Не ради любви + Бонус. Сизый Город (СИ)
И правда: в трактирах вилок не держали, считая травмоопасными, а дома Рина обычно готовила похлёбки, которые есть удобней ложкой, и потому вилками не обзаводилась. Сейчас она смотрела на то, как разнокалиберные столовые предметы лежал подле тарелок и ужасалась этому. Она ведь знала, что в высшем обществе так, но никогда не думала, что и вправду однажды окажется в подобной ситуации.
- Ничего, я покормлю тебя сам, если ты не сочтёшь это излишне… - он задумался, подбирая нужное слово, но Рина не дала ему договорить:
- Нет, что ты! Мне будет очень неудобно, но… приятно…
И Марк действительно помог ей, кормил с вилки аккуратно, при этом не меняя столовых предметов, а пользуясь одной единственной – видимо, чтобы не смущать девушку. Они говорили о всякой незначительной ерунде, и Рина постепенно насыщалась вкусной необычной пищей.
Девушка ощущала себя совершенно счастливой в эти минуты – с высоты стены было прекрасно видно город, он уже казался тёмным и в его домах зажглись огни, тёплый по-летнему беззаботный ветер трепал её волосы, слух услаждала музыка, доносившаяся внизу, а рядом был тот, кто и должен находиться подле неё – красивый, умный и влюблённый в неё князь. О большем нельзя было и мечтать!
- Смотри, Ярина, сейчас начнётся… - обратил её внимание на тёмное небо Марк
Рина посмотрела в указанную сторону, но кроме сизых облаков на тёмно-синем фоне, ничего примечательного не увидела. Переспрашивать она тактично не решилась и решила подождать.
Фейерверк начался неожиданно для Рины, и она даже вздрогнула от резкого звука, сопровождавшего это действо. Марк с улыбкой смотрел на неё – ему нравилась её неприспособленность к жизни во дворце, и он чувствовал, что она будет вечно восхищаться им, впрочем, как и он ею. Только он – её красотой и смелостью, а она – его умом, очарованием и богатством. Это было не плохо, а даже очень хорошо: главное, что они всегда будут нравиться друг другу.
Яркие разноцветные вспышки окрашивали всё поднебесье то в синие, то в алые, то в зелёные тона. Ярина смотрела на них, не моргая, чувствовала, как уверенная рука князя сжимает её кисть и вздрагивала от каждого нового залпа. Фейерверки она видела и прежде, но лишь издалека, и потому сейчас испытывала почти детскую радость и восторг от того, что может воочию наблюдать всё это. Расцвеченное небо лишь на доли секунды становилось тёмным, и вновь вспыхивали огни, почти сразу же рассыпающиеся миллионами искр.
Рина посмотрела на макушки деревьев Туманного Леса и подумала, совершенно некстати, о том, что где-то там она оставила Лиана. В этот лес так просто не пройти, но с высоты его можно было наблюдать, и даже Пограничье не было тому преградой. Лес манил к себе путников своим мрачным видом, таящим множество загадок и опасностей.
Но никто не стремился попасть туда, а лес словно обижался, и от этого светила, что правили там, освещали макушки деревьев ещё ярке, залотили их так, чтобы их можно было видеть издалека, особенно в сумерках.
Но странности леса не волновали Ярину сейчас, равно как и красота его. Девушка думала о Лиане. О том, кого оставила там, кого бросила, хоть и не планировала изначально бросать. Жив ли он ещё или уже нет? Оборотни должны обходиться без еды и воды дольше, чем люди, стало быть, он жив. А если жив и выбрался каким-то образом, то, возможно, видит эти вспышки и боится их, поскольку звери всегда боятся чего-то непонятного и нового.
Что за мысли? Может, лес видно отсюда, но Пограничье не позволяет видеть из леса здешние места... Но если позволяет, Лиану наверняка страшно.
Жаль его не стало, но отчего-то восторг от этого вечера начал стихать. Красота фейерверка уже не радовала, и Ярина вздохнула, ругая себя за сентиментальность. Лиана больше не было, а если бы и был, то он больше не нужен ей. Она достигла цели, и теперь оставалось лишь обжиться на новом месте и не оплошать в ближайшие дни, чтобы Марк не поменял своего хорошего мнения о ней.
Князь, казалось, заметил перемену в её настроении, но не растерялся. Он предложил немного выпить, и Рина не отказалась, хоть и сожалела, что нельзя позволить себе больше одного бокала, чтобы мужчина не подумал о ней плохо.
Но он думать плохо и не собирался. Ему нравилась Рина всё сильней и, если б не наличие на нём множества артефактов и оберегов, решил бы, что она приворожила его. Такая красивая, нежная и трогательно скромная девушка на самом деле была сильна духом, и это отлично показала, когда пришла к нему с Призмой. Марк ценил таких людей. Потому что все и всегда ценят таких людей.
- Пойдём в сад! – позвал Марк, и Рина пошла.
Была тёмная ночь, но ей не было страшно идти вдвоём с князем туда, где им никто не встретится. Ярина полагала, что там он обязательно пристанет к ней, поскольку зачем ещё им уединяться в подобное время суток? Все мужчины, как девушка считала, одинаковы, хоть одни при этом приятны, а другие – нет. Марк был ей приятен, и потому ей совершенно не было волнительно, предпримет ли он попытки соблазнить её или же нет. Этот вечер был и вправду чудесным, и Рина бы осталась довольна, если бы романтическое настроение сохранилось до самого сна.
К её удивлению, такого же мнения придерживался и князь. Он держал Ярину за руку, отчего девушка чувствовала себя слабой, но защищённой и нужной, и разговаривал обо всём на свете, только Рина почти не слушала его. Вернее, она наслаждалась звуком его голоса, бархатного, негромкого и спокойного. Что он говорил ей – не имело никакого значения. Кажется, он что-то рассказал о себе и о своей семье, об этом дворце и об этом саде… А потом спросил Рину о ней, и она стушевалась, не зная, что рассказать.
- Знаешь, Марк, лучше я промолчу, - призналась она после долгого молчания. – Моя жизнь не была безбедна, и я в ней не всегда была честна… Это – не то, о чём приятно говорить и не то, что интересно знать… Точнее, не то, что я надеюсь, тебе обо мне интересно знать… мне было бы очень приятно, если б ты воспринимал меня… - она задумалась и в который раз вспомнила Лиана. - …как, если бы я пришла из другого мира, где правят иные законы и где всё совсем не так, как тут… И тот человек, которым я была там, исчез и его больше не будет. А я – это я, только пришедшая в твой мир и ничего не знающая о нём… Как тебе?
Она посмотрела на него нерешительно, опасаясь, что он посмеётся над ней.
- Чудно ты говоришь, - тепло улыбнулся он. – Но я понял тебя. Ты и правда пришла, словно из иного мира. Мир знати и мир бедняков – разные. И нет твоей вины в том, какой ты была, живя той жизнью! Ничего не рассказывай мне, я буду узнавать тебя сам… Ты сможешь стать теперь, какой считаешь правильным, и я буду знать тебя такой!
Ярина облегчённо вздохнула и тепло улыбнулась Марку. Он был великодушен и мил, только снова вспомнился Лиан. Наверно, Анна, узнав о его прошлом, ответила бы ему также, как ей ответил Марк… И, наверно, он тоже был бы счастлив от этого, как сейчас счастлива она… Только этого никогда уже не случится…
- Что с тобой, милая, я расстроил тебя? – взволнованно спросил Марк, и Рина улыбнулась ему, прогоняя грусть.
Не хватало, чтобы глупый Лиан портил ей жизнь и по сей день!
Мысли о Киприане как ветром сдуло, когда Рина осознала, что её впервые назвали «милая» так нежно и трогательно, с заботой и теплом в голосе.
- Всё прекрасно… - тихо ответила Ярина. – Просто… Это и правда волшебный вечер… и, думаю, лучший день в моей жизни…
Марк улыбнулся ей и, притянув к себе, обнял. Он прижал Ярину к себе, и она мельком подумала о том, что биение его сердца не слышно, если не прислонить к нему ухо… Сейчас она слышала его, но оно казалось таким тихим и почти беззвучным по сравнению с биением сердца Лиана, который снова назойливо всплывал в памяти к месту и не к месту.
Рина мысленно выругалась на него, и запретила себе думать об этом человеке.
Этот вечер нельзя было портить, и объятия, такие душевные и крепкие, могли исправить ситуацию, разогнав остатки грусти. В сильных мужских руках было уютно и комфортно, что несколько удивило Ярину, у которой прежде не было ни одного парня, с которым могло быть спокойно. Это могло бы настораживать, но князь – человек богатый, ему ни к чему страдать ерундой, к тому же он и правда выглядел влюблённым, хоть Рина и не делала ничего ради этого.