Умеешь хранить секреты? (СИ)
Вишня застыла в проходе между рядами парт с округлившимися глазами и в полной прострации. Если бы кто сказал, что на землю спустились инопланетяне, которые собрались устроить человечеству глобальную интервенцию, она бы так не удивилась, как от слов Полины.
― Это всё… дикость.
― Это деньги. Они меняют мозги, ― звонок оповестил, что Абрамова, наконец, свободна. Временно, наверное. Хотя с другой стороны, они же вроде уже всё выяснили. Почти всё. ― Слушай. Надеюсь, тебе хватит ума не разбалтывать об этом Косте? Я чистая. Ни гепатита, ни СПИДа. Проверялась. Ничего ж как бы и не было.
Эти интонации в её голосе… Обеспокоенность. Вишня не сдержала лёгкой улыбки.
― Боишься, что он может не так понять?
― Да плевать, что он подумает! Хочешь, трепи. Главное, отвали. Иначе мне придётся лечь под ближайшую машину и наглотаться выхлопных газов. Только тебя бы не слушать, ― вспыхнула та, плюхнувшись на место и закинув ноги на стол.
Кстати, пускай для остальных это могло и остаться незамеченным, но что-то поменялось в облике Полины. Разбавились мрачные оттенки. В волосах появилось ещё больше ярких прядей, а юбка обзавелись серебристым кантом! А вчера она и вовсе в тёмно-зелёной кофте пришла!!!
Кажется, Константин Багров действовал благотворно на хрупкое женское сознание. Не за горами розовые платьица и ромашки в волосах. Чего только не творит с людьми любовь, как только не кружит голову. Ведь дело плавно движется к ней? Вроде как…
Собственно, это и многое другое Вишня намеревалась обсудить с Марком. Она, конечно, не собиралась растрезвонивать направо и налево секрет Абрамовой, но обсудить его как бы невзначай, в третьем лице, очень хотела. То, что она узнала не давало ей покоя. Получалось как-то двояко: и молчать плохо, и лезть не в своё дело тоже плохо. Куда не плюнь, всё не так.
Минутная стрелка настенных часов переместилась на двенадцать. Ровно пять. Вишня разочарованно стянула с себя свитер крупной вязки, оставаясь в белом топике, и поудобнее примостилась на диване в гостиной, включив какой-то сериал. Судя по всему, свидание снова накрылось медным тазом. Потому что встретиться они договорились… как бы в четыре.
Сериал оказался на редкость скучным, к шести она начала дремать, неудобно подогнув ногу. Резкая трель дверного звонка вырвала её из сладкой дрёмы, заставив подскочить на месте. Ойкая и прихрамывая, Вишня поковыляла открывать на отлежавшей конечности. Марк. И с пустыми руками.
― Нет. Ну так не делается. Хоть бы цветочек с клумбы сорвал, ― недовольно заметила она, разминая покалывающую голень. На то, что уже всё давно отцвело она благоразумно решила не заострять внимание. Это лирика. Романтики не отвлекаются по мелочам. ― Сеанс в кино давно пролетел мимо, да и я уже никуда не вый-а-а-а… ― Исаев, не утруждаясь разговорами, перекинул через плечо, намереваясь утащить куда-то на ночь глядя. ― Свитер! ― успела завопить свесившаяся вниз головой Вишня. ― И балетки!
― Понял, ― захватив всё, что нужно Марк потащил её к дожидающейся на обочине машине с чёрными шашечками.
В салоне такси они не болтали. Вишня решила не доставать вопросами. Тем более в присутствии пышущего здоровьем и залихвацки шевелящего гусарскими усами водителя восточной национальности. Едут и едут. Куда-нибудь да приедут.
А так отлично же всё: внутри тепло, вкусно пахнет лимонным освежителем, по радио играет попсовая радиоволна. В какой-то момент зазвучал последний хит Мистерии и Кирилла Кометы под очаровательным названием "Давай будем вместе". Кстати, за первые сутки едва не побивший по количеству скачивания её самую популярную композицию: «Новая жизнь».
Пусть всё будет только сон,
И наши чувства в унисон.
До хрипоты твои признания,
Мои признания…
Там я,
Там ты…
Вишня улыбнулась проносящимся мимо уличным фонарям. Год прошёл, а всё так же непривычно слышать себя со стороны. Словно это не она, а кто-то другой, связанный с ней лишь памятью. Она и одновременно не она. Так странно.
Такси остановилось возле подъезда стандартной хрущевской пятиэтажки. На детской площадке напротив выгуливались малышней мамаши. В песочнице строились куличики и многозначительно принюхивались к песку кошки. Скрипели качели. Бабульки на скамейках то и дело взволнованно вскидывали головы, выискивая обещанный к ночи дождь.
Суровая охрана пенсионного возраста вежливо поздоровалась с Марком, когда они заходили в подъезд. А вот Вишню смерили подозрительным взором натасканных на закоренелых преступников ищеек. Так и хотелось пообещать им, что никто не станет красть гортензии с подоконников и писать некультурные личные мысли на стенах.
Лифта в доме не было, так что на четвёртый этаж они поднимались пешком. Вишня с удовольствием нюхала запах готовящейся в какой-то из квартир солянки, витающий в предбаннике и лёгкий остаточный табачный аромат гниющих в банке из-под тушёнки окурков.
Марк забренчал связкой ключей. Потрёпанная годами металлическая дверь приветливо скрипнула на петлях, обдав входящих тёплым дыханием своей утробы. Вишню галантно пропустили вперед. Небольшая прихожая, стенка для верхней одежды, зеркало, большая фотография на стене: Марк и Карина обнимают какую-то женщину. Судя по тому, как сильно сестра Исаева была на неё похожа нетрудно догадаться, кто она. А вот Марк, видимо, пошёл в отца. За исключением глаз. Глаза точно обоим детям подарила мать.
― Ты здесь живёшь? ― вопрос глупый, но надо было на всякий случай перепроверить.
― Да, ― Исаев стряхнул с ног кроссовки.
― И зачем мы здесь?
― Хочу, чтоб ты увидела причину, по которой я опоздал. Она была веская.
― Да я же… ― выпрыгнувшую из балеток Вишню за руку повели на кухню. Багрова притормозила на входе, сочувствующе присвистнув. ― Ого-о-о! У вас тут токсичная бомба взорвалась что ли?
Глава 13. Hallowen
Небогатая, но сделанная со вкусом кухня персикового оттенка была с пола до потолка забрызгана вареной сгущёнкой. Коричневая субстанция оказалась практически везде, но больше всего досталось побелённому потолку, вытяжке и плите.
Навесные шкафчики явно уже пытались отмыть. В мойке валялась испорченная кастрюля и металлическая щётка. Брызги после взрыва попали даже на люстру и электрический чайник. И посреди всего этого великолепия ползала на четвереньках Карина, пытаясь отмыть пол.
― Вон, ― с тяжёлым вздохом старшего брата покачал головой Марк. ― Непутёвый кулинар. Надумала сварить. На плиту поставила, ушла в комнату, залипла в инете и забыла. Отмыть не отмоем, но хоть до прихода матери пытаемся привести в порядок. Чтоб она с сердцем прям тут не слегла. Ведро, акку…! ― предупреждение запоздало. Карина двинула пяткой, сдавая назад, и снесла ведро с водой. ― Поздно.
― Я всё уберу, ― хватаясь за тряпку и ловя растекающуюся лужу обречённо заскулила сестра.
Несмотря на плачевную ситуацию Вишня вдруг расхохоталась.
― Смотрю, тебе просто катастрофически везёт на неудачниц.
― Каждый несёт свой крест. Пошли. Пускай сама своё озеро убирает, ― они оставили Карину трудиться на благо общества и направились по коридору к дальней комнате. Правда не дошли до неё. Вишня притормозила, заметив лицо через приоткрытую дверь. Много лиц. И все её.
― Боже мой, ― она даже о вежливости позабыла, входя внутрь без разрешения и с ужасом рассматривая плакаты с Мистерией, которые занимали абсолютно всю стену над разложенным диваном, заваленным подушками.
Соседняя стена с письменным столом тоже не страдала от одиночества. Прямо по центру висел огромный постер с её ликом в очках-звёздах. Губы сложены в воздушном поцелуе, а парик закрывает большую часть лица, так что даже при таком увеличении было практически невозможно понять, что это она.