Измена. Давай откроем брак? (СИ)
В квартире я одна.
Поцелую в машине Макса не суждено было состояться. Его губы в последний момент встретили мою щеку, оставив там влажный, горячий след.
До сих пор это место горит, будто запачканное.
А я не могу… Даже назло и из мести мужу, сорвавшемуся с какой-то блядью, поправшему наш брак, семью, долгие отношения и даже какие-то хлипкие, чудовищные договоренности!
Не могу, и все…
Даже назло. Нет, в особенности, назло ему не могу сделать это.
Даже поцеловаться!
Не говоря о большем.
И ведь Макс мне симпатичен. Я не слепая и не перестала, будучи в браке, видеть в мужчинах — мужчин, просто они стали для меня чужими и далекими, оказались за пределами моего мира, а в центре были мы — я и Ян.
Но видеть красоту в других я не перестала, и если судить просто по внешним факторам, приплюсовав довольно интересное общение, Макс мог бы стать тем самым мужчиной, закрутить роман с которым было бы проще всего.
Плюс он открыто во мне заинтересован, и это, конечно, льстит моему женскому самолюбию и тщеславию. Мол, я еще в цене на рынке женской красоты, но… потешить самолюбие — не равно залатать рану размером во всю грудную клетку. Это все равно, что прикрыть листочком подорожника артериальное кровотечение и надеяться, что это сработает.
Не сработает…
Станет лишь хуже.
Я искренне хотела бы увлечься…
Да так, чтобы по-настоящему, чтобы крышу рвало, несло, чтобы все-все мысли — только о нем, о нем и о нем… О ком-то другом, кроме моего мужа!
Но и вытеснить его фигуру пока не получается. Просто теперь в нем вдруг появились темные краски, черные пятна, и нашим отношениям ни за что не стать прежними.
Отпуск пролетит быстро, надо придумать, как быть дальше, и подготовить почву для дальнейших действий.
***
Утро у меня позднее.
Я не поставила телефон на зарядку, он отключился, и мне было плевать. Слишком поздно вспомнила о нем, до утра на ноуте я листала объявления по недвижимости…
Сейчас разогрею что-нибудь из вчерашнего и…
Грохот в коридоре заставляет вздрогнуть.
Хлопает дверь.
Какого… черта?!
Я вылетаю в коридор, едва успев запахнуть на груди халатик.
— Ян?!
— Лана! Блять, здравствуй! — кланяется, как шут.
— Ты… Что ты здесь делаешь?!
В руке у него ключи от квартиры. Ну, конечно, взял запасной комплект из домашнего сейфа.
— У меня тот же вопрос! — рычит Ян, подскочив ко мне.
Пальцы обхватывают мои плечи, сминая. Он рывком подтягивает меня к себе, обнимает и отталкивает, выкрикивает в лицо:
— Где была?! Здесь?!
— Фу… От тебя.. несет!
Отшатываюсь, увернувшись. Морщу нос…
От мужа несет выпивкой, потом и… гарью?!
— Где была, а? Блять….
Развернувшись, пинает комод.
— Охренел?! Ты не в себе? Бухой? Или под чем похлеще?!
Я смотрю на Яна, не скрывая презрения. Фу…
— Что ты несешь? Девочка моя... Лан…
— Выметайся из моей квартиры, Ян. Ты не в себе. Пиздуй… в свой дом! — подчеркиваю эти слова.
Из меня вдруг вырывается эта боль, сомнения, злость. Как гнойный нарыв!
Да, я больше не считаю тот дом — нашим!
Он его осквернил, когда привел в дом блядь и на глазах у всех подтерся нашими отношениями, нашим браком!
Я не верю, что он остановился, он не остановился…
Он насрал на все и все испортил, сломал, испачкал! Дома… нашего дома… больше нет! И я не хочу, чтобы наши дети там жили!
— В свой дом, говоришь?! — сощуривается Ян и вдруг садится на корточки, обхватив голову. — Дома больше нет.
— Что ты несешь?! Так… Живо… Пошел. На хрен! Развлекайся дальше!
Толкаю мужа за плечи.
— Проспишься, поговорим! Но учти, говорить мы будем… с адвокатом по разводу! — выкрикиваю я и, обогнув Яна, распахиваю дверь.
— Ты была с ним? — спрашивает он, подняв на меня воспаленный взгляд. — Говорят, ты с Максом уехала. Ты с ним БЫЛА?!
Что с его лицом?
— Не уйдешь, я вызову полицию. Ты не в себе. Я не шучу. Ян.. Уходи.
— Наш дом сгорел, — говорит он и поднимается, закрывая за собой дверь. — Я могу помыться… у тебя в квартире?!
Не дождавшись моего разрешения, он разувается и проходит в ванную, на ходу раздеваясь.
Я иду за ним по пятам.
Не веря в услышанное.
Нет. Он бредит. Он пьяный, он… Я не знаю… Может, продолжил в другом месте? Может, обдолбался, повысив ставки для остроты ощущений?!
Я не знаю… Просто не знаю! Я не знаю этого человека, и все!!
Ян разделся уже до трусов и включил воду, регулируя ее тепло.
И, несмотря на мучительную агонию, мой взгляд ревниво скользит по его крепкой шее и мощной спине.
В поисках укусов, царапин, засосов.
— Ты пошутил, да?!
— Если бы… Лана, — смотрит на меня. — Вчера был пожар. У нас пиздец, — и шагает в душ, под мощные струи воды.
Глава 27
Ян
Не думал, что застану Лану здесь, на этой квартире.
Просто хотелось побыть подальше от хаоса, творящегося на месте пожара. Не отвечать на вопросы, не смотреть в сочувствующие глаза и не выслушивать советы зевак, как стоит поступить в такой ситуации.
Я не мог найти Лану и не мог до нее дозвониться.
Какой-то ебанутый ляпнул, что видел, как Лана поднималась в дом, в той части, которая горела так, что дым пожара был виден из любого уголка коттеджного поселка.
Нужно ли говорить, как я пересрался?
Испуг — это не то слово.
У меня душа вылетела из тела, и сердце покинуло грудную клетку.
Я помчался туда, в огонь, думая… что теряю жену.
Расцарапал руку, рассек едва ли не до самой кости, ломая запертую дверь в одной из запертых комнат — ее любимой комнате на чердаке…
Блять, а…
Вода лупит по напряженным плечам, но не остужает. Кажется, она испаряется с шипением, едва касаясь моего тела.
Во рту горчит, горло першит от дыма. Я воняю гарью и точно будто не в себе…
А потом эти завывания мигалок, сирены и спокойное, чуточку пьяное: «Ты какого хрена полез в огонь, Ян? Твоя жена с Максом уехала!»
И она не отвечала. Не отвечала…
Я звонил ей, стучался всюду.
Ничего!
Пока горел наш дом, она… была… с другим…
Была с ним или… вот прям… была с ним?!
Была с ним так, как я хотел бы быть с другой? Так, как…
Поднимаю голову вверх, хватая ртом ледяные струи.
Думал, Лана не здесь. Но мне нужно было попасть сюда.
Мы часто бываем: много ее и моей одежды, всегда есть продукты и заморозка, выпивка…
Знаю, она здесь бывает гораздо чаще меня, иногда работает, когда целый день занята по городу.
Здесь очень много ее самой и мне нужно было… Жизненно важно было очутиться именно здесь, чтобы вдохнуть этот запах, тепло, ощутить ее следы.
И тут она — живая. С претензией в глазах и нежеланием меня видеть.
Чушь какую-то несет и смотрит…
Смотрит, да?
Поворачиваюсь: да, Лана застыла в дверях, продолжает смотреть на меня странным взглядом. У меня мгновенная реакция, член даже под ледяной водой привстает.
Жена отводит взгляд в сторону, я быстро шагаю к ней. Лана с визгом отступает, но я зажимаю ее у двери.
— Давай сюда… — рычу, обхватив ее ладонь.
Опускаю на изнывающий член, жена сопротивляется. Я с животным рыком, ломая сопротивление, сжимаю ее пальцы вокруг пульсирующей, разгоряченной плоти.
— Мы не спим вместе, забыл?!
— И не трахаемся. Я помню. Но ты мне подрочишь!
Присасываюсь ртом к пульчирующей венке на ее шее. Сладко пахнет чистотой, уютом, собой… Мягкая, нежная, но с остринкой и… чуть-чуть другая. Моя, родная, но другая…
У меня подгибаются ноги в коленях от вкуса ее кожи на моем языке и жестких, резких рывков наших пальцев по члену.
Блять. Круче…. Круче, чем секс.
Прошибает моментально.
Страх, эмоции, подозрения.
Острие…
Взрыв.
Сваливаюсь за грань слишком быстро, сдавливая Лану в объятиях и долго-долго стою, просто дыша и обнимая ее.