Умеешь хранить секреты? (СИ)
Исаев молча поднялся с места, убирая в карман джинсовой куртки шарик для пинг-понга, которым бездумно игрался всё это время (успокаивающее медитативное занятие, ставшее привычкой и прокачавшееся до такого уровня, когда он мог бросить мячик и в три касания с полом попасть в стакан с водой, стоящий на другом конце комнаты), с удовольствием похрустывая пальцами и разминая шею. Готовился к продолжению прерванной беседы.
Марк буквально чувствовал, как чесались от нетерпения костяшки, которым уж очень понравилось пускать кровь этого типа. И нет, он не страдал неконтролируемой агрессией. И в драки редко лез. Но в последнее время что-то зачастил. С чего бы это?
Глава 18. Любовная соната, или как завоевать девушку
Кирилл оценил настрой оппонента.
― Да ладно? Хочешь продолжить на чём остановились? Позвать что ли охрану.
― Позови, конечно, если так боишься получить по морде.
Нет. Он не боялся, хотя сломанный нос ещё до сих пор болел.
― Мне выступать с твоей девушкой через десять минут. Успеем?
― Успеем. Ещё умыться после успеешь.
― Кирилл… ― осторожно заметил высокий худой мужчина с проколотым ухом и выглядывающей из-под ворота татуировкой.
Комета нахмурился.
― А, ну да. Мне тут мои пиарщики посоветовали извиниться. Типа за своё поведение. Я не в восторге, но репутация, сам понимаешь.
А вот тут Марк был удивлён. Конечно. Он же не знал, что Вишня прознала о едва не случившейся драке и заставила Тимура пригрозить людям Кирилла разорвать контракт, если он продолжит в том же духе. Разрыв контракта ― это скандал. Скандал ― пятно на репутации. Репутация… в общем проще было всё замять, чем потом расхлёбывать.
Потому поп-звезда без особой охоты протянула руку в знак перемирия. Вот только Исаев пожимать её не торопился. Подробностей он, может, и не знал, но прекрасно понимал, что чистосердечным тут не пахнет. Так и не дождавшись, Кирилл, не особо обидевшись, опустил руку обратно.
― В общем, не держи зла. Погорячился, ляпнул. С кем не бывает? Уж ты-то знаешь.
― В каком смысле?
― О том видосе. Его обсосали все кому не лень. Так что не притворяйся паинькой.
С этим сложно поспорить. Даже Марк, а он принципиально никогда не лез в болото фанатского красноречия, не удержался на днях и полистал ленты комментариев. О-о-о… столько мировой ненависти он давненько не видел. А уж к своей персоне так и подавно. «М*дак», «Ну и скотина», «Врезать бы по роже», «У мальчика, по ходу, завышенный ЧСВ», «Я бы треснула этим скейтом ему по башке», «Таких нельзя прощать» и т. д. и т. п…
Смешно то, что на самом видео и голосов-то было не слышно, снято издалека, но людское воображение уже всё в красках придумало и вынесло приговор: виновен и приговорён к смертной казни через массовое гнобление. Хотя, стоит заметить, находились и те, кто отмечался в поддержку Исаева. «Во молоток! Так этих звездулек приструнять надо, а то слишком большого мнения о себе», «Красава», «Ничё вообще не понятно. Чего накинулись на пацана? Может она сама виновата?», «Какой симпотный. Я б с ним замутила»…
В общем, лагеря разделились. И далеко не в пользу Вишни. Большая часть отзывов была именно по её душу и народ там совсем не скупился на выражения, из которых «Дура страшная» и «Зажравшаяся девка. Видимо понравилось быть в центре внимания, опять что-то удумала» было самым безобидным.
В который раз становилось обидно за век технологий. Наука развивается, позволяет развиваться остальным, а вместо этого человечество морально разлагается и деградирует, защищённое анонимностью. Бедная Вишня. Не так-то просто быть публичной личностью. Нужно иметь стальную силу воли, чтобы не сломаться под таким давлением и улыбаться своим фанатам несмотря на обстоятельства.
Кирилл Комета ждал ответа.
― Ну так, договорились? Твоя девчонка, так твоя. Не лезу. Жаль, конечно, но переживу. Лады?
― Посмотрим.
― Вот и славно, ― Кирилла и такой ответ устроил. Его, наверное, устроило бы любое положение дел. И ему было совершенно до одного места на то, что там кто и кому сказал. И чем это могло грозить. Потому что продержался меньше двух минут, на протяжении которых искоса наблюдал за поющей на сцене Вишней. Как будто лучше друга у него не было, Комета насмешливо пихнул Марка плечом. ― Девчонка-то с характером. Понимаю, чего ты так за неё ухватился. А если по секрету, а? Ты её уже того… отшпилил?
Марк рассержено кинулся на поп-звезду, хватая его за футболку, обрывая блёстки и ещё какую-то непонятную фигню типа бусин. Разница в весовой категории и возрасте (а соперник лет на пять, если не больше, был старше) Исаева не волновала. Как и возможные осложнения, которые грозили ему в случае прилюдного нападения на известную личность. В запале обычно не думаешь о последствиях.
Команда Кометы кинулась оттаскивать Исаева от своего сокровища. Худой мужчина с проколотым ухом так вовсе схватился за волосы.
― Ты хоть знаешь, сколько стоит эта вещь? ― жалобно проскулил он, пиная мыском ботинка откатившиеся от одежды детальки.
― Точно меньше, чем пластический хирург, ― с вызовом отозвался Марк, высвобождаясь из лап державшего его стада. ― А он ему потребуется, если не научится фильтровать фонтан.
― Не заговаривайтесь, молодой человек. Вы же не хотите неприятностей!
― А что, есть лишние?
― Ехидничайте? Вы понимаете, что… ― вежливое переругивание прервала вернувшая Карина, отходившаяся долить колы. Проходя мимо, она внезапно подскользнулась на ровном месте и, неловко извернувшись, врезалась в Кирилла.
― Господи, простите, простите, простите! Я такая неуклюжая! Мне так жаль! ― запричитала она с испуганными дрожащими губами, с ужасом смотря, как на светлых джинсах музыканта расползается мокрое пятно пролитой газировки. Со стороны смотрелось словно кто-то не смог добежать до туалета. Эх, сейчас бы хоть одного журналиста! Вот была бы сенсация.
― Ты слепая что ли, клуша??? ― заорал Комета, вокруг которого тут же сомкнулось кольцо прилипал, скрывая своими спинами неприятный казус.
― Умоляю, извините!!! Давайте я всё отстираю! Мне правда-правда так жаль… ― причитания Карины уже не слушали. Кирилла торопливо увели в заготовленную для него гримёрку. Девчонка самодовольно шмыгнув носом, подтёрла липовые слёзы. ― Видал, как надо? ― ухмыльнулась она брату.
― Ну актриса, ― восхищенно покачал головой Марк, ловя «пять» сверху от сестры.
― Может, вместо художки в театральное податься? ― Карина довольно плюхнулась на уже насиженное место, ковыряя трубочкой лёд в стаканчике. Вся кола, к сожалению, теперь растеклась лужей на полу. ― Но он, конечно, та ещё гнида…
― За языком следи. Рано тебе ещё так выражаться.
― Ага. Ну конечно. Я же никогда не слышала, как ты материшься, ― хихикнула та, за что заработала суровый строгий взгляд. ― Не надо на меня так смотреть. Ты на Вишню так смотри. От этого придурка надо избавляться. Он нам не нужен.
Вот ведь егоза. Палец в рот не клади ― руку оттяпает острыми зубками по самое плечо, ещё и плеваться будет, что пресно и безвкусно. Но в чём-то она, конечно, права ― Кирилл был им не нужен. Марку совсем не хотелось, чтобы эта неприятная личность находилась подле неё. Но и сделать ничего не мог.
Да. С такими моментами тяжело свыкнуться, но ведь они будут. И ещё не раз. Не Кирилл, так кто-то другой. Вишня смешная, забавная, далеко не глупая и очень красивая… Всем морду не набьёшь. А хочется. Это желание лишь усилилось, когда Комета снова появился в поле зрения, переодетый в сменную одежду. Публичные личности такие предусмотрительные.
Он перемолвился с примчавшейся для очередного переодевания Вишней лишь пару фраз, но и этого заигрывающего подмигивания в её сторону было достаточно, чтоб кулаки Исаева снова начали сжиматься. Нет. Нужно держаться. Нужно быть спокойней. Нельзя так остро на всё реагировать.