом сурового темного мага.
— К императору все равно идут оскорбленные в лучших чувствах дворяне из древних родов. Это те, кто поглупее. А умные попытаются эти реформы отменить как то иначе. Так что тайная канцелярия смотрит в оба глаза, как бы не проглядеть какой-нибудь заговор. И на фоне всего этого ссора с лордом Торном, — наставник в силу своего возраста и положения был вхож в императорский дворец, поэтому сведения, можно сказать, из первых рук.
— А что случилось то? — полюбопытствовала я.
— Да в общем то, ничего особенного. Это мало кто знает, — маг так выразительно на меня посмотрел, как бы говоря, что и от меня больше никто узнать не должен, я согласно прикрыла глаза. — Они всегда были дружны, Торн и император. Учились даже вместе. Но сейчас то Георг вот уже как десять лет император, а бремя власти накладывает определенные черты на любого человека. Торн же не терпит давления и когда ему указывают. Оборотней вообще трудно держать в рамках. Так что он еще один из самых уравновешенных и спокойных представителей. В общем, Георг как то надавил на Дария, а тот психанул и, все бросив, ушел в отставку, которую император, конечно, не подписал, но Торн плевать хотел на это, и уехал, как оказалось в Ривель. Георг был страшно зол! Грозился отнять титул, разорить, сослать в глубинку. Но потом поостыл. И сейчас я думаю, они вообще об этом не вспомнят.
 
— Удивительные дела! — протянула я.
— Ну, два сильных характера всегда соревнуются, но если могут работать плодотворно бок о бок, то сами понимают, что нет смысла рушить такой союз. А император и его начальник тайной канцелярии именно такие.
От наставника я вышла уже ближе к вечеру. Садалия, за время моего отсутствия, совершенно не изменилась. Все такая же шумная, яркая и быстрая. Ритм жизни здесь абсолютно другой. Все куда-то спешат, торопятся, занятые своими важными делами. Не люблю столицу. Такая скоростная жизнь не для меня. Я устаю от шума и беготни. Но и в этом городе есть любимые места. На первом месте бесспорно академия. Когда ты несколько лет учишься и живешь, практически безвылазно, то волей неволей начинаешь любить это место. Еще мне нравилась набережная Садии, которая протекает через центр города. Народу там всегда полно: прогуливающиеся горожане, приезжие, стража и мелкие торговцы. Я поймала извозчика и решила прогуляться по ней. От академии до практически центра пешком было далековато. Зато от набережной до квартиры брата всего пара кварталов.
Зима в этом городе была совершенно другой. Столица находится значительно южнее, а потому климат мягче. Снег здесь выпадает, но за день его успевают разнести и превратить в грязь горожане. А уж если погода расстарается на большой снегопад, то его последствия быстро ликвидируют дворники. Император строго следил за тем, чтобы город поддерживался в чистоте.
Садия все так же катила свои темные воды в каменном канале. По набережной, неспешно прогуливались дамы, кавалеры все больше спешили по своим делам. Я купила с лотка соленых крендельков и оперлась о кованую ограду, смотря на воду. Здесь, у реки было куда холоднее, чем на улицах. Пронизывающий ветер заставил меня поднять воротник пальто. Такие ветра мне были знакомы. На родине, в южной провинции, вся зима состояла из таких ветров и холодного дождя или мокрого снега. По мне, так лучше мороз, снег и солнце. Сейчас руки, конечно, мерзли, но я продолжала медленно закидывать крендельки в рот. Думать совершенно не хотелось. Было желание перенестись отсюда куда угодно, желательно туда, где меня вообще никто не найдет: ни кошмар прошлого Корван, ни непонятный Торн, ни братские наставления. Жить бы где-нибудь в лесу, чтобы там путник раз в год появлялся. Но я и сама прекрасно понимала, что так не может быть. Проблемы надо решать. Что, в общем-то, вся жизнь состоит из этих самых проблем и решений. От этого никуда не деться.
Доела крендельки и, так ничего и не надумав, пошла неспешно к брату в гости. Пока не ясно насколько я здесь. Надеюсь, не помешаю ему и его невесте. Что-то я не спросила, живут ли они вместе? А то неудобно будет. Впрочем, Орив сам мне дал ключи, а значит либо успеет предупредить свою даму, либо ее сегодня не будет.
Дом, где брат снимал комнаты, был респектабельным. Сюда он перебрался, когда карьера пошла в гору. А сразу после выпуска он жил в небольшой комнатушке на окраине. В прошлом году я была у него в гостях и мне понравилось. Я на свой заработок в Управлении правопорядком в Ривеле могла позволить небольшой дом в приличном районе, а в Садалии жизнь куда дороже, на то она и столица, так что можно сделать вывод, что брат получает весьма неплохие деньги. Открыв дверь, прошла в просторный коридор, с выкрашенными в бежевый цвет стенами, сняла пальто и повесила на вешалку, и вздрогнула от окрика:
— Орив, проходи скорее, я приготовила ужин! Меня раньше отпустили с дежурства! — радостный звонкий женский голос испугал меня. Появилось малодушное желание схватить пальто и смыться, пока обладательница голоса меня не увидела. Но я мужественно его подавила. Очевидно, это Камила. И мне рано или поздно все равно придется с ней знакомиться.
— Эм, — громко подала я голос. — А это не Орив. Я его сестра, он сказал, что я могу подождать его здесь, — получилось немного смущенно, хотя на самом деле я была очень смущена. Не люблю такие ситуации. Не знаю как в них себя вести. Я вообще не люблю чувствовать себя глупо.