Меж миров. Молодой антимаг (СИ)

Ну да ладно, хоть какое-то ей утешение; а что до меня — как пришло, так и ушло. К тому же ещё недавно планировал новых обыскать, ну что уж тут.
Поднимаю копьё.
— Брось его! Ты чего?! Оно ведь серийное, у нас много хорошего оружия в арсенале. — Подходя, Миара осматривает побитых. — Молодые совсем, новички, видимо, повезло!
Неумышленно, но чушь сморозила, словно я бы опытных не побил, один хрен простая стража, как ни назови и на кого ни поставь работать.
Мой поступок с камнями Миара, скорее всего, видела, хотя могла и не понять, но, так или иначе, внимание не обратила.
— Популярный лес, что ли? — намекаю на новых стражей, ржу, а вот оружие бросаю с долей разочарования.
Вообще без трофеев остался. А ведь уверен: этот голый имеет достаточно ценного.
— Я в первый раз здесь, знаю, что раньше это прогулочной зоной считалось, — говорит Миара с грустью. — Пойдём скорее, не будет при них ничего, да и достаточно у меня денег! — будто мысли мои прочитала, возможно, по жадному взгляду определив.
— Да, идём, — киваю и трогаюсь с места.
— Арти, — впервые называет меня по имени Миара. — Спасибо!
Столь душевно, что аж не по себе становится.
— За что? — задаю неизбежный вопрос.
— За то, что ты здесь! — поясняет, делает шаг ко мне, поднимается на цыпочки и впивается поцелуем в мои губы.
От неожиданности дёргаюсь, но подбираю волю — ой, яйца — и прижимаю к себе, гладя по спине и отвечая на поцелуй — совершенно не дружеский и ни разу не поощрительный.
А девчушка сладкая, мне нравится её вкус ещё сильнее, чем прежде запах, ощущаю всплеск гормонов…
Прерывает поцелуй первая, смущённо отступает, после паузы поднимает на меня свои большие и красивые глаза.
— Наградой доволен, — смеюсь. — Надеюсь, это задаток?! — вгоняя в краску, пристально смотрю прямо в глаза.
— Местные жители — они не такие. — Мы медленно уходим, а Миара меняет тему, стараясь скрыть смущение. — Здесь все запуганы и ценят лишь собственные шкуры! Это следствие того, что слишком долго они вынуждены в страхе жить. А ты совсем другой, словно глоток свежего воздуха для нашего мира.
Постепенно удаляемся от места разборок.
— Везде есть свои дураки и герои, поверь мне, — говорю намеренно бодро. — Возможно, ты плохо или не там искала… — Подумав, договариваю: —И всё же сочту за комплемент, и надеюсь, ты и в будущем будешь практиковать подобные формы поощрения.
— Дурак, — бьёт меня в плечо.
А я ржу. Впрочем, может, это у них в порядке вещей, а я радуюсь раньше времени.
— Ну что, в город идём? — спрашиваю, отсмеявшись.
У Миары глаза квадратные сделались, чуть ли не ужас в них:
— С-с-серьёзно?! Я думала, тебе хватило уже…
— А что, правда нет поспокойней района? — не верится что-то.
Вообще, привычка у меня такая, как сувениры собирать: я своими глазами хочу как можно большее число миров и мест в памяти запечатлеть.
— Нет, — отвечает уверенно, но тут же: — Хотя… — задумалась. — Одно заведение есть! На горе, рядом с трассой лифта. Я часто наблюдаю за посетителями из окна своей комнаты, — с энтузиазмом говорит Миара.
— Отлично, — соглашаюсь. — Идти-то далеко? — Я надеюсь всё же осмотреться.
— Не очень, — она разводит руками.
  
Глава 6. Надежды
 
Просидели почти полночи: ели, пили, курили, общались, конечно, и знаете, мне с ней по-настоящему хорошо. Так легко раньше никогда не было, мы словно на одной волне. Встретить существо, столь близкое по духу, большая удача, хоть это и женщина…
Да и сама она, скажу я вам, не из простых — рассуждениями, а не происхождением или судьбой. Удивляют сами её представления обо всём на свете, мало таких людей!
Ещё недавно я голову ломал, на что она была готова во время того ритуала на самом деле, и вот сейчас уверенно могу сказать: пошла бы до конца, продолжая призыв, пока не сдохла бы от потери крови. Это о многом говорит, хотя мой опыт общения с людьми скуден, особенно близкого.
Систему связи Миа отключила ещё в начале нашего путешествия, но всё равно часто отвлекалась на системные сообщения: должно быть, наверху полнейшая неразбериха. Что до местных, её мало кто узнавал, или делали вид, ибо не думаю, что косынка на волосах настолько изменила внешность.
 
В остальном всё прошло хорошо. Заведение превосходное, отличный вид на город, но при этом спокойно и тихо, посетители в основном элита, охранников много.
***
На рассвете, порядком утомившись, приходим к лифту. Стражников аж пятеро: полный комплект брони, шлемы, мечи, плюс копья у каждого. Мигом засуетились, один сообщение передаёт в открытую, двое к нам — бегом прямо, а увидели издали.
Впрочем, Миара пьяненькая, и ей по барабану. Стражники с расспросами не пристают, отошли сразу, как только поприветствовали.
Поднимаемся. Кнопки всего две, зато из стеклянной капсулы, да ещё и на рассвете вид на город поистине прекрасен. В утренних лучах всё выглядит столь умиротворённым, что мысли о наводнивших этот мир Пожирателях отодвигаются, меркнут, заслонённые этой красотой.
Двери раскрываются. Хелгиус и ещё трое в пёстрых мантиях, все в возрасте. Сказать, что он недоволен, то же самое, что промолчать… Жрец в бешенстве!
Миара тяжело вздыхает, взбучку предвидя, хотя в её случае, скорее, строгий выговор.
— Я не узнаю тебя последнее время! — сходу завёл шарманку старик.
Несмотря на то, что жрец в возрасте, ростом он с меня — около метра девяносто, значит, да и весовая категория почти та же — под девяносто килограмм. Телосложение не атлета, но и с дряхлым стариком ничего общего, скорее, мужик в рассвете сил.
Верховный жрец продолжает:
— Почти двадцать лет я отвечаю за твою безопасность, и всегда полагал, что ты достаточно ответственна, чтоб попусту не рисковать собой! — Покачал головой и продолжил с глубоким осуждением: — Даже будучи подростком, в нижние кварты ночью ты никогда не спускалась.
Миара же нисколько не смутилась:
— Послушай, Хелг, не думала, что придётся объяснять, но с этого дня общим правилам я больше не подчиняюсь, — прозвучало это весьма уверенно. — С детства ты внушал мне надежду и кормил обещаниями, хорошо зная, какую судьбу для меня приготовили. Да, обучал и поддерживал меня, и фактически заменил отца, за что буду вечно тебе благодарна! — добавила, сменив тон и улыбнувшись. — В пятнадцать я планировала бежать, тогда ты остановил меня, пообещав передать Антимагу. — Взгляд на меня: — Вот он, перед нами стоит! И дальнейшее, увы, с правилами из прошлого несовместимо. — Она опять обратилась к жрецу: — Мы отправляемся в странствие, чтобы открыть все внутренние печати.
Если первую часть монолога старый маг внимательно слушал, даже растрогался, то при последних словах рассмеялся:
— Хорошему Антимагу, так я всегда говорил! — напоминает с некоторым злорадством. — Планы у вас, конечно, серьёзные, — хмыкнул. — Значит, даже печать не открыта? — Показывает собственную; примечательно, что поверх родовой у него ещё тёмная начертана. Продолжает: — И какой из тебя Антимаг без печати полной формы? — На лице явное недоумение. — Тебя ведь сожгут, здесь маны кратно больше, чем у вас. Как твои попытки контролировать её?! — Вроде всё сказал, но нет, не может угомониться: — Зато новобранцев из караула поколотить успел. И посла какого-то важного чуть не убил!
Определённо, это намёк на мою никчёмность, ну да ладно, в спор вступать не хочу. Впрочем, на последний упрёк ответить придётся:
— Было за что, значит!
— Да плевать мне на твои резоны! — Жрец качает головой. — Озабоченный он, знаю и так. Ты парню из его охраны центральный узел сжёг, он месяцы магию использовать не сможет. — Чуть переждав, продолжает: — Инкогнито так сохранить хочешь? Не думал, что у Ордена вопросы возникнут? Они ведь ваш стиль боя, в отличие от местных, хорошо знают! — цыкает. — Иль, думаешь, я позволю ей рядом с тобой быть, когда на тебя охоту устроят? — Смотрит на девушку. — Самоуверенность погубила многих. Убьёте — троих, пятерых, и всё в один день, но придут ещё и ещё, загонят вас, ранят! — Переводит взгляд на меня: — В какой-то момент ты о себе позаботиться не сможешь, не то что о ней!