Последний настоящий дракон (ЛП)

Марси поняла, что означали слова, когда произнесла их. Они попробовали лучший удар и проиграли. Не промазали, не провалились на пути, чтобы снова был шанс попробовать. Нет. Они ударили врага в лоб всем, что у них было, и этого не хватило.
— Мы проиграли, — тихо сказала она.
— Еще нет, — сказал Джулиус. — Мы что-нибудь придумаем.
— Не в этот раз, — Марси покачала головой. — Это конец, Джулиус. Все это нам уже не по силам, нашей попытки не хватило. Даже если бы я придумала что-то еще, магии на это не хватит. Призрак теперь кот, Мирон разбит, я устала, и я даже не вижу Амелию…
— Я тут, — сказал голосок, и Марси опустила взгляд, увидела дракона размером с кота, созданного из огня, появившегося рядом с лапой Джулиуса. — Как в старые времена, да? — сказала кроха с фальшивой бодростью. — Я пыталась набрать в Море Магии хоть немного силы, чтобы вернуть себе старый поразительный облик, но тот взрыв все испортил. Там хаос. Даже Ворон еще не прибыл, а он обычно первый восстанавливается.
— А драконы? — спросил Джулиус. — Где они?
Амелия беспомощно пожала плечами.
— Не знаю. Как я и сказала, магия рассеяна, включая мою. Я все еще чувствую их огни, так что они живы, но не могу разобраться дальше, — она посмотрела на дыру в потолке. — Думаю, им сейчас не лучше, чем нам.
Там было тихо. Кроме Левиафана, в небе больше ничего не было. Ни драконов, ни самолетов, ни вертолетов. Контратака прекратилась, и черный монстр парил без помех.
— Они, наверное, укрылись, — Джулиус нарушил мрачное молчание. — Не могу их винить. Я сказал всем с самого начала, что мы держались только до изгнания.
— Которое не сработало, — плечи Марси опустились под давлением их ситуации. — Я подвела вас.
— Нет, — сказал Джулиус. — Ты все сделала правильно. Это просто не сработало.
— Но я говорила, что сработает, — она опустила взгляд, все стало размытым перед глазами. — Я обещала, что, если вы отвлечете Левиафана, я обо всем позабочусь. Вы сыграли свою роль, а я… — она вытерла слезы с лица. — Меня не хватило. Я — Марлин. У меня было все, вся магия мира, но я не справилась. Даже если бы у меня был план Б, у нас не осталось ресурсов и времени. Озера уже почти сухие, — она обмякла, прижалась влажным лицом к синим перьям груди Джулиуса. — Прости. Я потратила все наше время.
— Ты ничего не потратила, — он склонился и потерся мягким носом об ее щеку. — Ты старалась, как и все мы, но это еще не конец. Мы еще живы, и я нас такими сохраню.
Марси посмотрела на него.
— Как?
Она не хотела звучать так недоверчиво. К счастью, Джулиус не обиделся.
— У меня есть план Б, — сказал он. — Это был мой план А, пока все не отказались от него, но я не вижу причины не попробовать сейчас. Нам уже нечего терять.
Это было так, но…
— О каком плане ты говоришь?
Он улыбнулся ей, зеленые глаза были теплыми.
— О разговоре с Алгонквин.
Марси глядела на него десять секунд, а потом не выдержала.
— Скажи, что ты шутишь.
— С чего мне шутить? — Джулиус искренне растерялся. — Алгонквин всегда была сердцем проблемы. Логично, что она — ключ к выходу из этого.
— Н-но ты не серьезно, — пролепетала Марси. — Я знаю, что ты уговаривал многих на безумное, Джулиус, но Алгонквин не слушала своих товарищей-духов, и она ненавидит драконов. Ты мог бы принести ей лучшую сделку в мире, но она не станет слушать.
Он пожал плечами.
— Я не знаю, если не попробую.
— Она убьет тебя, — рявкнула Марси.
— Может, — сказал Джулиус. — Но если я останусь тут, я тоже умру, — он впился когтями в землю. — Нам нужно что-то делать, Марси.
— Да, что, что сработает! — закричала она. — Не что-то безумное!
— Я не считаю это безумным, — сказал он. — Алгонквин — не владыка зла. Она — просто дух, который обижен и расстроен, из-за чего творит глупости. Если так на это посмотреть, она не сильно отличается от Призрака, и ты уговорила его.
— Это было другим.
— Не было, — твердо сказал он. — Мы всегда относились к Алгонквин как к нашему врагу, потому что она так относилась к нам, но мы — не корень ее проблемы. То, что убедило ее сдаться Левиафану, было достаточно плохим, что она решила бросить свою рыбу и бессмертную жизнь. Это не гнев. Это отчаяние, а отчаявшиеся хотят, чтобы им помогли. Если мы сможем понять, как это сделать, дать ей выход из угла без использования Левиафана, она примет это. Но мы не узнаем, если не поговорим с ней. Может, она послушает, может, убьет всех нас. Но если нам все равно конец, можно хотя бы попробовать, — он склонился, прижался пернатым лбом к ее лбу. — Мы еще не проиграли. Я доверился тебе. Доверься мне.
 
Марси вздохнула. Она все еще считала это безумием, но не могла сказать «нет», когда он так просил.
— Ладно, — буркнула она. — Я с тобой. Как нам это сделать?
— Не знаю, — бодро сказал Джулиус. — Но я уверен, что первый шаг — добраться до Алгонквин.
— Точно, — сказала Марси. — Добраться до духа, который внутри монстра, которого мы даже не можем ранить, и чья магия поглотит нас, если мы как-то попадём внутрь.
— Может, не немедленно, — Амелия постучала коготками задумчиво по подбородку. — Я не видела, как Безымянный Конец ест измерение. Может, на это нужно время?
— Отлично, нас будут медленно переваривать, — Марси хмуро посмотрела на Левиафана. — Я даже не пойму, как он нас съест. У него только панцирь и глаза. Ни рта, ни ушей, никаких отверстий. Разве что попасть в его щупальце с водой.
— Как насчет портала внутрь? — Джулиус взглянул на Амелию. — Твоя магия низко, но Свена может помочь. Она сможет нас провести внутрь?
Амелия обдумала это и покачала головой.
— Нет. Не поймите превратно. Принцесса Снежинка — лучший эксперт по телепортам. Она может провести вас всюду в физическом мире, если знает, куда идет, но та штука на девяносто девять и девять процентов магия. Метафизически говоря, телепорт в эту штуку — как телепорт в чужую душу, а нет никакой силы в мире — ни драконов, ни кого-то еще — которая так может.
Группа притихла. Марси искала решение, которое не приводило к тупику, когда услышала хруст шагов на гравии. Она подумала о Мироне, потому что шаги были слишком легкими для металлического тела Эмили, но это казался не Мирон и не Эмили, даже не человек.
Это был Боб.
— Прошу, скажи, что ты идешь, потому что нашел гениальный выход из этого бардака, — сказала Амелия, подлетев к брату.
— Пока нет, — Боб вытянул руку, чтобы дракончик могла сесть туда. — Но я нашел решение непробиваемости Левиафана. Хотя начала нужно поговорить с генералом Джексон.
— Почему? — спросила Амелия.
— Потому что она вот-вот разрешит ядерный удар.
Глаза Джулиуса расширились, и он побежал по пещере быстрее, чем Марси ожидала, чтобы добраться до генерала, сгорбившейся над самодельным столом.
— Прочь! — прорычала Эмили Джексон, отталкивая Джулиуса. Временное тело, которое собрал Ворон, не могло сравниться с ее старым телом, потому что она не смогла его сдвинуть. — Я должна это сделать!
Джулиус схватил ее наушники и сломал когтями. Он сломал и свои наушники, стряхнув их из-за Клыка и раздавив на пластиковые кусочки.
— С ума сошел? — закричала генерал. — Это конец, Хартстрайкер! Мы пытались, но не справились. Теперь нам нужно использовать то, что осталось, чтобы взорвать эту штуку в небе!
— Нет! — заорал Джулиус. — Если использовать те снаряды, все в Северной Америке умрет!
— Лучше, чем потерять целый мир! — темные глаза Эмили были дикими. — Мне тоже это не нравится, но у нас осталось только это оружие. У нас нет выбора!
— Неверно, — сказал Боб, сев на корточки рядом с ней. — Я — местный эксперт по возможностям, и я вижу, что у тебя еще двадцать вариантов. Что важнее, это не сработает. Левиафан — магия, не плоть. Его щупальца были уязвимы для физической атаки, потому что ему их не жаль, но ядерные боеголовки не заденут его тело, как и другие атаки. Я уже видел, как закончится то будущее. Если разрешишь запуск, убьешь всех нас.