Ходящий по улицам (СИ)

— Ты слышишь меня? — кричит Слава.
Кадр за кадром.
Перед глазами двоится. Картинка медленно сводится воедино, Даша поднимает глаза и пытается отыскать Славу.
Кадр за кадром.
Вспышка освещает его лицо. Удар грома возвращает в реальность. Она находит Славу и понимает, — страх закончился, как и кадры.
— Поняла? — кричит он.
— Поняла! — кричит она.
Вытащив ноги из кармана посадочного места, она садиться на каяк. Вспышка, и глянцевые пальцы завязывают узел защитной юбки, чтобы вода не испортила вещи. Надевает маску, зажимает зубами загубник. Включает фонарь и ныряет.
Двигаясь по Славиной инструкции, она оказывается в круглом холле. Находить злосчастный коридор, и понимает, что он не такой уж и страшный, а если в него ударить светом — он превращается в длинную комнату. Она заплывает в неё. Стены сжимаются, но плыть можно. Вместо того чтобы приближаться — красная стена отдаляется, а сам коридор словно вытягивается, как карамель в шоколаде, но Даша понимает, что это только у неё в голове. Она закрывает глаза и начинает еще сильнее двигать ногами, пока не упирается головой в стену. В ту самую красную стену. Видит лестницу, и поднимается по ней на этаж выше.
Слава помогает Даше снять снаряжение. Укладывает всё возле стены, там, где уже лежат его маска и ласты. Хочет забрать фонарь с собой, но кладёт его рядом с вещами.
Они бегут через всю комнату, и Слава спрашивает:
— Ты чего там орала?
Под ногами хлюпает вода, словно они бегут по лягушкам, вылезшим на дорогу.
— Не важно. Выпускала пар.
Раздаётся хруст стекла.
— Выпустила?
— Выпустила.
Сквозь оконную раму они выходят на балкон и подходят к ограждению.
Слава говорит:
— Теперь поработаем.
Он ложится животом на мокрые перила, опускает руки и хватает трос.
— Я сейчас его подтяну чуть-чуть, а ты там уже перехватывай.
Даша кивает головой и встаёт рядом, бок о бок.
Слава тянет и понимает — это труднее чем он думал. Это вам не ведро родниковой воды выуживать из колодца. И не пять. Где-то десять. Может, чуть меньше.
Тело Славы напрягается. Мышцы выступают сквозь костюм, и частые вспышки подчёркивают узловатый рельеф. Капли дождя затекают на его губы и тут же стряхиваются громким рёвом.
Но Славин рёв меркнет на фоне женского крика, искажённого безумием и ненавистью.
За их спинами вырастает тень. Слава оборачивается на звук, и в тот же миг изображение перед глазами тухнет.
Ржавая труба свистнула где-то рядом и врезалась в Славин затылок.
Мужчина теряет сознание. Обмякает, как марионетка на мёртвой руке. Трос выскальзывает из его рук. Тело падает на перила, перевешивается и соскальзывает вниз. Даша пытается ухватить Славу за штанину, но не может; очередной свист трубы заставляет её отскочить в сторону. Отпрянув, она видит сквозь мраморные колонны ограждения, как Слава улетает вниз. Через секунду раздаётся всплеск воды. Вспышка, и гром снова рвёт всё вокруг.
  
Глава 22
 
— Ну что, сука! — кричит тень, вылетевшая из разбитого окна. — Теперь и ты осталась без мужика!
Ржавая труба размером с бейсбольную биту с грохотом ударяется своим концом о мраморную плитку. Секундой ранее, труба успела выкинуть с балкона Славу, а теперь, издавая скрежет и металлический лязг, приближалась к Даше.
Ловко увернувшись от первого удара, Даша отскочила в сторону и присела на корточки, готовая сорваться в любой момент, словно кошка, загнанная в угол гадкой малышнёй.
Череда вспышек прокатилась вблизи балкона. Даша чуть дёрнулась, прищурилась. На мгновенье тень растворилась, открыв лицо незнакомки. Перед Дашей стояла женщина, что пыталась забрать у неё зажигалку в самом начале путешествия. Слава тогда отправил на дно её спутника и уже собирался следом закинуть эту сучку, но передумал. А зря, подумала Даша, надо было закинуть. Пощада обернулась местью. Ну, этого можно… нужно было ожидать. Да и пощадой назвать это сложно. Убили напарника, забрали вещи и отправили на все четыре стороны посреди затопленного города. Такая себе “пощада”. Сострадание здесь было бы уместнее: нож в сердце и на дно — и больше никаких мучений, мести, а тем более маниакальных преследований.
 
Вспышка, и Даша не видит на лице тени ни злости, ни безумия. Только умиротворение. Крупные капли дождя скользят по её гладкому лбу, скользят по красным щекам, скользят по дерматиновому плащу, стёртого до дыр на груди.
— Я сразу вас вспомнила, — кричит тень, стараясь быть громче грома, волнами накатывающий вокруг здания МГУ, — Нашла эту трубу, — она приподнимает кусок водопроводной трубы и бьёт ей о мраморную плитку возле ног, стряхивая ржавые хлопья, — и решила не медлить, как некоторые! Видела, как я его приложила? Бац, — кричит тень, — и твой мужик — не мужик!
Даша внимательно слушает, и каждую секунду бросает взгляд за балкон, пытаясь разглядеть Славу.
Вспышка накидывает улыбку на лицо тени.
— Моё предложение в силе.
— Ты о чём? — спрашивает Даша, медленно приближаясь к мраморным перилам.
— Ну как же, ты забыла?
— Забыла, — спокойно отвечает Даша. — Напомни, пожалуйста, — и, положив голову на плечо, смотрит на воду. Тело Славы болтается на волнах рядом с каяком. Вспышка, и Даша видит его закрытые глаза, чуть приоткрытый рот. Живой? Дышит? Не видно. Путь к Славе один — через тень. И Даша пройдёт этот путь, каким бы сложным он не оказался.
Лязг трубы быстро нарастал.
— Пойдём со мной, — тень больше не кричит, она приблизилась и находиться на расстоянии, которого хватит чтобы размозжить череп Даши. Но не бьёт. — Возьмём каяк и отправимся к Меркурию!
— Мы не успеем!
— Успеем!
— Плыви одна, — бросает Даша, — Забирай каяк, и уплывай!
Тень заглядывает за перила. Смотрит туда, куда и Даша. И улыбаясь говорит:
— Нет. Ты мне нужна.
— Я ранена. От меня никакого проку. Забирай каяк и уплывай. Оставь нас!
— Ты думаешь, я позволю тебе забрать его? — и кидает взгляд на тело Славы, накрываемое волнами. — Если я доберусь до каяка — прикончу твоего дружка, как он… — голос тени начинает буксовать, словно готовой сорваться в истерике, — Я добью его, а тебя оставлю в гордом одиночестве, дожидаться своей смерти! Дура! Идём со мной!
— Нет! — Даша припадает к мраморному поручню, смотрит на Славу и, словно обезумевшая, начинает вопить: — Слава! Ты живой! Плыви сюда, быстрее!
Хитро. Ну а как еще?
Вспышка, и Даша замечает испуг на лице женщине. Та отводит трубой за спину, чтобы не мешала облокотиться о перила, и, раскрыв широко глаза, начинает хищным взглядом рыскать под балконом. И не понимает. Тело мужчины всё так же безжизненно покачивается на волнах… и тут доходит, но как всегда — поздно.
Кошка прыгает вперёд, минуя сальные руки злых подросток.
Подбежав к тени, Даша поджимает правую ногу к своему животу и бьёт. Розовый кроссовок попадает точно в рёбра, откидывая женщину на мокрый пол. Вспышка, и видно как лицо тени кривится от боли. Всё по плану. Даша снова прыгает вперёд. Поднимает ногу, и не знает куда бить. Лицо? Грудь? Живот?
В такой ситуации думать вредно. Положитесь на инстинкт или интуицию — они не подведут. А иначе будет так: Даша вдруг дико заорала. Острая боль пронзает её ногу и заставляет отступить. Она прихрамывает, но успевает среагировать.
Ржавая труба снова описывает дугу возле ног девушки, и промахивается. Закруглённый наконечник ударяется о мраморную колонну, выбив хлопья из песка и камня.
Крича от обиды и брызгая слюной, тень вскакивает на ноги. Заносит трубу и прыгает в сторону Даши.
Кусок металла свистнул в воздухе: пролетел над головой Даши и, храни Господь законы физики, утащил за собой хозяйку, словно её кто-то схватил за рукав и со всей силой дёрнул.
Воспользовавшись моментом, Даша разворачивается и начинает убегать, куда угодно, лишь бы подальше от разозлившейся не на шутку бабы. Нужен план. Хороший план.