Измена. Давай откроем брак? (СИ)
— Что?
— Сценарий был скучный. Ну, то есть я тоже мог подрочить на собственные маскулинные фантазии о том, какой я крутой, обеспеченный чел, как по мне сосутся все самые классные телочки, и все в таком духе. Но дальше не шло. Меня не вставляло, абсолютно! Зато я мог часами придумывать классные ответы сучке, которая была моей женой, и фигачить ей в переписку лютый бред. Я клянусь, такой порнографический бред надо еще придумать. Мне казалось, возврата не будет, и мы, скорее, никогда не сдохнем, чтобы не доставить друг другу подобной радости, как пережить противника. Мда… Но…. — выдав мрачную тираду, Влад улыбается. — Мы все-таки вместе. Иногда нужно упасть на дно, чтобы оттолкнуться от него и выплыть.
— У вас не было детишек, и вы загонялись по этой теме. Лада хотела реализовать себя, а ты бесился. Но у нас с Яном все иначе… Двое детей, мы прекрасно реализованы, каждый в своей сфере. У нас замечательные родители, крепкая семья. Классный секс… Мы не на дне и не тонем. Не тонули… — поправляю себя.
— Ты думаешь, что сытость и благополучие — залог счастья? Гарантия того, что всегда будет так? Увы… Жизнь не терпит ровных дорожек, обязательно вильнет в сторону. Думаешь, мы сейчас не ссоримся?
— Вы такие пупсики, не верится, что теперь вы ссоритесь.
— Ты не слышала, как мы вчера орали, выбирая цвет стен детской. А потом добрались до зонирования освещения… и скинули напряжение. У вас еще не было серьезных кризисов. Может быть, это как раз он. Тот самый большой кризис, который вы обязательно преодолеете! — позитивно завершает Влад.
Ясно, он на светлой стороне. Недавно и Влад, и Лада были на темной стороне и, честно говоря, с ними было очень непросто общаться, чтобы не выбирать, на чью сторону встать в вечных спорах!
— Кстати, есть один знакомый. Вернее, клиент по работе. Мы разговорились, он планирует строительство дома, большой объект. Я намекнул ему на тебя и показал работы. Он загорелся.
— Только у меня сильно загружен график. Я могу пообщаться, но даже если задумки интересные, то я смогу взяться за работу только через несколько месяцев.
— Я дам ему твой контакт, он сам с тобой свяжется, и вы все обсудите.
Несколько минут назад меня снедало сильное желание бросить все и уйти, но сейчас стало чуть-чуть полегче…
Я ничего не открыла о нас с Яном и, честно говоря, не верю, что, оттолкнувшись от дна, мы все-таки выплывем, но мне было приятно пообщаться с другом и понять, что не все кругом — подлые змеи, которые будут кончать от радостной злобы, обсуждая неприятности в семье близких…
***
На следующий день
— Как сходила на вечеринку? Говорят, ты плясала до утра… — звучит ровный голос Яна в динамике телефона.
Я вытягиваюсь на кровати.
Строго на своей половине.
И никак не могу отделаться от дурацкой привычки искать рукой его широкую спину, чтобы потереться носом между лопатками своего мужика.
— На какой половине кровати ты спишь, Ян? — спрашиваю я.
— Посередине, — звучит незамедлительно.
Его ничем не смутить.
— Хорошо плясала, — продолжает он. — Давно не видел, чтобы ты так… выплясывала.
Ты бы чаще смотрел на меня, а не по сторонам, добавляю мысленно.
Но помалкиваю.
— Да, хорошо погуляли. Даже не заметила, что тебя не было. Твое отсутствие совсем не чувствовалось.
— Для той, которая не заметила что меня не было, ты слишком часто об этом говоришь.
— А ты слишком много мусолишь, как я хорошо выгляжу и как классно двигаюсь. Да, я хорошо танцую. Это не порнотанцы шлюшек, на которые у тебя встает, но… Я классно двигаюсь.
Не могу не уколоть его в ответ.
— Я тебя хочу, — отрывисто произносит муж. — Ты все еще в постели?
— Не твое дело.
— Хочу! — повторяет упрямо. — Сделаем это?
— Нет, — упрямо отрицаю желание, скользнувшее в кровь.
Пульс учащается.
Можно ненавидеть мужа за все его поступки и продолжать помнить, какой он в сексе… И сразу же отравлено добавлять: не только со мной.
Я бы даже сказала, со мной он в последнее время он не был таким жадным. Исключение — та ревность, которая нас зажгла.
— Сними трусики.
— Только после того, как ты покажешь мне заметки к встрече с адвокатом по разводам.
Ян всегда делает заметки ко всем встречам, отмечая ключевые моменты. Я даже знаю большинство его сокращений… Мне бы хватило всего нескольких взглядов, чтобы понять, о чем шла речь.
— Хочешь сказать, для того, чтобы забраться в трусики к своей жене, нужно исполнить ее маленькое желание и согласиться на развод?
Муж продолжает говорить серьезным тоном, но от него веет такой мрачной сексуальностью, что у меня поджимаются пальчики на ногах…
— Не надейся, это не сработает.
— А я думаю, ты уже мокрая…
Глава 33
Лана
Ян слишком хорошо меня знает и знает, как звучит мой голос, когда я возбуждена. На это бесполезно злиться: мы слишком хорошо друг друга знаем в некоторых моментах и совершенно незнакомы с темной стороной своего партнера. Я настолько сильно была уверена в муже, что считала его почти святым, а он был уверен, что моя любовь к нему из числа тех, что окажется выше всего, даже выше его порочных желаний.
Оказывается, мы ошиблись… Мы ничем не хуже и не лучше остальных. Ошибаемся, злимся, прячем за обидными словами свой страх.
Никакой по-настоящему тотальной откровенности, в принципе, наверное, не существует. Мы просто сами верили в собственную исключительность, а на проверку оказались не крепче всех остальных пар, которые тоже были в кризисе.
Иногда со стороны думаешь: дураки, чего им не живется вместе? У них есть то-то и то-то, чтобы быть счастливыми. Извне не видно ничего, глубины не чувствуешь…
И только когда сам тонешь, понимаешь, как все это непросто.
— А ты, Ян?
В ответ короткий смех, с царапающими нотками.
— Постоянно возбужден рядом с тобой.
— Ты не рядом.
— Забей, маленькая. Ты — для меня, а я — для тебя. Ничего не изменилось, и я тебе сейчас это докажу. Просто спусти трусики до колен и потрогай себя…
На языке вертится: пусть твоя шлюха себя для тебя трогает, а потом я прикусываю свой язык.
Хочу кончить…
Мое либидо в последнее время совсем не поддается контролю.
То взрывное и неконтролируемое, когда мы были с Яном, трахались, как двое безумцев, то полностью нуле. Потом резко накатывает в процессе, когда я баловалась с секс-игрушкой, и оргазм получился невероятно яркий…
Потом снова меня выключает в ноль и ничего не заводит. Но в эту ночь, вернее в жалкий остаток ночи, пришедшийся на сон, мне снились яркие, динамичные сны, и все с эротическим уклоном.
Грудь разбухшая и ставшая мегачувствительной. Соски царапает тканью...
И я хочу получить свою разрядку…
Пусть даже расчетливо использовав при этом своего мужа…
В конце концов, не сотрется. Пусть сделает мне хорошо своим голосом и фантазиями…
***
Ян
Сидеть в машине с приспущенными трусами и членом, стоящим, как кол, это чистой воды безумие. Такое же, как неистово дрочить, едва не захлебываясь своими фантазиями насчет жены.
Слышать, как Лана стонет, взрывается раз за разом, мечется и просит не останавливаться…
Тоже своего рода безумие и мазохизм.
Она рядом. Я могу подняться. Не отдал ей ключи. Не отдал все ключи. У меня всегда был дубликат. На всякий случай.
И я почему-то уверен, что Лана еще не сменила замки.
И я могу… войти. Войти в квартиру…
Но фантазия упорно рисует: войти в нее, такую распаленную, горячую, сладкую.
Черт, сперма заливает кулак, бедра отрываются от водительского кресла.
Кончил раньше, чем планировал, и по тихому, эротичному смеху жены понимаю, что она это ощутила.
Мы такие далекие и близкие в своем нежелании видеть друг друга…
— Надеюсь, ты доделаешь, Ян… — намекает, что хочет кончить еще раз.